Долгая Дорога Анны - 2 (СИ) - Громова Елизавета - Страница 18

А ты по своей природе тоже созидатель, ему нравится твой подход к развитию общества. И он постепенно, не спеша вывел тебя к этой цели.

Все, что случилось с тобой и с нами — это его пьеса. Он автор и режиссер, мы лишь исполнили свои роли.

Все молчали, переглядываясь друг с другом. Анна, встав из-за стола, прошлась по гостиной.

— Время от времени у меня было ощущение какого-то нескончаемого пути. Как-будто и цели впереди нет, и никто тебя не ждет, но невозможно повернуть назад. Люди, события — все цеплялось одно за другое и вело меня дальше и дальше.

Она замолчала, задумавшись, потом вскинула голову и проговорила:

— Мне жаль, что я потеряла дорогих мне людей, мне больно до сих пор от этих потерь. Вам я могу в этом признаться. Но если наши догадки верны, то я все равно не могу сердиться на Творца. Он подарил мне огромный мир, а моих близких убивали люди.

Глава 12

Альберт и Ричард Дюфрэ остались в Империи. Дед согласился на должность ректора в Высшей магической школе, а Ричарда Анна попросила помочь Алексу в создании воздушного военного флота, став министром обороны.

Знакомство семьи Дюфрэ с детьми Анны было теплым и радостным.

— Как прекрасно, что у нас с тобой столько внуков, Эдмонд! — восхищалась счастливая София. — И они все настоящие Дюфрэ, не правда ли, мама, папа!

— Да, спасибо тебе, внучка! — ласково говорила Сара.

— За все спасибо! Столько радости мы давно уже не получали!

Через несколько дней две семейные пары Дюфрэ отбыли порталом в крепость Синар, отказавшись от всякого сопровождения. На прощание Анна просила об одном: никто в Виларе не должен знать, где она сейчас находится.

Она навестила их позднее и знала, что встретили их с большой радостью, хотя вначале такое внезапное появление вызвало у многих сильный испуг.

С королем Бенедиктом Четвертым они все положенные по закону документы сделали за один день. Свое долгое отсутствие и нынешний цветущий вид объяснили тем, что совершенно ничего не помнят, полный провал памяти. Очнулись в гарнизоне, как-будто никуда и не исчезали.

Лерой Менерс передал дела предельно тактично и въедливо, его руководство графством оказалось на высоте, все Дюфрэ высоко оценили такую работу. Уже уезжая из крепости, он спросил, не знают ли они, где Анна и что с ней. К великому огорчению, никто не смог порадовать его известиями.

Анна никогда не думала о времени. Она знала, что владея Силой на самом высоком уровне, проживет очень долго, если, конечно, не случится каких-то чрезвычайных обстоятельств. До самых последних своих лет маги не старились, Сила давала им возможность прожить свою жизнь молодыми и здоровыми. По начавшемуся старению можно было определить, что его время подходит к концу.

И все же время для Анны не делало исключений. Оно шло. Пролетали дни, недели складывались в месяцы, проходил год, другой, третий… Привычный водоворот дел, встречи, люди, бумаги…

Правители Старой Земли убедившись, что Империя Новая Земля имеет вполне боеспособную армию и флот, решили более не рисковать, ввязываясь в военные набеги, а иметь свою выгоду от взаимной торговли.

И на Императрицу посыпался дождь предложений об установлении дипломатических отношений.

Первым прислал подобное предложение виларский монарх Бенедикт Четвертый, который в военные авантюры своих соседей ни разу так и не ввязался.

Императрица Анна в тронном зале принимала делегацию из королевства Вилар. Король Бенедикт писал ей, что главой дипломатов он назначил герцога Чаторского, с которым она знакома и выражал надежду на плодотворные переговоры.

Равнины Чатора находились на западе королевства, где ей никогда не доводилось бывать и самого герцога она никогда не знала.

Под гимн Империи дверь в зал открылась и распорядитель приема громко объявил:

— Дипломатическая делегация Королевства Вилар!

По широкой ковровой дорожке к трону направлялась группа дипломатов из пятнадцати человек, из них три женщины. Анна усмехнулась:

— Ай да, Бенедикт! Ай да хитрый лис!

