Семь сестер. Атлас. История Па Солта - Райли Люсинда - Страница 21

– Уверена, так оно и есть, – добавила Майя и взяла Тигги за руку. – Наступает великий момент, когда шесть сестер примут седьмую.

Мерри

Хотя я проспала только шесть часов, мой сон был глубоким и восстановил силы. В Гиббстон-Вэлли, где наш дом стоял посреди огромного виноградника, ночи были совершенно безмолвными. Единственный недостаток этого покоя состоял в том, что я ужасно спала, когда не находилась в собственной постели. В отелях даже легкие шаги в коридоре могли разбудить меня. Но на борту «Титана» я легко погрузилась в глубокий сон. Лишь когда я встала с кровати и подошла к бортовому иллюминатору, до меня дошло, что мы находимся в открытом море. Даже шум двигателей не разбудил меня. Я открыла крепление иллюминатора, выдвинула стеклянный кружок, насколько это было возможно – примерно на десять сантиметров, – и вдохнула теплый, соленый воздух Средиземного моря, ощущая прилив новых сил. После смерти Джока я пообещала себе приключение, и вот, оно произошло. Да, это было не мировое турне, которое я представляла, зато я находилась на борту огромной яхты и собиралась обнаружить свою истинную фамильную историю.

Я взяла телефон с прикроватного столика и увидела два сообщения, от Джека и Мэри-Кэт. Оба просили меня сообщить, когда я проснусь. Я ответила, что буду готова встретиться с ними через полчаса, когда приму душ.

После душа с мылом и шампунем я достала из чемодана чистое хлопчатобумажное платье и фен. Стоя перед зеркалом, я вспомнила рисунок угольным карандашом, который показал мне Георг вчера вечером. Не оставалось сомнений в том, что женщина на портрете была мною. Оставалось лишь гадать, какова была история моей родной матери и что заставило ее бросить меня на крыльце отца О’Брайена много лет назад. Я не могла представить ситуацию, которая бы вынудила меня так же поступить с Джеком или с Мэри-Кэт. При мысли об этом у меня по спине пробежал холодок.

Через несколько минут после того, как я выключила фен, послышался знакомый стук в дверь – точно такой же, какой раздавался у двери моей спальни четверть века назад, когда моему сыну снились кошмары и он хотел забраться в кровать ко мне и Джоку.

– Заходи, Джек, – позвала я.

Дверь открылась, и я увидела его добродушное лицо, волнистые светлые волосы и пронзительные голубые глаза.

– Привет, мама! Добро пожаловать на борт славного «Титана»! – Он лучезарно улыбнулся.

– Мама, ты все-таки решилась! Как же радостно видеть тебя! – Мэри-Кэт, одетая в бикини и пляжный халат, последовала за братом.

Я обняла их одновременно и долго прижимала к себе. Хотя мы находились в другом полушарии, посреди огромного моря, в тот момент я снова была дома.

– Ты не представляешь, как я рада тебя видеть, Мэри-Кэт. Садитесь, дети. – Я указала на два кресла, стоявшие по обе стороны от кофейного столика, а сама опустилась на край кровати.

– Скажи, мама, почему ты передумала? Алли сказала нам, что Георг вчера просто умчался с яхты, как будто собирался похитить тебя. Если он не запихнул тебя в джутовый мешок, то что он сказал, чтобы убедить тебя присоединиться к нам?

– На самом деле это заслуга моего старинного друга Амброза. Ты знаешь, как я доверяю ему. Он знает меня дольше, чем любой другой человек. Он сказал, что я должна ехать, и я послушалась.

– Ну, теперь ты что-то вроде местной знаменитости. Даже больше, чем настоящая знаменитость. Ты вообще знаешь об Электре, мама? Она произнесла речь на концерте для Африки сразу после Обамы, и…

– Да, да. Кажется, я читала об этом еще в Новой Зеландии. – Я повернулась к сыну. – Как тебе Алли, Джек?

– Ну, она очень хорошая.

Я удержала его взгляд.

– Кроме того, э-э… у нее есть ребенок.

– Я слышала что-то от Георга, – сказала я. – И как ты относишься к этому? Немного странно, что она не упомянула об этом раньше.

– Ребенок – не проблема. Он – славный малыш, и его зовут Бэр.

Мэри-Кэт толкнула Джека под локоть.

– Но она определенно не замужем, мама. Ты бы только видела эту парочку: прелестное зрелище!

