Топить печаль в бушующем пламени (СИ) - "Priest P大" - Страница 397

— Мне правда больше не к кому обратиться. Сейчас Новый год, коллеги и друзья разъехались по родным краям, — оправдывался сосед. — Если бы не запрет на вывоз домашних животных заграницу, мы бы взяли ее с собой... Проклятие, моя дорогая так некстати заболела, а ведь она там совсем одна. Мы тут же бросились покупать билеты, но так трудно найти ответственного человека, который мог бы присмотреть за питомцем. Ох, пожалуйста, помогите нам, приглядите за ней?

Шэн Линъюань знал, что у их соседа есть питомец, но Его Величество почти никогда его не видел. Зверек так его боялся, что, когда Шэн Линъюань возвращался домой, тот не решался издать ни звука.

Сюань Цзи же, напротив, любил поболтать и поддерживал хорошие отношения с соседями. Кроме того, вручить кому-то ключи от собственной квартиры считалось признаком особого доверия. Да и это было лишь маленькое одолжение. Шэн Линъюань слышал, как Сюань Цзи без колебаний согласился.

— С тетушкой что-то случилось? Надеюсь, ничего серьезного? — небрежно спросил Его Величество.

— Пока непонятно. По телефону сказали, что у нее лихорадка и слуховые галлюцинации, — с грустью отозвался сосед. — Чем-то похоже на «пробуждение особых способностей». В последнее время такое часто происходит. В обычной больнице об этом ничего не известно, и врач посоветовал нам обратиться в специализированную.

— В таком-то преклонном возрасте? — изумился Сюань Цзи.

— Что поделать, — вздохнул сосед. — Не знаю, хорошо это или плохо, и что нас теперь ждет... Но я беспокоюсь о нашей семье. Я слышал, что подобные вещи передаются по наследству.

«Лучше бы о себе побеспокоился», — отложив ручку, подумал Шэн Линъюань.

Он чувствовал ауру демона-рыси даже через крепкую металлическую дверь. Этот парень такой небрежный, неужели он на заметил, что в последние дни вокруг него крутился еще один зверь?

После того впечатляющего взрыва, сотрясшего Чиюань, прошел еще один год.

Сюань Цзи прекрасно все рассчитал. Конфликты между обычными людьми и носителями особых способностей относились к делам людей. И ему, Чжу-Цюэ, не следовало вмешиваться. Он собирался найти уединенное местечко и жить, время от времени помогая старым друзьям из Управления по контролю за аномалиями решать технические вопросы и разбираться с проблемами, оставшимися от предыдущих поколений. А в те дни, когда у Шэн Линъюаня было бы хорошее настроение, они бы вместе отправлялись любоваться красотами природы и исполнять то, что было в его списке.

Но к несчастью, его мечтам не суждено было сбыться.

За пару лет противоборствующих лагеря, обычных людей и носителей особых способностей, беспрестанно ведущих словесные баталии, прекратили свое существование.

Это случилось потому, что грань, разделявшая две враждующие фракции, окончательно стерлась.

За последний год количество новорожденных, успевших пережить пробуждение особых способностей, возросло на двадцать восемь процентов, и еще тридцать процентов проявляли признаки принадлежности к определенным родословным.

Прежде даже среди оперативников «Фэншэнь», бойцов, чьи способности пробудились с самого рождения, можно было пересчитать по пальцам одной руки. И все они без исключения становились элитой.

Увидев эти цифры, сотрудники Научно-исследовательского института были шокированы. Они решили, что идиоты, занимавшиеся статистикой, попросту допустили ошибку. Было решено запустить локальное тестирование со случайной выборкой. У входа в метро в пригороде Сишань установили мощный детектор аномальной энергии, и семьдесят два часа спустя стало ясно, что детектор среагировал на более чем шестьдесят процентов прохожих! Это значит, что у каждого из них проявились признаки особых способностей!

И пусть подавляющее большинство из них были такими же, как Пин Цяньжу, то есть, не почувствовали особой разницы, что уж говорить о какой-то там «родословной», но, заяви они, что до сих пор являются «обычными людьми», и мифрил мог бы с ними не согласиться.

Похоже, «обычные люди» вдруг перестали быть обычными.

Плоды трехтысячелетнего молчания Чиюань, наконец, взошли. Кровь давно исчезнувших кланов, в той или иной степени, проявилась в каждом человеке.

Многие из тех, кто стал носителем особых способностей, жаловались на странное самочувствие. Их было так много, что они не помещались в приемных ни обычных, ни специализированных больниц. Между тем, во второй половине года, повсеместно начали происходить мощные энергетические выбросы. Поговаривали, что командир оперативников знаменитого «дома престарелых» из Цзянчжоу так переутомился, что отправился в больницу для проведения коронарного шунтирования.

А ведь с возрождения Чиюань прошел всего лишь год.

Человечество, наконец, перестало спорить о том, «как сильно изменится общество» и «нужно ли пересматривать шесть великих родословных». На первом месте теперь стоял вопрос нехватки ресурсов в специализированных больницах.

И планы Сюань Цзи «уйти на покой» окончательно рухнули.

Когда Сюань Цзи пришел в этот мир, чтобы предаваться одиночеству, Чиюань уже давно остыл. Великий демон исчез, и все вокруг погрузилось в тишину. Хранителю огня предстояло охранять пепел. Одинокая жизнь была трудна, но с печать из костей Чжу-Цюэ сложность его работы не шла ни в какое сравнение с тем, чем занимались его предки.

Теперь же мир ожил, печать разрушилась, не оставив после себя никаких инструкций.

Старый революционер столкнулся с новыми проблемами. Три тысячи лет в Чиюань не ступала нога демона, пока не пришел Сюань Цзи и с удивлением не обнаружил, что вновь превратился в новичка, понятия не имеющего, что именно должна делать... птица.

Его Величество же, напротив, больше интересовали проблемы древности. После возрождения Чиюань Сюань Цзи предстояло вновь выучить все то, что он изучал когда-то в детстве.

И все эти знания он, три тысячи лет спустя, с процентами вернул Дань Ли.

Можно было с уверенностью сказать, что теперь они с Дань Ли были «квиты».

Шэн Линъюань мог консультировать Сюань Цзи лишь в технических вопросах. Взгляды великого демона на жизнь не совпадали со взглядами современного общества. Если у Сюань Цзи что-то не получалось, он расстраивался. Но он не мог вечно полагаться на Его Величество.

Так что Сюань Цзи по-прежнему приходилось работать каждый день, и эта работа становилась все сложнее.

План по восстановлению Управления еще не был выполнен, и Сюань Цзи не спешили снимать с временной должности. Он до сих пор состоял в Отделе ликвидации последствий, и оперативники из других филиалов каждый день «брали его в арену».

Но кое-что все-таки изменилось. Управление оснастило своего штатного Чжу-Цюэ машиной. Даже дронам нельзя было свободно летать в городской черте, что уж говорить о Сюань Цзи.

Но, похоже, его ценили больше, чем краснокнижное животное... Такое ископаемое, как он, стало настоящим национальным сокровищем. Все расходы на жизнь покрывались государством, и о кредитной карте можно было забыть.

Но радость Сюань Цзи продлилась всего два дня. Он понял, что даже у законченного праведника нескончаемые благословения в какой-то момент начинали вызывать несварение желудка.

С тех пор, как был построен дворец Дулин, а меч демона небес оказался разбит, он утратил свои привилегии. Годами он жил в бедности, свободный он всякого бремени. Зачем было разрешать ему бездумно тратить деньги налогоплательщиков? Лишь недавно Сюань Цзи понял, что высокая платежеспособность ничто по сравнению с возможностью тратить свои собственные, честно заработанные деньги.

Потому он потребовал от организации, чтобы ему платили за нагрузку, а то, как он живет и чем расплачивается вне рабочего времени, никого не касается. Так всем было бы намного удобнее.

Скрепя сердце, сосед пригласил Сюань Цзи к себе, чтобы показать, где лежит корм, а после пошел его проводить:

— Собаке не обязательно гулять. Она может пользоваться собачьим туалетом. Я знаю, что вы сильно заняты на работе, она не доставит вам хлопот.