Исход неясен (Гарри Поттер – Женская Версия) (СИ) - Мах Макс - Страница 112

— Вау! — восхитилась Лиза.

— А где будет жить Виола? — задала правильный вопрос Изи.

— Сейчас она живет у бабушки с дедушкой, то есть, у родителей мистера Сметвика, но как только Визенгамот утвердит их с мамой развод, она тоже переедет в Хогсмит.

— Твои родители разводятся? — заинтересовалась Вега.

— Ну как родители? — пожал плечами Гарри. — Моя у нас только мама. Сметвик мне не отец, даже не отчим. Он меня не усыновлял. А так, ты права. Мама ушла от него сразу после майской бойни.

— Ничего себе! — покрутил головой Малфой. — А разве волшебники могут развестись?

— У них не магический брак, — объяснил Гарри, — а министерский. Его можно расторгнуть через Визенгамот.

— О как! — очень по-простецки почесал голову Малфой. Когда он оставался наедине с друзьями, то «отпускал вожжи». Дома бы ему такого нарушения правил не позволили.

— Новость хотите? — в проеме двери появилось милое личико Дафны Гринграсс.

— Излагай! — предложила Изи.

— По вагонам ходит никому неизвестный красавчик и ищет…

— Меня, — не дала ей насладиться «минутой славы» Изабо.

— Тебя, — упавшим голосом подтвердила Дафна. — Так ты его знаешь?

— Ну, как знаю, — усмехнулась чуть покрасневшая от смущения Изи. — Сватается он ко мне.

— И вы молчали?! — негодующе вздернула брови Дафна.

— А о чем говорить? — заступилась за сестру Эрмина. — Прилип, как банный лист. Хочу, говорит, жениться на красавице. А мама ему, молодой человек, моей дочери всего двенадцать лет. Куда ей замуж?!

— Вообще-то, мне скоро тринадцать, — запротестовала Изи. — И мама не с ним разговаривала, а с его отцом. Но все так и есть, хочет жениться.

— Так он твой жених, получается? — уточнила Дафна, рядом с которой возникло второе любопытствующее лицо. Это подоспела Панси Паркинсон.

— Нет, — отрезала Эрмина. — Пока еще нет. Ему разрешили перевестись в Хогвартс, чтобы иметь возможность культурно ухаживать за Изи. К вам, между прочим, на Слизерин попадет.

— С чего ты взяла, что именно на Слизерин? — влезла Панси.

— Слишком чистокровный, — прокомментировала этот момент зарозовевшая «невеста».

— Кто такой? — подалась вперед Дафна.

— Сын герцога Людовико Сфорца VII, дожа Венецианской республики, — не без гордости в голосе сообщила Лиза.

— Ничего себе! — округлила глаза Панси. — Где это вы его подцепили.

— Мы его не цепляли, — кисло улыбнулась Изи. — Сам как-то приблудился.

— Выглядит взросло, — задумалась Дафна. — Сколько ему лет?

— Шестнадцать, кажется, — сообщила Эрмина.

— Могут увести, — хмыкнула Вега Блэк. — Половина старшекурсниц со Слизерина и Рейвенкло начнут ходить на уроки без трусов и лифчиков.

Вега в этом смысле мало чем отличалась от Гарпий. За языком не следила и порой несла такое, что Гарри даже слушать ее было стыдно. Впрочем, последнее замечание Веги заставило покраснеть не только Невилла с Малфоем, но и Паркинсон с Гринграсс.

— Да пусть хоть в Большом зале на столе трахаются, — «отмахнулась» Изи. — Мне-то что? Пока он не мой жених и, тем более, не муж, пусть тренируется на дурах.

— Ну ты даешь! — выдала, наконец, красная, как рак, Паркинсон.

— В том-то и дело, что не дает! — ухмыльнулась Эрми.

— И не дам до тех пор, пока контракт не подпишем, — уточнила Изи. — Но на самом деле я еще не уверена, что хочу начинать свою активную половую жизнь именно с него.

