Купленная жена (СИ) - Вин Аманда - Страница 39

Но Ратмир остаётся спокойным:

— Да. Именно оно. Даже удивительно, правда? Можно найти плюс даже в беспросветной ситуации.

Ратмир наливает шампанское (в заранее подготовленные для нас бокалы, а ещё идёт на кухню и приносит несколько блюд в гостиную – не иначе как феи поработали. Когда только успевает раздавать поручения?).

Мы с Ратмиром чокаемся «за любовь».

Прежде чем отпить, я говорю:

— Да… Хорошо, что сейчас справедливость восторжествовала. Все виновные сидят за решеткой. Но если честно, мне как-то не по себе оттого, что здесь жила Яна.

— Не переживай. Я стёр ее следы существования, теперь это только твой дом, — говорит и наклоняет мне бокал, чтобы я выпила, наконец.

Это странно. Обычно он не склоняет меня к алкогольным напиткам.

Делаю глоток и замечаю на дне бокала что-то яркое, начинаю улыбаться. Как и Ратмир.

Достаю кольцо и спрашиваю:

— Что это?

— Твое семейное кольцо. В этом доме нашёл. Что же ещё?

Толкаю Ратмира в бок, смеюсь:

— Перестань!

— Я делаю тебе предложение руки и сердца, — говорит после, — Аверина Евангелина, ты вернула себе своё имя, свой дом, компанию… Хочешь ли ты теперь стать снова Прохоровой?

Звучит очень трогательно, глаза увлажняются, но я изо всех сил стараюсь не заплакать.

— Да! – говорю я после короткой паузы.

Ратмир меня целует.

Я безумно счастлива. Все-таки собирался сделать мне предложение! Мои опасения не оправдались. А ещё он делает для меня то, о чем я даже не просила… Например, вот вернул мне мой дом.

Мы ещё долго сидим у камина, болтает, целуемся. (Мне немного боязно, что на меня могут нахлынуть «призраки прошлого», видимо, Ратмир это понимает, поэтому у нас не доходит до секса, хотя момент очень подходящий).

— А ты ведь мне так и не сказала, — произносит, в очередной раз наливая шампанское.

— Что не сказала?

— Что любишь меня.

— Тебе хочется это услышать? – улыбаюсь.

— Ладно, прибереги для сегодняшней ночи.

Я киваю:

— Договорились.

После ужина Ратмир водит меня за руку по дому. Спрашивает, вспоминаю ли я что-то.

— Только интуитивно, воспоминаний нет, но я как будто чувствую, что росла здесь… А как тебе удалось тут все так восстановить?

— По фотографиям.

— А почему ты решил сделать предложение именно здесь? — улыбаюсь.

Ратмир пожимает плечами.

— Ты очень хотела быть свободной и независимой, теперь у тебя есть своя компания, дом. Все это получено до брака… Ты можешь не переживать в нашем браке, что зависима от меня.

Наклоняюсь к Ратмиру:

— Кажется, ты хорошо меня изучил.

— Пришлось… Ведь я люблю тебя.

В этот момент внизу раздаётся скрип входной двери. Я вздрагиваю, Ратмир напрягается. Понимаю, что он тоже никого не ждал…

Мы на втором этаже, а кто-то вошёл на первый…

— Стой тут, я проверю, — говорит мне одними губами.

Я хватаю его за рукав:

— Не надо. Просто вызови охрану.

Я знаю, что у него есть «тревожная кнопка», стоит только нажать, они примчатся.

Вообще, они обычно, итак, всегда ездят за нами, а сегодня почему-то он их не взял. Закон подлости!

— Пиджак остался внизу, — отвечает.

Мы слышим звук шагов по лестнице. Меня всю трясёт, я почему-то вспоминаю, как Ратмир лежал в больнице, ещё раз я это не переживу…, но Ратмир остаётся спокойным. Я стою за его спиной, чувствую его ровное дыхание и тоже немного успокаиваюсь. Выглядываю на того, кто идёт…

Глава 49

— Ну, привет, — слышу я голос Павла раньше, чем его вижу.

И я уже готова была выдохнуть, что ничего опасного, как выглядываю из-под плеча Ратмира и вижу у Павла в руках оружие.

Не какой-нибудь маленький пистолет, а большой автомат или что-то типо того. Он направляет его прямо на Ратмира.

Я пытаюсь выйти из-за его спины, но он меня не пускает. Держит за руку, поэтому приходится спрашивать так:

— Что ты делаешь… Паша, мы же с тобой почти дружили, — голос дрожит, и язык не слушается.

А ещё я совсем не узнаю Павла. Он был всегда спокойным, интеллигентным, а сейчас на нем странная одежда, волосы растрепаны в разные стороны, и глаза какие-то бешеные, он подходит к нам и смотрит только на Ратмира, говорит:

— Тебя я отпущу, а он останется.

— Ева, уходи, — обращается ко мне Ратмир через плечо.

Начинаю махать головой:

— Никуда я не уйду!

— Пожалуйста! — просит Ратмир.

А Павел тем временем размахивает своим ружьем, я вскрикиваю от его резких движений и закрываю рот руками.

— Перестань! Не трогай его! Что он тебе сделал? Успокойся! — говорю я все свои мысли разом.

Ратмир сильнее сжимает мою руку, и я понимаю, что он просит успокоиться и отойти, но я ничего не могу с собой поделать.

У меня либо истерика начинается, либо я думаю, что до Павла можно достучаться.

— А он тебе не говорил? — спрашивает Павел.

— Нет.

— Как же так? — Павел смеётся, а Ратмир остается спокойным.

После выдаёт одним предложением:

— Ладно, посадили тетю, но этого ведь оказалось мало! Надо было и моего отца упечь за решетку?

— Что он говорит? — спрашиваю у Ратмира, а тот спокойно отвечает Павлу, как будто мы здесь кофе пьем в семейном кругу:

— Твой отец виновен в смерти родителей Евы.

— Это неправда! Была случайная авария, — кричит Павел.

— Не случайная, а подстроенная твоим отцом, — говорит Ратмир.

— Мой отец не способен на такое!

— А ты? — спокойно спрашивает мой жених. — Пришёл сюда меня убить, значит, пошёл в отца?

Я снова зажимаю рот рукой, потому что вижу, какое злое лицо у Павла становится. Что же он делает? Зачем его провоцирует.

Павел подходит и направляет оружие на Ратмира.

Я почти ничего не успеваю понять, как лечу в сторону (не заметила, как Ратмир меня оттолкнул).

А сам быстрым движением почти прыгнул вплотную к Павлу, выхватил у него оружие и двумя резкими ударами согнул его в три погибели, а потом и вовсе вырубил.

Я стою на коленях (потому что от резкого толчка не смогла устоять на ногах) и все ещё не могу отдышаться. Ратмир поднимает оружие и осматривает одежду Павла (наверное, ищет другие опасные предметы). Находит в его кармане веревку и перевязывает Павлу руки и ноги, хотя тот все ещё лежит без сознания. Подходит ко мне, поднимает с пола:

— Пойдём.

Я от шока не могу пошевелиться, не верю, что все закончилось. Ратмиру приходится брать меня на руки и нести. Внизу он сажает меня на диван, находит свой пиджак и вызывает охрану. А ещё в полицию звонит.

Его охранники появляются быстрее, чем полиция. Ратмир садится напротив меня, спрашивает:

— Сильно испугалась? — берет за руку.

Киваю.

— Это правда про моих родителей?

— Правда.

— Почему же ты мне не рассказал ничего?

— Собирался, но не был уверен, что стоит говорить.

Я дрожу, Ратмир накидывает на мои плечи куртку, говорит:

— Давай сейчас поезжай домой, я дождусь полиции и тоже скоро приеду.

— Не хочу ехать без тебя.

— Плохо, что ты не слушаешься! Когда я говорил тебе уйти, там, наверху, надо было так и сделать!

— Я не могла тебя бросить, я же тебя люблю, — вытираю я слёзы.

Да, не самый романтичный момент для первого признания, но, когда мы стояли там, наверху, я только об этом и думала: вдруг что случится, а я даже ни разу не сказала ему, что люблю!