Обнаженная для герцога (СИ) - Озерова Татьяна - Страница 40

А ещё у меня получалось, хоть и с колоссальным трудом, не пялиться на высокого широкоплечего красавца в идеально сидящем мундире с королевскими регалиями, который с величественным видом, бесстрастным выражением лица и лёгким прищуром поглядывал на меня.

Чем дольше длился приём, тем сильнее краснели мои щёки, давили заколки в волосах, и теснее становилось платье. Я уже подумывала, не применить ли мне что-нибудь из моих умений перемещения, когда мой приёмный отец, официально теперь считающийся родным, герцог Фабиан попросил слово.

Он поблагодарил короля Дамиана за содействие в поисках его пропавшей дочери, и с помощью длинных витиеватых словесных реверансов задал ему вопрос относительно помолвки.

В зале воцарилась тишина. Наконец-то я могла с полным правом рассмотреть короля, потому что все в этот момент смотрели на него.

Как же ему шёл этот мундир… Мой король был ослепителен. Внушителен и… бесстрастен.

Он медленно подошёл, почтительно поклонился мне и протянул открытую коробочку с невероятно изящным кольцом тончайшей работы, с изысканной вязью из бриллиантов с крупным сапфиром.

— Герцогиня Амелия, — заговорил он низким бархатистым голосом, — я счастлив личному, а не заочному знакомству с вами. Я покорён вашей красотой, наслышан о вашем уме и магической силе. Только вы способны поднять моё счастье до невообразимых высот, если допустите возможность принять мои ухаживания.

Пока я ошеломлённо таращилась на моего Дамиана, он слегка улыбнулся.

— Герцогиня, прошу вас принять это кольцо в знак моего восхищения вами и желания узнать вас лучше. Это вас ни к чему не обязывает, по договору между нашими семьями, заключённому ещё в детстве, вы вправе отказать мне в любой момент. Однако, я надеюсь, что вы дадите мне шанс убедить вас, что я достоин стать вашим мужем.

Не понимая, что делать, я взглянула на герцога Фабиана в поисках поддержки.

— Дочь, — пришёл он мне на помощь, — ты согласна принять ухаживания короля Дамиана?

Судя по лицам присутствующих, они вообще плохо понимали, что происходит, но я смотрела на моего Дамиана, и меня затапливало невероятно сильное тёплое чувство любви и благодарности.

Я сделала красивый церемониальный реверанс, и скромно ответила:

— Благодарю, мой король, я с радостью приму ваш подарок и буду счастлива познакомиться с вами ближе.

Дамиан улыбнулся так, что я едва сдержалась, чтобы тут же не броситься ему на шею, взял меня за руку и надел на палец кольцо.

— Потанцуете со мной, герцогиня? — вкрадчиво спросил он.

Я присела в грациозном реверансе.

— Благодарю за приглашение, мой король, — улыбнулась я. — С удовольствием.

Танец стал для меня испытанием. Дамиан вёл меня в традиционном вальсе стремительно и властно, я только и могла, что держать спину, и едва успевала переставлять ноги.

— Расслабься, — тихо сказал Дамиан во время очередного лихого пируэта, — ты очень напряжена.

Я глубоко вздохнула и посмотрела в его глаза, чуть не запнувшись о его ногу. Мне так много хотелось ему сказать, расспросить, поблагодарить… Я хотела его поцеловать, в конце-концов, прикоснуться к нему, а ещё лучше, утащить в тёмный уголок, я точно знаю, там под лестницей…

На этот раз я споткнулась, и лишь сильные руки Дамиана удержали меня от позора.

— Доверишься мне, Лия? — услышала его голос.

— Да, — ответила я.

Я постаралась расслабиться и… довериться его сильным уверенным руками. Не сразу, но всё же я почувствовала его ритм. Его темп.

Мне стало легко-легко. Я будто знала, какой он сделает следующий шаг, какой поворот. Невероятное удовольствие вот так следовать за ним, подчиняться его рукам, угадывать его движения.

Когда мелодия стихла, Дамиан поклонился мне и поцеловал мои пальцы.

— Благодарю, герцогиня, за невероятное удовольствие, — громко сказал он, — вы прекрасны. Окажите мне честь сопровождать меня во время завтрашней премьеры? Любите оперу?

Глава 42. Предложение

В зале стояла совершенная тишина. Я огляделась. После танца на нас смотрели восторженно и восхищённо, герцог Фабиан обнимал герцогиню Анну за плечи, а она прикасалась к слезящимся глазам кружевным платком.

— Люблю, — ответила я, приседая в соответствующем случаю реверансе. — Люблю оперу. Благодарю, мой король, я с радостью принимаю ваше приглашение.

Вскоре Дамиан удалился, а приём длился ещё долго, я выслушала массу комплиментов, поздравлений, пока, наконец, последний гость не покинул особняк.

Следующие два месяца пролетели как во сне. В странном, нереально романтичном и до одури счастливом сне.

Я посещала с королём Дамианом, пожалуй, все светские приёмы. Мы не пропустили ни одной премьеры. Каждое утро я завтракала, любуясь на новый роскошный букет цветов, доставленный мне от короля.

Он заваливал меня цветами и подарками. Платья, туфли, украшения, артефакты-безделушки, сладости, даже плюшевые медвежата с сердечками.

Дамиан умерил пыл и снизил поток подарков только после моих бурных возмущений, что такими темпами все комнаты особняка Шеврез превратятся в склад.

Я, конечно, знала, что у моего короля идеальный контроль. Но если бы я сама не знала, какая буря эмоций таится под его бесстрастным видом, я бы… Я бы, пожалуй, даже обиделась на его «холодность».

Дамиан вёл себя безукоризненно. Ухаживал роскошно. Ни словом, ни намёком, ни жестом не поставил под урон мою репутацию.

Под конец второго месяца ежедневных встреч, в течение которых мы в прямом смысле держались за ручку и даже ни разу не поцеловались, я не выдержала.

— Дамиан, ты решил совсем на мне не жениться? — прошептала я, наклонившись к нему во время очередной премьеры в оперном театре.

Мы сидели на роскошном округлом балконе, отведённом для короля прямо напротив сцены, а Дамиан наблюдал за представлением, лишь изредка скашивая глаза на меня.

— Почему же? — так же шёпотом ответил он. — Я следую всем церемониальным правилам. Король ухаживает полгода за невестой, только после этого свадьба.

Он усмехнулся.

— Лия, прошло всего два месяца. Когда пройдёт три, я сделаю тебе официальное предложение. Если ты примешь его, ещё три месяца мы будем готовиться к свадьбе и наносить соответствующие приличию визиты.

Дамиан, пользуясь полумраком в ложе, положил руку на спинку моего кресла и провёл пальцами по моему плечу — первый раз за всё время нарушив этикет и прикоснувшись ко мне иначе, чем оговорено в протоколе.

Я закусила губу, едва сдержав стон от этого простого касания. Как же я истосковалась по его прикосновениям… По близости с ним.

— Скажи мне, Лия, — не отрывая глаз от сцены, тихо сказал Дамиан, приспустив лямку моего платья и поглаживая меня по плечу, — когда ты ложишься вечером одна, в своей спальне, ты себя ласкаешь пальчиками внизу? Для удовольствия?

Я закрыла глаза и вцепилась пальцами в сиденье, чтобы переждать острейший удар вожделения от его слов.

Вспоминая, какой ураган страстей таится под его маской холодной бесстрастности… судя по этому вопросу, мой король уже в крайней точке кипения. У него точно никого не было всё это время, в этом я была уверена.

И как он намерен продержаться ещё четыре месяца?

Я с трудом овладела собой, взглянула на него. Дамиан повернул голову и смотрел на меня в упор, стискивая пальцами моё плечо, поглаживая меня большим пальцем.

Кажется, я не готова ждать четыре месяца.

Нет, не кажется. Я совершенно точно не согласна ждать ни минуты!

Мысленно досчитав до пяти, я набралась решимости и нанесла взвешенный, тщательно просчитанный, и виртуозно точный удар.

— Нет, мой король, — глядя на него из-под опущенных ресниц, сказала я. — Я слишком скучаю по вашим рукам, по сравнению с вашими прикосновениями… мои касания — лишь слабая тень. Поэтому при встречах с вами, я каждый раз не надеваю нижнее бельё, надеясь, что вы погладите меня.

Я приподняла лицо и облизнула губы, глядя как Дамиан уставился на них. Любуясь набухшей на его лбу веной, я добила: