Измена. Иллюзия счастья (СИ) - Колесова Катя - Страница 25

Идет на кухню, начинает громко копошится у раковины.

Я киваю.

На сердце сразу снова так больно и страшно. Но я себя пересиливаю.

Кладу перед её глазами конверт, что перед Миша.

— Ты хоть посмотри, можешь не отвечать, — говорю я.

Мама косит на меня недовольный взгляд. Молча открывает конверт. Перебирает бумаги.

— Что это? — спрашивает у меня.

— Твои билеты, приглашение. Едешь лечиться. Оплачено всё, включая последующий стационар.

— Ну вот! — она эмоционально всплескивает руками. — А ты Артура пыталась бросить, а он…

— Это не он сделал, — я задумчиво сжимаю губы. Надо было догадаться что что-то не так, когда он постоянно мне говорил о том, чтоб мама прекратила лечиться у наших врачей. Что он всё оплатит. Но не было никакой информации о том, что он это делал или хотя бы узнавал.

Что если? Он собирался так тянуть или просто из-за своей безответственности и не собирался ничего оплачивать. Все время кормил меня «завтраками».

— А кто? Ань?! — мама отвлекает меня от мыслей.

— Какая разница? — выдыхаю я. — Главное, всё будет хорошо. У тебя всё будет хорошо. А мне пора ехать.

— Куда ехать?

— Куда-то. Подальше. Где мне будут рады. Или хотя бы не… не будут ненавидеть.

На глазах опять появляются непрошеные слезы.

Мама воспринимает их по-своему.

— Знаешь, любовь надо беречь, — лепечет она. — Чтобы ни было, но любовь большая ценность. Её не так легко найти. Нельзя это терять из-за мелких обид.

— Ты об Артуре? — лениво уточняю я.

— Ты можешь не перебивать мать?!

— Мам, ты не понимаешь. Здесь не было любви, — говорю я.

— А что было? — спрашивает она.

— Ты тон изменила, — замечаю я. — Теперь говоришь, о любви а раньше про то, что я другого не найду. Не кнутом так пряником. Мам, не переживай, я выйду за него замуж. Это решено, — я настолько устала, что говорю маме это в открытую. И на её лице появляется счастливая улыбка. Она явно хочет меня обнять, сказать что-то. Но я её перебиваю. — У нас договор с его братом. Я выхожу за Артура, а его брат оплачивает тебе лечение. Мы же с Артуром тихо разводимся сразу же. Это фикция всё. Вся эта свадьба, подготовка, наша счастливая жизнь. Это всё ложь. Иллюзия. И это большая тайна. Если ты скажешь кому-то, всё может полететь прахом.

— Может это возможность всё исправить?

— Мам, он наркоман. Он на меня нападал.

Мама оседает на стуле. Я наливаю себе немного воды, смотрю на маму.

Она кивает несколько раз собственным мыслям. Снова смотрит на конверт.

— Ты сделала это ради меня? — Да. Я терпела его приставания, его приходы наркоманские, и то, как он делает вид, что он прекрасный принц. Я всё это делала не ради него, или ради Маши, или с чей-то репутации. Я сделала это ради тебя, мама. Надеюсь, ты будешь здорова и счастлива.

Я прохожу к своей кровати, переодеваюсь. Пока мама стоит в коридоре думая о чём-то.

— Мам? — спрашиваю я. — Что?

— Почему ты не говорила мне? Я бы… почему ты не говорила, что он принимает?

— Я тебе сказала о том, что он мне изменил. Наверное, я боялась что и в этом ты обвинишь меня.

— Дурочка какая! — она взмахивает рукой и прикрывает рот. Я замечаю глаза на мокром месте. Самой захотелось плакать. Опять.

— Мам, ладно уже.

— Да что ладно?! Я могла тебя потерять?

Я пожимаю плечами. Не знаю. До сих пор не знаю, чтобы было если б не Михаил.

Мама подходит ближе и резко обнимает. Чувствую запах лекарств от её волос. Утыкаюсь носом в её старый махровый халат.

— Спасибо тебе, Аня — я смаргиваю пару непрошенных слёз. — Никогда больше от меня не скрывай таких вещей, пожалуйста. Я… не догадывалась но я была неправа. Я…

— Ничего, мам, всё нормально. Ты будешь здорова, я быстро разведусь. И будем писать письма.

— Кому? — она вопросительно кивает.

— Друг другу, — тихо говорю я.

— В смысле? — она отходит от меня. — Ты говоришь так, будто мы прощаемся.

— Так и есть. После свадьбы мы едем в свадебное путешествие. Я попрошу, чтоб в Крым вместо Италии. И… Артур уедет на пару недель, а я останусь.