– Ладно тебе, Эм-Кей. Она потеряла отца Бэра около года назад. Как я догадываюсь, она не сказала мне о ребенке, потому что не хотела ранить мои чувства. Ничего, я переживу. Да и в любом случае я здесь не главная достопримечательность, мама! Ты готова выйти и познакомиться с семьей?

Я набрала в грудь побольше воздуха.

– Есть еще кое-что, о чем я узнала совсем недавно и хотела бы поговорить с вами. Особенно перед этим великим знакомством.

Ощутив мое волнение, Мэри-Кэт встала, опустилась на кровать рядом со мной и накрыла мою руку своей.

– Разумеется, мама.

Я взяла сумочку и достала письмо Атласа вместе с портретом.

– Черт побери, мама. Это уже перебор, особенно после того, что тебе довелось пережить за последние несколько недель. Как ты себя чувствуешь? – ласково спросил Джек и положил руку мне на плечо.

– Сначала мне было нехорошо, но теперь, после крепкого сна, вроде бы стало лучше. Еще я познакомилась с Майлзом…

– Со спутником Электры?

– Да. Он очень рассудительный и сумел успокоить меня. Георг делает копии дневника и, по моему предложению, собирается раздать их остальным сестрам, чтобы они все могли читать одновременно.

– Значит, ты действительно родная дочь Па Солта? – спросила Мэри-Кэт.

– Судя по всему, Атлас – мой отец. И твой дед, Джек.

В комнате повисла тишина, пока мои дети старались переварить услышанное и понять, что это означает.

– Ну да, конечно! – воскликнула Мэри-Кэт, вспомнившая, что она сама была моей приемной дочерью. – Вы оба являетесь его кровными родственниками! – Она провела пальцами по длинным светлым волосам. – Какое-то безумие!

– Боже, неудивительно, что Георгу так не терпелось доставить тебя на борт, мама, – пробормотал Джек. – Ты… мы с тобой потомки Па Солта.

– Да, но разве это подтверждено? – поинтересовалась Мэри-Кэт.

– Ты имеешь в виду анализы ДНК? Это довольно трудно организовать в открытом море.

– В любом случае, не думаю, что сейчас это необходимо. Эта женщина на портрете – твоя точная копия, мама! Ты так и не узнала, что с ней случилось? – спросил Джек.

– Нет. Надеюсь, в дневнике найдутся ответы.

– Ясно. Может, мы побольше узнаем оттуда и об Аргидин-Хаусе в Корке.

Мэри-Кэт указала на потолок:

– Как насчет остальных? Как они отнесутся к этому?

– Не знаю. Важно помнить, что я не стремилась оказаться здесь. Эти девушки в буквальном смысле разыскивали меня по всему миру. – Я обвела взглядом просторную каюту с декоративной люстрой и ореховым изголовьем ручной работы. – И у меня нет желания отобрать у них все это.

Джек выглядел удрученным.

– Буду честным с тобой, мама. Я думаю, когда Алли узнает, что я ее племянник, то ее умолчание насчет ребенка покажется детской игрой.

– Не глупи, Джек, – твердо сказала Мэри-Кэт. – Па Солт удочерил Алли, но на самом деле она – дочь музыканта из Норвегии. Между вами нет абсолютно никакой кровной связи. Так или иначе, от себя не убежишь… С тобой все в порядке, мама? Мы можем как-то помочь тебе?

– Да. Вы можете украсть спасательную шлюпку, если остальные шесть сестер решат выбросить меня за борт.

– Это вряд ли, – сказала Мэри-Кэт и положила руку мне на плечо. – Они все чрезвычайно милые люди. Кстати, какой у тебя план? Ты собираешься подняться и просто все рассказать?

– Думаю, мне придется это сделать. – Я вздохнула. – Любое умолчание по этому поводу будет нечестным. Я уже сказала, что никогда не знала Атласа, но для них он был самым близким человеком.

– Знаешь, мама, ты потрясающая женщина. Ты столько пережила, но до сих пор ставишь чужие интересы выше своих.

– Спасибо, Мэри-Кэт. Кстати, твой отец взял с меня обещание, что я устрою себе бурные приключения, если с ним что-то случится. И вот мы здесь. – Мы втроем взялись за руки и немного посидели в тишине. – И мой отец тоже хотел бы этого. Бог знает, но они были едва ли не самыми бескорыстными людьми на свете. Поэтому если я… Если мы в силах помочь этим шести женщинам в самый трудный момент их жизни, то мы это сделаем. – Я крепко сжала их руки. – Все уже наверху?