Долгая дорога Анны 3 (СИ) - Громова Елизавета - Страница 13

Протяжный стон боли вырвался у нее, а сама она согнулась в приступе жестокой боли.

— Ты дура, Мадлена. — спокойно проговорил Кристиан Берг, с самым холодным выражением лица наблюдая за муками королевы. — Тебе было ясно и подробно сказано — не допускай даже мысли о моей смерти и о том, что вам с сыновьями очень нравится трон Грейсуора, но тебе хотелось проверить. Сдохнешь ведь так от собственного яда и сыновей за собой утянешь. Интересно мне, зачем ты вышла за меня замуж, если так сильно ненавидишь меня? Тебя ведь никто не заставлял, ты сияла от радости, когда мой отец на Совете объявил, что именно Мадлена Кериден станет для меня подходящей женой, а для Лангедона — хорошей королевой.

— О-о-о, сквозь зубы процедила королева. — И ты бы просиял, если бы увидел возможность вырваться из бедности и получить власть. А когда ты внезапно исчез, направляясь в гости к Бенедикту, я не из-за горячей любви кинулась тебя искать, а из опасения остаться ни с чем, идиот...

— Целителя мне, целителя позови…- стонала женщина, держась руками за живот.

— Я бы позвал, Мадлена, но целитель не поможет. Попробуй подумать, какой же я хороший и что ты вместе с сыновьями желаешь мне только добра.

— А пошел ты…- скрипя зубами, ответила Мадлена и новая волна боли скрутила ее. Женщина упала на колени, тяжело дыша и не в силах разговаривать, затем повалилась на пол и замерла. Она лежала, скорчившись, а король, с жалостью глядя на это зрелище, тихо проговорил:

— Думай о хорошем, Мадлена, иначе скоро у тебя начнется страшный понос и ты будешь лежать в собственном дерьме. А я просто не выдержу эту вонь и прикажу вынести тебя на улицу. Ты будешь корчится в своей вони, а мимо будут проходить люди и зажимать носы. Для королевы не слишком ли это ужасно? А твоя гордость, разве она не будет страдать, когда проходящие мимо тебя люди станут смеяться над тобой и показывать на тебя пальцем?

Женщина вздрогнула и застыла. Минут через десять она смогла встать на колени, затем поднялась на ноги и, не глядя на короля, пошла к выходу. Кристиан только покачал головой, дивясь ее выдержке и самообладанию. В течение следующего получаса королева была отправлена порталом в Лангедон.

Сразу же после ее ухода Кристиан Берг пригласил на обед своих гостей, а также графов Лавойса и Тегерона, недавно породнившихся — Конрад Лавойс женился на дочери первого Советника короля Хлое. Морис Алиест, мрачный и усталый, сидел за столом возле матери и почти весь обед молчал.

— Ну вот, друзья мои. — отставив в сторону пустую чашку, решительно заговорил король. — Лично я предлагаю выступить в Алансот сегодня. Большой подготовки для этого не надо, оружие есть у каждого у нас, артефакты и обереги подобраны, сумки с провизией и набором необходимых вещей собраны. Думаю, пойду я, Корвин Андервуд и Морис Алиест. Есть другие предложения?

— Есть. — ответила Анна. — Поскольку Алансот ваш сосед, соглашусь с вашей кандидатурой, Ваше Величество. Обязательно пойду я, как наиболее сильный маг, к тому же с некоторых пор мне тоже стало интересно это герцогство. Корвина это тоже касается. Думаю, нас троих достаточно.

— Нет, мама. — твердо возразил Морис. — Я обязательно должен быть с вами. Я, Глава Службы безопасности Грейсуора, уже свернул себе мозги, разгадывая загадку Алансота. Мне просто необходимо увидеть, что это такое. Я иду, это решено.

— Хорошо. — улыбнулась Анна, положив ладонь на руку сына. — Ты прав. Давайте уже выступать. Время идет и что нам готовят соседи — неизвестно. Предлагаю пройти через границу с Алансотом под Пологом Невидимости. Я его немного доработала и даже самые чуткие охранные плетения нас не увидят. Сумка мне не нужна, у меня есть своя, с пространственным карманом.

