Василиса Предерзкая - Маргарита Блинова - Страница 7

– Ух ты! – восторженно пискнула первая.

– Что, всамделишная ведьма? – полюбопытствовала вторая и завистливо подытожила:

– Вот это праздник…

Я смущенно пригладила рыжие волосы, торчащие во все стороны, и следом за официантом проскользнула на кухню. Конечно, можно было вернуться и ткнуть девиц в знак мага-практика, но зачем, если Лешкай платил мне как ведьме.

К тому же я не любила разубеждать людей. Просто по опыту знала: бесполезно!

На кухне все кипело, шкварчало и ругалось. Я встала в уголок и огляделась, надеясь найти хотя бы графин с водой. Ну или того, кто эту воду обеспечит.

– Михалыч, принимай! – крикнул вошедший через черный ход мужчина, в котором я, к своему глубокому удивлению, признала того самого купца, что видела у въезда в тоннель ранее.

– Иду, – направился к нему один из поваров. – Задержался ты сегодня. Уж думали, вообще не доберешься.

– А… – отмахнулся купец, и я уж было решила, что сейчас начнутся жалобы на вконец обнаглевших вымогателей, по ошибке именуемых стражниками Кота-по-Шеям, но мужчина удивил. – Неспокойно у нас в Рогатинах, Михалыч. Пришлось по объездной крюк делать.

– Чего это? – подивился повар.

– Бают, что завелась близ дороги тать лесная. Причем не Соловей али какой другой разбойник. Уже пятерых местных и трех чужих ограбила да схарчила.

– Может, нечисть расшалилась?

– Так она каждый год шалит, – махнул рукой купец. – Нет, Михалыч, дело там нечистое. Кабы сам не слышал, как в соседнем лесу волки глотки рвут, так первый подтвердил бы, что лихой люд развлекается у дороги, но этот вой…

– И куда только маги смотрят, – покачал головой Михалыч.

«А и правда, куда?» – подумалось мне. Рогатины находились не так далеко от Древотяпска, пару дней езды. Школа могла бы и отправить одного-двух магов для зачистки. Тем более летом начиналась практика у старшеклассников.

Погруженная в свои мысли, я едва заметила, как мимо прокрался упитанный кот, примерился и высоко подпрыгнул. Уже находясь в воздухе, кот выкинул лапу вперед и мощным ударом закогтил с тарелки зажаренную рыбешку.

– Не-е-е-ет! – с таким горестным выражением воскликнул один из поваров, словно рыбешка была его скоропостижно скончавшимся родственником.

Он замахнулся на кота полотенцем, но только сердито хлестнул воздух. Кот, не будь дураком, сцапал добычу и юркнул под стол, чтобы уже через миг затеряться между ног снующих туда-сюда поваров и помощников.

– Зар-р-раза!

Тут повар поднял взгляд, заметил меня, чинно стоящую в уголочке, и тем же недовольным тоном, что и коту, сказал:

– Ну! А вам че надо?

Я смерила мужчину немигающим взглядом, дождалась панической реакции и сухо обронила:

– Компотика.

Еще никогда это мирное слово не доводило человека до нервной икоты.

***

Компот на кухне был трех видов: вишневый, сливовый и просто из сухофруктов. Придирчиво продегустировав все три, я благосклонно кивнула в сторону трехлитровой банки с вишней и с видом опытной упырицы, добравшейся таки до любимой кровушки, выпорхнула в общий зал. Судя по провожающим меня взглядам, упырицей я была не только в своих фантазиях.

Лешкай, где-то оставивший свой пиджак, подал мне условный знак и вышел в центр зала:

– А теперь подарки! – объявил он, взмахнув рукой.

Я поставила стакан с компотом на стол, щелкнула пальцами, разом погружая зал в полумрак, и пошла отрабатывать свой гонорар.

– Ведьма… Глянь, ведьма идет… – гудели возбужденные гости.

– Ой, чой будет-то?.. – гадала свидетельница.

Под шепоток испуганных гостей и тревожный аккомпанемент собственных гулких шагов я приблизилась и встала напротив притихших бывших супругов. Испепелила взглядом «похотливого козла», дождалась, пока тот протрезвеет от страха, и только тогда посмотрела на улыбающуюся женщину.

– Благословляю, – торжественно сказала я и вручила Ирине… появившуюся прямо из воздуха метлу и черного котенка, которого нашла утром на рынке.

Метлу я купила в магической лавке и зачаровала на ежедневную уборку в доме. Если так подумать, крайне полезная в хозяйстве вещь. Куда полезнее орущего матом и изворачивающегося котенка, но выбор Ирины пал на второй подарок.

– Ой, какая прелесть! – сорвалась она на сюсюкающий ультразвук, практически вырывая из моих рук котика и прижимая к груди.

Котик сменил мат на хрипящее рычание, всячески давая понять, что ему очень не нравится быть заложником ситуации. И вообще он тот еще подарок. Но присутствующие оказались поразительно нечувствительны к его проникновенным завываниям.

– Спасибо, госпожа ведьма, – едва не прослезилась бывшая жена, хозяйственно забирая у меня и метлу тоже. – Я давно об этом мечтала…

Не став вдаваться в подробности и уточнять, о чем конкретно грезила эта внушительная дама, я одарила ее величественным кивком, нашла взглядом Лешкая, демонстрирующего большой палец, и с чувством выполненного долга заторопилась на свое место.

Пусть я и не настоящая ведьма, зато без пяти минут профессионал в своем деле.

***

Остаток вечера промчался как один большой миг, наполненный шумом и весельем переполненной лечебницы для душевнонездоровых.

Подвыпившие музыканты играли плясовую, так хитро вплетая одну мелодию в другую, что ухо не успевало заметить разницы. Гости двигали стульями, пересаживаясь и вставая. Девушки щебечущей стайкой набились в туалете, парни высыпали на улицу, чтобы проветрить лихие головы, одурманенные хмелем.

Старшее поколение сползлось в кружок и бойко заспорило о том, кто кому больше кровушки выпил. И пока лидировала мать жениха.

Лешкай куда-то пропал, но меня это не огорчило. Я с милой улыбочкой профессиональной ведьмы пила вишневый компотик и заедала его салатиком, когда ко мне с обличительной проповедью подсел служитель Триединого.

Немолодой, но бойкий служитель приехал на праздник вместе с двоюродной бабушкой со стороны жены.

– Покайся, поганая ведьма, – сразу зашел он с козырей, но в процессе так увлекся беседой с «поганой ведьмой», что под конец вечера мы перешли на дружеское «ты» и схлестнулись в научно-теологическом диспуте о роли черных ведьм в системе становления духовного мира.

Спохватилась я, только когда на улице окончательно стемнело. И поняла очевидное: пора возвращаться в магическую школу.

– Будете в Великом Коптяборьске, госпожа ведьма, обязательно загляните ко мне в храм, – великодушно пригласил служитель Триединого.

Я клятвенно пообещала подумать над его предложением посетить изгоняющую бесов службу и вышла на воздух.

Найти Лешкая и стребовать с него остаток гонорара оказалось той еще задачкой со звездочкой, но я была упорна, время поджимало, поэтому наниматель был пойман и обналичен в кратчайшие сроки.

– Госпожа ведьма! – Ириша нагнала меня уже у самой калитки. – Вот, госпожа ведьма, возьмите пирожков на дорожку.

– Что вы. Не стоило, – попыталась отказаться и сама не поняла, как оказалась за калиткой с корзинкой в руках.

Немного помедитировав над содержимым своей ноши, я решила, что пирожки лишними не бывают по определению, и заспешила к возвышающейся над крышами домов башне из красного кирпича.

Вечер выдался прохладным, поэтому я накинула капюшон на рыжую голову и зашагала по сонным улицам Древотяпска.

Шла себе и шла.

Насвистывала экзорцизм из четырнадцатого билета.

Беспечно помахивала корзинкой с пирожками.

И тут вдруг из ближайшей подворотни послышалось деликатное покашливание.

Я притормозила и повернулась на звук. В темноте подворотни на задних лапах замер… здоровущий волк.

Остановка пятая

Городские подворотни

– Доброй ночи, – улыбнулась вся такая вежливая я, быстро перекидывая корзину на сгиб левой руки, чтобы освободить правую для магии. – Серый волк, как я понимаю?