Стоянка поезда – двадцать минут - Мартыненко Юрий - Страница 77

24

Де

нежные

ре

формы

Пав

лова

в са

мом

на

чале

1991 года, за два ме

сяца

до ре

ферендума

по сох

ранению

СССР, и поз

же

де

фолт

при Гай

даре

обер

нулись

для на

селения

ст

раны

мас

совым

бед

ствием,

став ка

тастрофой

для мил

лионов

лю

дей.

— И что те

перь?

Брать рас

кладушку

и по

даваться

к Лиде на пос

той?

 — от

чаянно,

буд

то

раз

говаривая

сама с со

бой,

сп

росила

Юль

ка.

— Две, — отоз

вался

Вя

чеслав,

не по

ворачивая

го

ловы

в сто

рону

жены. Он си

дел

на ди

ванчике,

гля

дя

в рас

крытую

кни

гу,

но ни

чего

не видя на ст

раницах.

— Что две?

— Две, го

ворю,

рас

кладушки.

— Хо

чешь

ска

зать,

что ухо

дишь

от меня? Бро

саешь,

да? — Юль

ку

мож

но

по

нять,

ис

ходя

из чис

то

жен

ской

пси

хологии.

Ос

таться

од

ной

в та

кое

смут

ное

вре

мя.

Это рав

носильно

ка

тастрофе!

Это ру

шится

мир, над

вигается

ар

магеддон

при

менительно

к мас

штабам

од

ной

семьи.

— Опять двад

цать

пять. Пора сме

нить

плас

тинку.

За

ело

её, что ли? Как не в духе, так на

чинаешь,

из

виняюсь

за ка

ламбур,

плес

ти

сло

весные

раз

воды

про раз

воды.

Я про то, что на од

ной

рас

кладушке

мы у Лиды не по

местимся.

— Сло

ва-

то ка

кие

ум

ные.

Ка

ламбур…

Зубы за

говариваешь?

— А ты что по

думала,

глу

пенькая?

— Что-что. Сам зна

ешь что…

— Ну, вот. Вби

ла же

себе в го

лову?

Са

мое,

ко

нечно,

вре

мя

о ерун

де

та

кой

ду

мать.

— Ты счи

таешь

се

мейные

дела ерун

дой?

— Я так не счи

таю.

Я счи

таю,

что сей

час

надо ду

мать

о глав

ном.

В се

мейных

де

лах

у нас пол

ный

по

рядок.

Куда же я без тебя? — Вя

чеслав

об

нял

жену. Та при

жалась

ще

кой

к его пле

чу.

— Ну, вык

рутились же,

ког

да

при пер

вой

ре

форме?

Что-ни

будь

при

думаем

и те

перь, —

по

пыталась

Юль

ка

ус

покоить

мужа.

— Что здесь мож

но

при

думать?

Как бы квар

тиру

приш

лось

не за

ложить, —

отоз

вался

тот, слов

но

чи

тая

её мыс

ли

о фи

нансовой

си

туации,

в ко

торой

они ока

зались.

Те

перь

для них обо

их

это ста

ло

глав

ной

боль

ной

проб

лемой.

Бо

лее

того, если ска

зать,

что это проб

лема,

зна

чит,

ни

чего

не ска

зать…

 — Да, — про

должил

он, как бы го

воря

са

мому

себе, — Не каж

дый

граж

данин

спо

собен

ог

рабить

банк, но банк мо

жет

ог

рабить

каж

дого.

— Сла

вик?

— Что?

— Я иног

да

за

думываюсь,

мо

жет

быть, не сто

ило

тебе ухо

дить

из ар

мии?

Ведь слу

жат же

люди?

— Слу

жат.

Не

давно

с ко

мандиром

сво

им

вс

третился

— Ка

ким

ко

мандиром?

Ты не рас

сказывал.

— Как-то по

вода

не было. Те

перь

есть, раз ты о служ

бе

раз

говор

за

вела.

— Я не хо

тела

тебя оби

деть.

— А чего оби

жаться?

Сам при

нял

ре

шение,

сам на

писал

ра

порт

на уволь

нение.

Ка

кие

тут мо

гут

быть оби

ды?

В учи

лище

тоже ник

то

на ар

кане

не тя

нул.

Че

ловек

во всём дол

жен

сп

рашивать

толь

ко

с са

мого

себя, са

мому

себе за

давать

воп

росы

и са

мому

на них от

вечать.

И каж

дый

из ок

ружающих,

на

верное,

жи

вёт

или дол

жен

жить по та

кому

прин

ципу.

Так что, ка

кие,

Юля, оби

ды?

— Ну, хо

рошо-

хо

рошо!

Что за вс

треча

с ко

мандиром?