Они прошли границу недалеко от пограничного форта королевства. Шагнули один за другим и тотчас же попали в пелену густого тумана. Шли молча, держась за одну веревку, вела их за собой Анна, ступавшая осторожно и медленно. В отличие от других, она видела очертания предметов вокруг себя и останавливалась всякий раз, когда ей чудились контуры человеческого тела. Трудно сказать, сколько им прошло времени с момента перехода, но туман стал рассеиваться и Анна с облегчением вздохнула, когда наконец-то вышла на лесную полянку, где воздух был прозрачен и светел. Обернувшись, она удивленно застыла — вслед за ней шел только Кристиан Берг. Он растеряно разглядывал веревку, которая длинной змеей волочилась за ним, затем взглянул на побледневшую Анну и кинулся успокаивать ее.

— Это какие-то магические штучки Алансота. Если бы с вашим мужем и сыном действительно случилась беда, то мы бы услышали звуки борьбы. Не те они люди, чтобы сдаться без сопротивления. Думаю, их не пропустила магия этих мест.

Король не подозревал, насколько он прав. Несколькими минутами раньше Морис Алиест и Корвин Андервуд обнаружили, что остались вдвоем. Увидев просвет в плотном тумане, они направились в его сторону и вышли к пограничному форту Грейсуора. Их повторные попытки пересечь границу с Алансотом успехом не увенчались.

Анна с королем прошли несколько метров от места, где обнаружилось исчезновение Корвина Андервуда и Мориса Алиеста, когда воздух перед ними замерцал и продернулся матовой дымкой. Они успели резко остановиться, но это не спасло их от внезапного приближения аномалии, которая пропустила их через себя с тонким звоном и исчезла.

Широкая дорога уходила далеко за горизонт, а по обеим ее сторонам аккуратной шеренгой лежали серые валуны, каждый из которых был высотой до плеч Анны. Серое, почти черное небо освещалось росчерками желтых молний. Темно не было, здесь слабо светился сам воздух и светилась зеленая, пульсирующая слизь, покрывавшая камни. Она стекала по камням, собиралась в мерзкого вида жгуты и устремлялась вверх. Жгуты свивались и превращались в бугристые шары, на которых появлялись полные нечеловеческого страдания круглые глаза. Чуть ниже открывался большой, беззубый рот, словно исторгавший вопль безумной боли. Одна за другой над валунами вырастали эти страшные и нелепые головы и смотрели на Анну, раскачиваясь на тонких стебельках. Где-то далеко раздался звук шагов, по крайней мере, так показалось Анне. Словно обутые в сапожки на каблучке ноги ритмично выстукивали, шагая по твердой дорожке. На горизонте показалась приземистая туша, разглядеть которую в подробностях Анна не смогла.

Быстро приближаясь, существо, не имеющее ног и состоящее из одного лишь тела, на котором болтались какие-то лохмотья, перемежаясь со щупальцами и паучьими лапками, не сводило с нее больших, желтых, круглых глаз с узкими вертикальными зрачками. Глаза эти смотрели на Анну со странным интересом. Сложно было определить, был ли это интерес гастрономический или сугубо исследовательский, но Анне он не понравился.

Одна из паучьих лапок метнулась в сторону и оторвала от ближайшего камня страдающую голову, забросив ее в открывшуюся пасть. Раздался тонкий, пронзительный визг. Остальные головы задрожали, поникли и размазались по валунам зеленой слизью. Сильная рука ухватила Анну за плечи и подтолкнула в сторону, ближе к узкой щели, через которую просачивался сумрачный свет. Кристиан Берг протиснулся вслед за ней и теперь они стояли на краю долины, над которой клубилось и переливалось всеми оттенками красного низкое небо.

По долине с огромной скоростью носились песчаные вихри, из которых складывались высокие барханы. Внезапно кучи песка вздрогнули и провалились, образуя глубокие ямы, в которых возились, извиваясь змеиными кольцами, огромные черви. Горячий ветер принес и бросил им в лица жесткие песчинки, удушливо запахло гарью.

Король снова схватил ее за руку и потянул в сторону, словно увидел что-то. Мелькнул серый свет. Они стояли в поле, покрытом высохшей травой и таким же сухим кустарником. Теплый воздух пах пылью и было непонятно, то ли раннее утро начиналось таким сумраком, то ли поздний вечер загостился на этой земле.

Они молчали, шагая по бесконечному полю. Наконец-то Кристиан Берг остановился, сбросил с плеча свою сумку и сказал: