Клинки Юга - Сударева Инна - Страница 71

К середине дня, на привале, который устроили возле встретившегося на пути огромного валуна, Фредерик развернул карту:

– Земли за Хворовой топью обозначены весьма схематично. Ничего определенного. Что ж, будем полагаться на то, что есть, а еще – на знания нашего проводника, – и он подозвал Муссена. – Куда мы вышли?

– Это уже Азария, ваша милость. Колючий лес, – принялся рассказывать азарец. – Он небольшой. За ним – каменистая пустошь, потом – степи, моя родина. Раньше там было много селищ, но теперь они разрушены: князь Хемус постарался. За степью – пустыня – Бликуша. Там живут кочевники – блики. Хотя, возможно, уже не живут, – Муссен почесал за ухом. – Не могу поручиться, что говорю правду, ваша милость. Слишком давно я не был в родных краях.

Фредерик понимающе кивнул, откусил от яблока, которое ему перекинул из сумки с провизией Элиас, пожевал и сказал:

– Ты выполнил обещание, провел нас через болото, и теперь можешь быть свободен. Требовать от тебя большего я не желаю. Конечно, через топь назад одному тебе сложно будет пробираться, но ты можешь поехать на запад, в Эрин, и уже оттуда возвращаться домой. Путь неблизкий, но он безопаснее. А в Эрине правит мой кузен – лорд Климент. Я составлю для тебя охранную грамоту: с ней в его землях тебя всюду ожидает гостеприимство.

Муссен поклонился, прижав руку к груди:

– Ваша милость очень добры, беспокоясь о таком простом крестьянине, как я.

– Что же ты ответишь на мое предложение?

– Возможно, я еще смогу быть вам полезен, – азарец поклонился еще ниже. – Как проводник уже по Азарии. Вы ведь здесь впервые?

Фредерик опять кивнул.

– Азарские земли сильно отличаются от земель Южного Королевства. И ваш немой Димус не сможет многого вам объяснить. Поэтому позвольте мне ехать с вами дальше, чтобы знакомить с моей родиной.

– А он прав, – отозвался Линар, с шумом появляясь из соседнего кустарника. – Мне, например, очень интересно узнать, что это за колючки, – протянул азарцу темно-красную веточку, усыпанную крючкообразными шипами. – Я за них плащом зацепился и не смог отцепиться. Только руки ободрал, а плащ пришлось оставить.

Муссен не торопился брать веточку. Он осмотрел ее издали и сообщил:

– Эти колючки называют паучий зуб. Если вы сейчас же не промоете царапины, к вечеру они распухнут, и будет жар.

Доктор только глаза выпучил, посмотрел на свои окровавленные ладони, как на злостных врагов, и устремился к ручейку, еле слышно журчавшему из-под валуна, где по локоть сунул руки в воду.

– И много тут подобных сюрпризов? – мрачно спросил Фредерик.

– Много, ваша милость. – Муссен тряхнул головой. – И я не могу позволить, чтоб спаситель моих детей отправился по моей стране без должного сопровождения. Посему позвольте мне ехать с вами дальше.

– Ты удивительно здраво рассуждаешь, – ответил король. – Мне приятны твои слова. Но мы едем на восток – к Красным Перьям.

У азарца вытянулось лицо:

– Это нехорошие горы. Это заповедные горы. Там живут колдуны и маги. Обычным людям нельзя туда являться. Маги их убивают. Зачем вы туда едете? Это очень-очень опасно.

Фредерик опять откусил от яблока, пожал плечами:

– У меня есть к ним одно очень важное дело. Думаю, оно поможет мне остаться в живых при встрече с этими грозными магами. Тебе я говорю о нашем походе лишь для того, чтоб ты подумал: стоит ли тебе ехать с нами? Нужна ли тебе эта опасность?

Муссен задумался, крепко задумался. Фредерик терпеливо ждал ответа, доедал яблоко и наслаждался свежим ветром, который был лишен тех нехороших запахов, которыми привечала Хворова топь. Сейчас дышалось легко и приятно, и молодой человек чувствовал, как с каждой минутой освобождается от болотных ядов его грудь и голова. То же, судя по довольным лицам, испытывали и его рыцари, сидевшие на солнышке у валуна и поглощавшие лепешки и колбасы.

– Я решил, государь мой, – сказал, наконец, Муссен. – Я еду с вами. Какая мне может угрожать опасность, если рядом мечи короля и его славных рыцарей?

Фредерик улыбнулся:

– Что ж, добро пожаловать в мой отряд.

Азарец сел рядом и тут же принялся что-то чертить палочкой на земле:

– Идти нам надо на восток. В Красных Перьях берет начало речка Сибил. Рождаясь в горах, она падает вниз, в ущелья и течет, местами прерываясь, через всю Азарию. Нам надо выйти к ней и ехать вдоль русла, против течения. Это самый простой путь к Красным Перьям.

– А мы попадем к черной башне? К Крупоре? – спросил, рассмотрев рисунки Муссена, Фредерик.

Азарец передернулся лицом:

– Вы и о ней знаете?

– Я много знаю, но не все.

– Крупора стоит в Душном ущелье. Сибил от него недалеко. Так что мы попадем к черной башне, если так будет нужно вашей милости.

Король вопросительно посмотрел на Димуса. Немой, слышавший то, что говорил Муссен, энергично затряс головой, подтверждая слова земляка.

– Отлично, – сказал Фредерик. – Болото мы прошли, в живых остались. Следующий этап нашего путешествия – дойти до реки Сибил. Если господа рыцари перекусили и отдохнули, предлагаю двигаться дальше.

Никто не высказался против предложения государя. Настроение у рыцарей, выбравшихся из неприятного болота, было приподнятым, поэтому, закончив с трапезой, они проворно оседлали резвых жеребцов, и весело поскакали по азарской земле дальше на восток. Только Линар, который лишился всех своих лошадей, сидел понурый за спиной у Генрика. Однако через несколько минут мастер оживился – ехать и не замечать удивительного окружающего мира было невозможно. Колючий лес оказался густо населен всевозможным зверьем и полон неизвестными доктору растениями. Муссен едва успевал ответить на один вопрос, как от Линара без промедления следовал второй и третий.

К концу дня и лес закончился – перед рыцарями раскинулась каменистая равнина, покрытая редкими пучками какой-то рыжей травы. Кое-где громоздились кучи серых валунов, проносились, скакали гонимые теплым ветром огромные «перекати-поле».

– Здесь много ядовитых змей, пауков и жуков, смертельно ядовитых, – сразу предупредил Муссен. – А еще ночами охотятся дикие кошки. Но кошки нам не опасны.

– Угу, – подтвердил Димус.

– Ну и местечко, – буркнул Аглай, передернув плечами.

– В таком случае, предлагаю ехать без ночевки, – сказал Фредерик. – Зажжем факелы – и вперед.

Все дружно закричали «да!» – спать на земле, по которой ползали всякие ядовитые твари, никому не улыбалось…

Опасения Муссена насчет того, что им придется ехать через обезлюдевшие земли, подтвердились: на следующий день, только взошло солнце, путники увидали впереди черную изгородь сожженной, явно необитаемой деревни.

– Когда-то здесь был большой поселок, – сказал Элиас, первым въезжая на селище.

– Эта деревня называлась Бойкури. Ее жители умели работать со змеиной кожей: славные делали пояса, кошели, даже башмаки. А еще – добывали розовые кристаллы для украшений, – отозвался Муссен. – Я не раз приезжал сюда из своего поселка меняться. Жители Бойкури наверняка ушли в болота и оттуда – в степи Королевства. Им не по нраву был Хемус и его порядки. Вот князь за строптивость и сжег деревню. И тех, кто решил остаться.

– Думаешь, такие были? – спросил было Фредерик, но тут же смолк: с высокого шеста, явно специально вбитого посреди разрушенного дома, черными глазницами пялился на мир человеческий череп, давно лишенный нижней челюсти. – Памятка от Хемуса. М-да, так уж выходит, что помнить о нем будут не только в Азарии, но и много где еще.

– Главное – не сама память. Главное – какова память, – заметил Аглай, хмуро осматривая руины. – Давайте пополним запасы воды и уедем из этого места. Тут смертью веет. А мы как-никак за жизнью сюда прибыли.

Фредерик кивнул и двинул коня вдоль того, что раньше представляло собой деревенскую улицу, – искать колодец. Пока ехал, не увидел ни одного целого дома: все было разрушено до основания. Кое-где сиротливо торчали дымоходы печек, черные, как и все в убитых Бойкури.