— Посмотрим, — добавила, воспользовавшись возникшей в купе немой сценой. — Поглядим…

Сказать, что Гарри был шокирован, значит ничего не сказать. Все то, о чем нельзя было не только говорить вслух, но о чем приличные молодые люди не могли даже думать, все это слетало с языков Гарпий словно само собой разумеющееся. А им в их возрасте, — им всем, но, в особенности, девочкам, — о таком и знать не следовало. Конечно, сам Поттер кое-что об этом знал. Читая книги по биологии или истории, трудно не сообразить, откуда берутся дети, хотя Сметвик, например, считал, что «это лишнее и ведет к одному лишь разврату». Однажды Гарри его этим очень сильно разозлил, наткнулся в книге по истории магловских королей на упоминание о бастардах, и спросил, откуда же берутся бастарды, если их папа и мама не состоят в законном браке. Сметвик его за этот вопрос наказал, и Поттер его больше никогда ни о чем не спрашивал. «Отчим» был исключен из его референтной[5] группы раз и навсегда. С мамой же о таком говорить было стыдно, так что Гарри, вообще, старался о такого рода вещах не думать. А вот девочки Энгельёэн не только знали, о чем идет речь, но и не стеснялись об этом говорить. Впрочем, Вега Блэк, похоже, знала, над чем смеются Гарпии, и ее это не смущало, чего не скажешь о Драко и Невилле, Паркинсон и Гринграсс. Эти четверо, скорее всего, знали даже меньше, чем знал Гарри. Впрочем, додумать свою мысль Поттер не успел. На сцене, вернее в проеме двери купе появился виновник торжества. А в том, что это он, сомневаться не приходилось.

Прежде всего, — и это важно, — парня, появившегося за спинами Паркинсон и Гринграсс, Гарри не знал. Все-таки за год учебы в Хогвартсе он успел познакомиться, хотя бы заочно, со всеми учениками всех четырех факультетов, но этого лица явно никогда не видел. Между тем, парень был отнюдь не из тех, о ком забывают через минуту после знакомства. На вид ему было лет шестнадцать-семнадцать, и он был высок и хорош собой. Темно-каштановые волнистые волосы, собранные сзади в довольно-таки длинную — ниже лопаток, — косу, высокий лоб, прямой нос, красиво очерченные губы, зеленые, как ранняя листва, глаза и крепкий мужественный подбородок. Даже его смуглость шла парню впрок, не говоря уже о легкой небритости, намекавшей на то, что он уже взрослый мужчина, а не прыщавый подросток. В общем, все было при нем, и Гарри неожиданно почувствовал укол ревности. Впрочем, как он тут же понял, зависть в его душе тоже присутствовала. Какому двенадцатилетнему мальчику не хотелось бы выглядеть старше своих лет, да еще так, как этот незнакомый ему парень!

— Я услышал ваш голос сеньорита Изабо! — сказал между тем незнакомец. — Рад видеть вас и ваших сестер! Дамы, — чуть поклонился он Веге и обернувшимся к нему Гринграсс и Паркинсон, господа, — повернулся он к мальчикам, — разрешите представиться Галеаццо Сфорца, к вашим услугам!

«Сфорца? — удивился Гарри, неплохо знавший историю Европы, и только сейчас обративший внимание на фамилию «жениха». — Это, в смысле, Франческо Сфорца[6] и Катарина — «Тигрица Романьи»[7]? Круто!»

Похоже, имя молодого человека произвело впечатление не на него одного. Впрочем, некоторые успели уже удивиться несколькими минутами раньше.

— Вы итальянец? — поинтересовалась Дафна Гринграсс. — Имеете отношение к династии Сфорца?

— Вы правы, сеньорита, — улыбнулся юноша. — Я потомок того самого Франческо Сфорца, который был кондотьером в Милане. Но наш Род возник несколько раньше. Он берет свое начало от кондотьера Муцио Аттендоло[8].

— В четырнадцатом веке, — уточнил он. — Один из сыновей кондотьера и его младший брат были волшебниками. Впрочем, существует семейная легенда о том, что волшебники рождались в нашей семье, как минимум, со времен императора Адриана[9], но документально это, увы, не подтверждено.

— Так тоже неплохо, — задумчиво произнес Малфой. — Так вы сохранили герцогский титул?

Гарри знал, что это было больным местом для мужчин Рода Малфой. При Елизавете I Малфои все еще имели баронский титул, но позже, полностью перейдя на волшебную сторону Статута Секретности, со своим титулом были вынуждены расстаться.

— Да, — подтвердил Галеаццо, — мы стараемся существовать по обе стороны Статута. Точно так же, как графиня Энгельёэн. Это полезно нам, но это так же служит всему магическому сообществу Апеннинского полуострова. Кто-то же должен поддерживать связи с властями магловского мира. Вот наш Род и служит мостом между нами и ими…

«Их Род служит… — повторил Гарри за Галеаццо. — А чему послужил мой Род? Или кому?»