Мама открывает и закрывает рот. Отходит от меня. И через долгую минуту размышлений все же говорит:

— Как ты можешь бросать меня?!

А я недостаточно делала?!

Первый порыв сменяется резкой мягкостью. Мама садится рядом. Смотрит на меня серъезно.

— Куда уедешь? Как надолго?

— Останусь, на юге, — повторяю я. — Там нормальный город. Есть работа, нормальный климат.

— А учеба? — мама удивленно хлопает глазами на меня.

— Мне осталась только практика, три месяца, — пожимаю я плечами. — Я смогу её там сделать. Экзамены экстерном сдал когда наступит сессия. У преподов я на хорошем счету.

— Но почему?! Когда ты решила?

Я медленно пожимаю плечами. От нервов тереблю майку в руках.

— Я думала об этом всю дорогу сюда. На самом деле, думала часто об этом и давно. О том, что делать после учёбы. Но сейчас, я поняла, что нужно мне. Очень сильно. Мам, мне нужно побыть одной, где-то далёко от всех. Ты только не обижайся. Я просто хочу другой жизни. Хотя бы недолго. Я здесь в таком собственном соку варюсь. В грустном каком-то.

— А как мы без тебя? — спрашивает она и я удивляюсь.

— Нормально. Я немного совсем зарабатываю, так, подработки. Папа же у нас кормилец. Всё будет нормально, мам.

— А по хозяйству кто мне помогать будет?! Кто папе готовить будет с дежурства?

А когда я жила с Артуром это не было проблемой.

— Мама, у нас есть Маша, и ты извини, но ты можешь.

— Ну так я на лечение уеду, ты чего? — она мне говорит это так, будто я совсем маленький ребёнок, ничего не смыслящий и говорящий явную чушь.

— Ну так он сам приготовит. Маша, ещё что-то. Я не могу быть здесь, ходить с Артуром в один вуз после всего, с Машей видеться каждый день. И терпеть это всё, только потому, что моя миссия пожарить картошки к ужину?! Мам, мне нужно уехать. Я здесь не смогу. И там… там есть шанс хотя бы, не знаю, пожить. Побыть собой. Хоть немного узнать, что это такое. И кто такая "я". Без Артура, без Маши, без вечного давления что я не такая. Что я не лучшая дочь, и потому, я всегда изгой, всегда… — не могу подобрать слово. — Я всегда, мам, недостаточная была. Недостаточна хороша. Я хочу узнать что будет, если не сравнивать. Если просто жить.

— Это эгоистично, — качает мама головой. — Папа же мужчина, его надо обслуживать. И ты, как моя дочь, должна мне помогать. Я понимаю, Артур тебя обидел, да. Но ты могла бы разобраться во всем, разглядеть в нем это гадство. Почему ты не смогла?! Как ты умудрилась, не увидеть в нем наркомана?

— А как ты не увидела? — я повышаю голос, чтобы докричаться до мамы. Но она только хмыкает.

— Я больная, и я с ним не жила, я с ним не спала. Это ты должна была всё увидеть, и тогда бы оно не дошло всё до того, до чего дошло. А теперь, вместо того, чтоб просто жить дальше, ты решила нас бросить. Молодец!

Мама всплескивает руками.

— Мам, я хочу побыть вдали от моей прежней жизни, — я говорю это спокойно, настолько, насколько можно. — Я побыла уже совсем немного, один вечер и я уверена, что мне нужно ещё. Глотнуть этого, понять кто я вообще. А потом, я смогу вернуться. Потом, не сейчас.

— Всё "я" да "я". Последняя буква алфавита! — вдруг, кричит мама и встаёт. — Всё о себе думаешь. Папа будет картошку жарить, посуду мыть, стоять после дежурства, Маша будет, мама будет. Кто-то будет? А ты что будешь делать? На курортах валяться?

— А я недостаточно делала?! — я сама подскакиваю. — Мама, я всю жизнь отдала этой семье! Я чуть не вышла замуж за чудовище, за наркомана, мама. Потому что была слепой. И знаешь, почему я не увидела в нем наркомана? Мам, потому что я не привыкла смотреть и видеть. Знаешь почему?! Потому что я не была среди людей, я всегда занималась хозяйством, домом, вашими скандалами с папой, выгораживаем Машки, снова уроки. Вот чем. А не жизнью. Я не знаю, как понять, чего хочет от меня мужчина, я с ними не общалась. Ты меня отправила на новый год позапрошлый с Машкой и её подружками в кафе, помнишь? Ты мне сказала, знаешь что?!