Первым к ней приближался высокий беловолосый мужчина, одетый в синий с серебром камзол, узкие обтягивающие брюки, высокие сапоги и белоснежную рубашку с кружевами на груди. Его голубые глаза не отрываясь смотрели на нее, темные брови напряженно хмурились.

Не доходя до трона десять шагов, согласно этикета, глава виларской дипломатии остановился, встал на одно колено и протянул ей верительную грамоту:

— Приветствую вас, Ваше Императорское Величество, от имени короля Вилара, Его Величества Бенедикта Четвертого. Разрешите вручить вам верительную грамоту.

Анна молча смотрела на посла, про себя все усмехаясь хитрости и изворотливости Бенедикта. Затем встала, шагнула по ступенькам и легкими шагам приблизилась к нему:

— Встаньте, я принимаю вашу верительную грамоту. — она развернула свиток, прочла и передала его секретарю.

— И подтверждаю ваши полномочия, господин посол. Вечером состоится бал в честь вашего прибытия. Прошу вас присутствовать всей делегацией. Надеюсь, вы довольны тем, как вас разместили?

Позади герцога, среди его коллег, кто-то пытался заговорить, но он, не обращая внимания, твердо ответил:

— Да, Ваше Императорское Величество, спасибо, все хорошо!

Императорский бал проходил в большом зале Дворца Искусств. На него были приглашены представители самых известных и знатных семейств, деятели науки, люди, достигшие высот в своей профессии, делегированные гильдиями, школами, Академиями.

Богато украшенный цветами и зеленью зал поражал пышностью и красотой. Здесь не было ничего безвкусного, чрезмерного. Скорее, присутствовало явное желание показать торжественность вечера и выразить уважение приглашенным.

Все для удобства гостей — затененные зеленью ниши с диванчиками и креслами, столы и столики с фуршетными угощениями, легкая прохлада, свежесть воздуха.

После оглашения прибывших гостей распорядитель, ударив жезлом об пол, громко объявил:

— Ее Императорское Величество Анна и Его Императорское Высочество Алекс!

Императрица с сыном прошли к трону, Алекс, подав матери руку, помог ей сесть, сам встал рядом, кивнул и тут же прозвучало:

— Большой Императорский бал в честь гостей из королевства Вилар объявляется открытым!

Зазвучала музыка, сначала гимн Империи, затем — Вилара.

В наступившей после тишине герцог Чаторский прошел через зал к трону, поклонился и громко спросил:

— Могу ли я удостоится чести открыть этот бал с вами, Ваше Императорское Величество?

Анна, окинув герцога долгим, задумчивым взглядом, встала, обернувшись, что-то шепнула сыну и шагнув со ступеньки, подала руку своему гостю. Зазвучал Императорский вальс, торжественный и величавый. Под его первые аккорды герцог положил ладонь на талию Императрицы, во вторую она вложила свою руку, затянутую в перчатку.

— Здравствуй, Анна! Я счастлив видеть тебя, все такую же юную и прекрасную. Почти тридцать лет мы не виделись. Ты достигла таких высот, немногие мужчины могут также, как ты, гордиться своими делами. Я рад за тебя и за тех, кто все это время был рядом с тобой.

— Спасибо, Лерой! Ты, как я вижу, тоже значительно вырос. Удачный брак?

— Нет, нет! Я по-прежнему холост. Мое баронство в Невале конфисковано, как у неблагонадежного подданного. Мой управляющий едва успел выехать ко мне с деньгами и ценностями.

А король Бенедикт за мои заслуги перед короной пожаловал мне во владение герцогство Чаторское, поскольку у прежнего владельца после его смерти не оказалось наследников.

Плавная мелодия вальса ускорилась, звуки полились громко и торжественно. Лерой оказался превосходным партнером, с ним Анна танцевала легко и свободно.

Они замолчали, глядя друг другу в глаза, как-будто пытаясь что-то разглядеть и понять. Прозвучали последние аккорды, они поклонами поблагодарили друг друга и Лерой Чаторский отвел Императрицу к трону.

Два следующих танца она уделила Рихарду Престону и главе гильдии артефакторов Франку Патсону. Потом она еще немного понаблюдала за танцующими. Смотрела на сына, высокого молодого красавца, пользующегося явным успехом у дам, на Лероя, которого цепко держала за руку девица из виларской делегации, на Ричарда, о чем-то беседующего с Альбертом и еще двумя магами.