Возрождение (СИ) - Смолин Павел - Страница 57

Словом — комплексы так быстро не излечить, однако сказанные мной — совершенно, кстати, искренние! — теплые слова очень мощно резонировали с грустными сердечками бывших соотечественников и вернулись обратно ко мне, в виде всенародной любви. Так-то, полагаю, хватило бы и пустых слов — много ли живущему в кольце врагов, теряющему Родину под ногами человеку для счастья нужно? — но ими я не ограничился, изрядно скрасив досуг советским гражданам, даровав им прикольные, яркие игрушки и не менее прикольные и яркие игрушки электронные. Да тут все школы динамиками «Тамагочи» пищат!

А главное — я почти не вру! «Почти», потому что вранья моего в СМИ не показывают. Говорю прямо и с точки зрения теряющего на этих землях силу, но все еще могучего социализма: вот приветственный подарок в виде телеокна «в большой мир», а теперь давайте торговать. Торговлю бывшие соотечественники понимают, любят и уважают: вот пацан, вроде капиталист, но мы тут и похуже капиталистов видали, а этот хотя бы прямо говорит — прибыл заниматься бизнесом. Значит — чище и честнее девяносто девяти процентов других рож из телевизора! И маскируется-то как, капиталюга проклятый! Клав, ты глянь: медицинские центры оборудует, детей на забугорные курорты возит, гуманитарку сотнями тыщ тонн раздаёт! У-у-у, эксплуататор! А вчерась — слыш, Клав? — Сергеич (потому что Горбача в этой реальности уважают) в телевизоре сказал, что Япония восемнадцать миллиардов кредита нам дала. Тож поди без нашего Ёшки не обошлось, как считаешь?

Додумываю конечно, принимаю желаемое за действительное — мировая популярность, как не огораживайся от нее стеной миленьких девочек и японским национальным самоуничижением, все-таки меня корежит — но на моей стороне результаты социологических опросов, рейтинги телеканала и самое главное: даруемые мне улыбки на лицах всех простых советских людей.

Обстановка в зале назначению полностью соответствовала: с одной стороны — столы для отвечающих, с другой — ряды мягких сидений для вопрошающих. Нас усадили в самый первый ряд, что очень приятно. За столами пока никого, по залу бродят растерянные люди, общее настроение — крайне тревожное. Не желая тратить время телезрителей в никуда, я затыкал паузу в эфире, зачитав новость «из-за речки»:

— Президент США, Джордж Герберт Уокер Буш, осудил действия законных властей СССР. Заранее прошу прощения за неуместную в настолько тревожный период истории шутку, но я вижу в этом осуждении некую привычку: история насчитывает прискорбно мало моментов, когда лидер США одобрял хоть какие-то действия законной власти СССР.

Это для советских зрителей, тоже из-за комплекса неполноценности: Горби вел страну к последней в ее истории «разрядке», а Буш-старший подал четкий сигнал: с «путчистами» никакой дружбы не будет. И потом эти люди будут обвинять каких-то невидимых «русских хакеров» в выборы в США! Да вы же сами, б*яди, даже не «вмешиваетесь», вы прямо палкой бурлящие политические котлы по всему миру перемешиваете! Ненавижу.

Из-за кулис, под протокольные аплодисменты, вышли «путчисты», которые заняли свои места за столами. Слово взял усевшийся с краешку очкастый модератор, которого я впервые вижу:

— Уважаемые товарищи, дамы и господа, начинаем пресс-конференцию исполняющего обязанности президента СССР, Геннадия Ивановича Янаева…

Воспользовавшись тем, что «выпал» из кадра, я шепнул Нанако:

— Скажи оператору, чтобы не брал крупные планы и старался не снимать руки!

Потому что старперы потеют, краснеют и трясутся — по рукам это видно даже издалека. Нервничать в такой ситуации нормально, но вот показывать это всему миру — нифига! Вот Борька накатил для храбрости и теперь звенит яйцами, демонстрируя уверенность и твердость позиции, создавая тем самым откровенно нелестный для «путчистов» контраст. Но я позаботился и об этом, пару раз аккуратно макнув Ельцина с его Кравчуком в ту самую субстанцию и выставив дебилами, что уже на самом-то деле может мне выйти боком: обидится алкаш и начнет мстить. Ельцин — не тот рациональный даже больше, чем следовало бы человек, что придет ему на смену. Ельцин — это обожающий власть алкаш со всеми вытекающими. Насрать, сейчас его положение слишком шаткое, чтобы такого мощного клопа как я трогать, а потом будет гулять на грани импичмента с маленьким рейтингом — тоже как-то не с руки мстить.