— Слу

чайно

на же

лезнодорожной

стан

ции

стол

кнулся

с ним. Под

полковник

Са

мойлов.

Ко

мандир

тан

кового

пол

ка,

в ко

тором

я слу

жил

в Гер

мании.

— Он те

перь

слу

жит

здесь?

— Обож

ди!

Не пе

ребивай!

Слу

жит…

На реф

рижераторе

с мо

роженой

ры

бой!

— Как?

— Я тебе го

ворил,

что все наши вой

ска

из-за гра

ницы

вы

вели?

В том чис

ле

и Гер

мании?

— Да, ко

нечно.

— Ну, вот и весь от

вет!

Кто-то из офи

церов

сам ушёл из ар

мии,

кто-то, как Са

мойлов,

по

пал

под сок

ращение.

В об

щем,

ты

сячи

ре

бят

в по

гонах

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})ос

тались

не у дел. Ки

нули

их и за

были…

Пле

вать

хо

тели

на них с вы

сокой

крем

лёвской

ко

локольни…

— Ой, Сла

вик!

 — Юль

ка

при

села

на ку

хонный

стуль

чик

у обе

денного

сто

лика. —

Что-то мне не

хорошо…

То ли по

умнела,

то ли по

дурнела

я в пос

леднее

вре

мя…

Вот бьём

ся-

бьём

ся

мы с то

бой,

и всё, как рыба об лёд! Не так я себе пред

ставляла

нашу жиз

нь!

Не так! Ду

мала,

что надо чуть-чуть по

терпеть,

и всё на

ладится.

А что на

ладиться,

если чув

ствуешь

ведь, что-то не то тво

рится

в ст

ране.

Топ

чемся-

топ

чемся.

Цены рас

тут!

А биз

несу

ка

кая

под

держка?

Мне уже на

чинает

ка

заться,

что, если нет на

ворованных

де

нег

или иму

щества,

так по-чес

тному

ни

какой

биз

нес

и не пос

троить.

Сла

ва,

мо

жет,

пора спус

титься

с не

бес

на зем

лю,

а? Как ты ду

маешь?

Чего мол

чишь?

От

веть

мне что-ни

будь,

а?! Ус

покой…

Ты же всег

да

рань

ше

го

ворил:

«Что-ни

будь

при

думаем»?

При

думалки

за

кончились, да?

Вя

чеслав

сто

ял

у окна, гля

дя

че

рез

стек

ло

на про

тивоположную

сто

рону

ули

цы.

В ржа

вых

же

лезных

кон

тейнерах

для бы

тового

му

сора

ры

лись

бом

жи.

«Мо

жет,

и сре

ди

них кто-то из на

ших?

» — вд

руг

по

думалось

в тему Вя

чеславу,

и он от

вернулся

от окна. Юль

ка

си

дела

на сту

ле,

по

ложив

руки на ко

ленки

и от

решённо

ск

лонив

го

лову.

Вя

чеслав

по

дошёл,

об

нял

жену за го

лову.

— И ре

бёночка

не ро

дили, —

Юль

ка

под

няла

лицо, в гла

зах

блес

нули

ка

пельки

сле

зинок, —

и не ро

дим

уже, — до

бавила

она дро

жащим

го

лосом.

Вс

хлипнув,

опус

тила

лицо, вы

тирая

гла

за

ру

кавом

ха

латика.

Вя

чеслав

пы

тался

что-ни

будь

ска

зать,

но не мог най

ти

нуж

ных

слов. А, мо

жет

быть, в та

ких

слу

чаях

они и не нуж

ны?

Он мол

чал

и неж

но

гла

дил

жену по шел

ковистым

во

лосам,

чув

ствуя

пе

чальное

ощу

щение

ка

кой-

то не

возвратности,

бес

помощности

и по-муж

ски

по

таённого

уг

рызения

со

вести.

Ст

роить

даль

ше

карьеру во

енного

ка

питан

Вя

чеслав

Шмель не за

хотел.

Ос

тавалось

най

ти

своё мес

то

под сол

нцем.

Ещё со служ

бы

он знал о той по

роде

лю

дей,

ко

торые

при оп

ределённых

ус

ловиях

мо

гут

из

влечь

вы

году

даже из того худ

шего,

что пре

подносит

им жиз

нь…

Од

ними

из та

ких

мож

но

счи

тать

це

ховиков,

уни

кальном

и не

однозначном

яв

лении

со

ветской

эпо

хи.

Сре

ди

них вс

тречались

как под

польные

про

изводители,

дель

цы-

ма

хинаторы,

так и прос

то

люди с пред

принимательской

жил

кой,

не же

лавшие

в об

ществе

офи

циального

ра

венства

жить на одну зар

плату

и на

учившиеся

из

влекать

при

быль

из не

законной —

на то вре

мя —

де

ятельности.