Рыцарь из ниоткуда. Сборник (СИ) - Бушков Александр Александрович - Страница 209

Они распрощались, и Сварог направился к замку, пребывая в полнейшем смятении чувств. Как-то незаметно он свыкся с мыслью, что жизнь ему здесь суждена запутанная и бурная, но не ожидал такого…

В обширной прихожей он постоял у старинных доспехов неведомого рыцаря, бережно, без единого пятнышка ржавчины сохранявшихся в углу, на дубовой подставке. Это не бутафория, а настоящий доспех, когда-то побывавший в жарком деле – так и сям видны недвусмысленные вмятины.

Не без зависти послушал, как безмятежно и лихо веселятся загулявшие соратники. Дагарас тренькал не в лад, но тетка Чари выводила со всей возможной аффектацией:

Два хмельных баса вкупе с хмельным тенором старательно орали припев:

Сварог помнил эту песню по «Божьему любимчику». Он едва не зашел туда отвести душу за чаркой, но вспомнил, что Маре обещали принести микроскоп, и направился наверх.

И встретил Делию. Вот теперь она выглядела настоящей принцессой – открытое короткое платье из тончайшего палевого бархата, украшенное желтыми кружевами, золотистыми лентами, великолепные волосы уложены крупными локонами, в золотых прядях сверкает огромными изумрудами древняя диадема из сокровищницы Вентордерана, подаренная ей Сварогом. Принцесса, чье предназначение в жизни – чаровать, пленять и похищать сердца. Правда, прическа слегка растрепалась, а на открытом плече наливается розовым след долгого поцелуя, но это лишь прибавляет прелести.

– Граф, отчего вы так серьезны? – Она послала ему лукавый, чуть хмельной взгляд и хотела пройти мимо.

– Потому что думаю о серьезных вещах, – сказал Сварог, довольно невежливо стоя у нее на дороге. Что ж, не встреться она сейчас, пришлось бы отложить до другого раза, но коли уж так удачно вышло…

– Думаете о завтрашнем дне?

– Не только. Пытаюсь понять, что вы от меня скрываете.

– Я?! Великие небеса, с чего вы решили? – Она нетерпеливо притопнула туфелькой. – Конечно, вы теперь король, но я же дама. Согласно этикету я не могу обходить вас, как столб, вы должны уступить дорогу. Достойно ли это короля – задерживать даму, спешащую к любовнику?

– Бросьте, – сказал Сварог. – Вы не так уж пьяны и ветрены, как пытаетесь представить… Вы насторожились, я же чувствую…

– Допустим. И что же я, по-вашему, от вас скрываю?

– Я и сам плохо представляю, – сказал Сварог, почувствовав себя довольно глупо. – Знаете, я никудышный маг, да что там, я и не маг вовсе… Но кое-что я все же умею, вдобавок в последнее время стал чутким к умолчаниям и логическим прорехам, должно быть, образ жизни, роль загнанного зверя сказываются. Вокруг вас что-то многовато странностей и темных мест. Почему вы, скрываясь в том домике, даже не пытались снестись ни с отцом, ни с друзьями, хотя они у вас есть? Как вышло, что вы видите в темноте не хуже меня? Почему я порой не могу определить с помощью магии, когда вы говорите правду, а когда лжете? Как вам удалось сбить тот вертолет в Хелльстаде? Откуда у вас вдруг взялся пистолет? Когда мы вас нашли, у вас его не было, такого пистолета не было ни у одного из моих людей, мы его не захватывали в стычке, Сезар ничего из оружия не дарил. А после схватки с вертолетами, когда можно было все не спеша обдумать, у меня осталось стойкое убеждение, что вокруг вас, когда вы этот пистолет выхватили, явственно стало холоднее… Что за магией вы владеете?

Владеете, не спорьте… Все по отдельности выглядит безобидно, но вместе взятое заставляет ломать голову…

– Над чем? – спросила Делия. – Ну, над чем? Надеюсь, вы не подозреваете меня в служении темным силам? Или в том, что мое бегство из дворца было инсценировкой? Нет? И на том спасибо. В чем же вы хотите меня уличить, что услышать?

– Кто такие Керуани?

– Откуда мне знать?

– Врете, – сказал Сварог убежденно. – Керуани, возможно, больше и не существуют, но что-то схожее осталось. Я чувствую, что тайные общества не сводятся к одной лишь «Черной благодати», что вокруг идут какие-то потаенные игры…

– Вы великолепны, граф. – Делия подошла вплотную и коснулась губами его щеки. Ростом она почти не уступала Сварогу, и на цыпочки ей становиться не пришлось. – Жаль, что мы не были знакомы раньше, кто знает, как все повернулось бы… Вы отважны и умны, и ум у вас острый… Конечно, я бесконечно благодарна вам, вы спасли мне жизнь… Но скажите честно, для чего вам чужие тайны? Ради того, чтобы испытать удовольствие от решения загадки? И только? Коли уж вы поняли, что существуют некие секреты, должны бы сделать следующий шаг: понять, что речь идет о крайне серьезных вещах.

Секреты, которые не раскрывают даже в благодарность за спасение жизни, потому что они не являются чьей-то единоличной собственностью… Вам никогда не приходило в голову, что в иных делах вам все еще не доверяют до конца? Не оттого, что питают недоверие к вам лично, а потому, что вы – частица недалекой мощи, диктующей всем остальным свою примитивную волю?

Недалекой в обоих смыслах – и близкой, и глуповатой… Вы – лучшая частичка. И все же не принадлежите всецело этому миру…

– Простите, – сказал Сварог, уставясь в пол. – Совершенно не следовало затевать этого разговора. Нужно было подумать сначала, и крепко…

– Не думайте, что я настроена к вам враждебно хоть в малейшей степени, – Делия положила ему руку на грудь. – Как-никак я уже доверила вам свою жизнь. И доверю вновь, если придется. И буду драться бок о бок с вами, когда понадобится. Но сейчас вы требуете того, чем я одна распоряжаться не вправе. И Леверлин тоже. Хотите достаточно веский аргумент? Вы слишком неопытны в нашем мире, очень уж недолго здесь пробыли…

– Откуда вы знаете?

– На облаках прочла, – улыбнулась Делия.

– То самое, присущее Керуани умение?

– Ой… Просто пословица. Видите, вы даже простых пословиц не знаете.

Не сердитесь. Когда-нибудь мы с вами обязательно поговорим о многих увлекательных, страшных и загадочных вещах. Мое слово. Не сердитесь?

Сварог молча поцеловал ей руку, стоял и смотрел, как она уходит по коридору грациозной летящей походкой. Печально вздохнул и отправился к себе.

Мара сидела за микроскопом, левой рукой пинцетом придерживая на предметном стекле нечто неразличимое, крохотное. Время от времени отрывалась, быстро писала несколько строк и вновь приникала к окуляру.

Сварог тихонько сел в углу и принялся наблюдать.

– Сейчас, немного осталось, – сказала Мара, не отвлекаясь и не оборачиваясь. – Увлекательное чтение, весьма. Наши крохотные друзья достигли высот дипломатии, изощряются и виляют… Переполох, когда мы вернемся, будет нешуточный. Подданные твои, скажу я тебе, народец своеобразный…

– Почему мои?

– Ну, не мои же. Кто из нас король Хелльстада? – Она размашисто черкнула еще несколько строк, встала и блаженно потянулась. – Все.

Прочитай и оцени по достоинству.

"Ваше Императорское Величество!

К вам обращаются люди, с традиционно-юридической точки зрения, вполне вероятно, и не являющиеся вашими подданными, но безусловно признающие ваш титул, престол и сюзеренитет. Пребывая в вынужденном затворничестве около пяти тысяч лет, мы в последнее время благодаря достижениям нашей науки и техники получили возможность навещать большой мир и получать довольно точную и подробную информацию о его делах, в том числе и о начале вашего правления – каковое, мы надеемся, будет долгим и славным. К сожалению, по ряду серьезных причин короли Токеранга (как именуется наша страна) были лишены возможности засвидетельствовать вам свое почтение. К числу таковых причин следует отнести и отсутствие на территории Хелльстада, под поверхностью коего располагается Токеранг, имперского наместника, равно как и любых других чиновников вашей администрации.