— Вместе с ним, — продолжил модератор. — В президиуме пресс-конференции находится Олег Дмитриевич Бакланов, заместитель председателя Совета обороны СССР…

ПРЕЗИДИУМ ПРЕСС-КОНФЕРЕНЦИИ! А долгие, несмолкающие аплодисменты по ее итогам планируются? Это же еще во времена Брежнева завелось, и не вам такой красивый и уважаемый обычай менять, уважаемые товарищи!

— Далее, — продолжил «зачитывать поминальник» модератор. — Борис Карлович Пуго, министр внутренних дел СССР. Далее… — модератор очень позорно и для себя, и для товарищей громко зашуршал бумажками, что заставило неуютно поёжиться «президиум».

Как же вы, сука, не умеете выстраивать нормальную картинку!!! И вот сомневаюсь, что очкастый «поминатель» забыл ФИО — полагаю, он забыл порядок, в котором нужно перечислить товарищей. А какое мнение у зрителей сложится? Правильно: «гляди, он же даже сам этих номенклатурных уродов не помнит!».

Вот бы часов за шесть-семь до начала Крючков отправил ко мне Тимоху с простым сообщением: «мы собираемся прижучить Ельцина. Помоги, пожалуйста». Все бы уже давно закончилось, а алкаш бы переехал не в Белый дом, а на два метра под землю! Ладно, это уже совсем фантастика — кто на ребенка в деле наведения конституционного порядка полагаться станет?

— Стародубцев Василий Александрович, председатель Крестьянского Союза СССР…

Он еще и председатель Крестьянского Союза, что автоматом превращает косяк модератора в смачный плевок в лицо всем колхозникам и совхозникам СССР.

—…И Тизяков Александр Иванович, президент Ассоциации государственных предприятий и объектов промышленности, строительства, транспорта и связи СССР. Вступительное слово имеет Геннадий Иванович Янаев.

— Дамы и господа, друзья, товарищи, — начал «иметь» Янаев. — Как вы уже знаете из сообщений средств массовой информации, в связи с гибелью Михаила Сергеевича Горбачева и необходимостью преодолеть стремление сепаратистских сил к развалу страны…

Да ты хоть мятежником Ельцина обзови, старая моль! Не перед Политбюро охеренно важный доклад зачитываешь, а к народу в критический момент обращаешься! Расскажи гражданам, кто тут силы зла — они сразу поймут и сформируют нужное тебе мнение!

-…Преступил к исполнению обязанностей президента СССР. Вступив на путь реформ и пройдя по этому пути значительное расстояние, Советский Союз сейчас оказался перед глубоким кризисом, дальнейшее развитие которого может поставить под угрозу как сам курс реформ, так и привести к серьезным катаклизмам в международной жизни…

Ну хоть реформы прекратить не обещает — их необходимость настолько очевидна вообще всем, что это сразу стало бы политическим самоубийством. Говорил Янаев долго и по делу: и о перекосах в экономике и неспособности зачаточного кооперативного движения это исправить, и о межнациональных конфликтах по окраинам, и о выстроенных регионалами параллельных управленческих контурах, и об угрозе развала страны. Говорил все, как оно есть на самом деле. Объявив о создании ГКЧП, он принялся нудно перечислять его состав. Сука, ну зачем? Расчет на тягу народа к коллективизму? Кто вообще всех этих людей знает?

— Комитет полностью отдает себе отчет о глубине поразившего нашу страну кризиса. Он принимает на себя ответственность за судьбу Родины… — Янаев вытер платочком лицо, напрочь убив впечатление от следующей фразы. — И преисполнен решимости принять самые серьезные меры по скорейшему выводу государства и общества из кризиса. Мы обещаем провести широкое и всенародное обсуждение проекта нового союзного договора…

Ой, всё! Это вот такой план? Референдум провести? Боль в душе была почти невыносима, и единственное, чего мне сейчас хотелось — это сбежать в Нью-Йорк на студию к Айс-Кубу, спасаясь от несовершенства бывшей Родины жопастыми негритянками и вот такенными косяками «с дерьмом».