Ориентирование (ЛП) - Станич К.М. - Страница 100

Я улыбаюсь ей, когда она останавливается передо мной, тяжело дыша, как будто выбежала сюда специально для того, чтобы увидеть меня.

— Мне так жаль… — начинаю я, но она прерывает меня, поднимая руку. Шарлотта качает головой и благословляет меня сияющей улыбкой. Сейчас она похожа на ангела, с её светлыми волосами, купающимися в свете догорающих факелов.

— Не стоит. Я понимаю, почему Тристан это сделал. И ты видела этих жаждущих сук: они охотились за нами, невзирая ни на какие дурацкие ставки Клуба. Всё, что я хотела сказать, это то, что ты можешь болтаться снаружи столько, сколько захочешь. На твоём месте я бы не заходила внутрь, но… — она кашляет в сжатый кулак и вздёргивает подбородок. — Ты выглядела такой подавленной, я просто хотела, чтобы ты знала, что между нами нет вражды.

Я чуть не плачу. Знаю, это глупо, но я действительно так чувствую. Не обязательно из-за того, что говорит Шарлотта, а из-за того, какой счастливой она сейчас выглядит. Я не могу отвести взгляд. Это внушает благоговейный трепет.

— Ты собираешься в свадебное путешествие или будешь в универе на этой неделе? — я мягко улыбаюсь в ответ; это лучшее, на что я способна. — Я буду скучать по тебе, как по соседке. Надеюсь, нам с Мирандой не подселят ужасную соседку.

— Мы прибережём медовый месяц для весенних каникул, — Чак похотливо подмигивает мне и дружески сжимает моё плечо. От неё пахнет тортом и сахаром, что заставляет меня усмехнуться. — И, если у тебя всё-таки окажется плохая соседка, заставь одного из своих богатых парней купить тебе дом по соседству со мной. Я была бы рада, если бы ты была здесь.

Шарлотта быстро заключает меня в объятия, а затем поворачивается, чтобы вернуться внутрь.

Я не виню её.

В конце концов, это её брачная ночь.

— Чёрт, — бормочет Зейд, подходя ко мне с гвоздичной сигаретой, свисающей с его губ. — Мы все ухаживаем за тобой, а они похожи на какую-то странную поли-группу.

Почему мы не можем быть странной поли-группой?

Мне интересно, но я знаю, что если действительно этого хочу, мне придётся для этого потрудиться. Парни Шарлотты — как кусочки паззла, готовые подогнаться друг к другу. Мои парни — битое стекло; мне придётся сложить мозаику, если я хочу, чтобы они прилипли.

Я смотрю на Зейда, пытаясь придумать, что сказать.

Нам так и не удалось выйти из церкви, чтобы помочь найти жениха. Если бы я не услышала от Рейнджера об этом плане, я бы, возможно, просто бросила Кэботов и смылась. Но выражение лиц этих людей? Выражение лица Шарлотты, когда она выбегала за дверь? Они были гораздо более подготовлены к тому, чтобы найти своего друга, чем я.

Как бы то ни было, мне понравилось общаться с Кэботами. Я должна была, по крайней мере, увидеть неуловимую бабушку Зейда. Я поздоровалась с матерью и сестрой Зака, но держалась подальше от его отца и дедушки. У Виндзора сегодня никого не было в зале, и мне всё равно не очень хотелось с ним разговаривать. Я оставила его и Тристана дуться вдвоём в дальнем углу комнаты.

Уильям Вандербильт… ему просто повезло, что он ушёл, как только церемония закончилась. Если бы я увидела, как он приближается к Тристану, мои защитные инстинкты были бы полностью активированы.

— Давай присядем, — предлагает Зейд, закуривая сигарету и приподнимая бровь с пирсингом. Он подводит меня к тлеющим углям небольшого костра. Я замечаю, что остальные четверо парней уже сидят там. Я выбираю место между Заком и Кридом. Зейд плюхается на бок на траву, занимая половину места у огня в одиночестве, в то время как Тристан и Виндзор отодвигаются в тень напротив меня.

Как бы я ни была зла, как бы я ни была расстроена… Я сижу под звёздным одеялом и снова осмеливаюсь мечтать.

Шарлотта дала мне надежду, заставила поверить, что такие отношения, как у нас, возможны. Конечно, для неё это было намного легче; мне придётся приложить гораздо больше усилий, чтобы добиться этого. Но это нормально. Вот как это всегда было для меня.

Я знаю, когда нужно бороться, и знаю, что хочу этого больше, чем чего-либо ещё, чего я когда-либо хотела, за исключением крепкого здоровья моего отца. Но для меня это не осуществимо. А это? Это я могу.

— Я расстроена из-за вас обоих, но люблю вас, — говорю, обращаясь конкретно к двум нарушителям спокойствия. Я опускаю голову и выдыхаю, собираясь с мыслями. Когда поднимаю глаза, то вижу отблески пламени, танцующие на лицах всех пятерых. — Нам нужно над многим поработать, но я не сдаюсь.

— Я никогда не хотел сдаваться, — говорит мне Тристан, слегка надтреснутым голосом проводя рукой по лицу. — Марни, ты — всё для меня. Больше никого нет.

— Нет, — соглашается Виндзор, вздыхая и обхватывая пальцами края стула, на котором он сидит. — И никогда не будет.

— Я буду с тобой столько, сколько ты захочешь, — Зейд нанизывает зефир на кончик палочки и с улыбкой передаёт его мне. Я беру его, затем бросаю взгляд на Зака, когда он прочищает горло и придвигается ближе ко мне.

— Как любовник, как друг, что бы тебе от меня ни понадобилось, я твой, — он смотрит на меня так, словно посвятил себя этому на всю жизнь.

Крид ничего не говорит, но встаёт с бревенчатой скамьи и выбирает место на земле у моих ног. Мне нравится, как он устраивается у меня на коленях. Однако его взгляд перемещается на Тристана со вспышкой предательства, который он не может отвести достаточно быстро, чтобы скрыть от меня.

Они все говорят мне, что они в деле, но реальная жизнь — это не вымысел, и иногда «долго и счастливо» на самом деле — это просто «счастливо сейчас».

Я не знаю, что ждёт меня в будущем, но собираюсь встретиться с этим лицом к лицу.

— Объясни мне, как ты узнал, где найти Черча, — я указываю на Тристана и ожидаю, что он скажет мне правду, всю правду и ничего, кроме правды.

Он вздыхает и взъерошивает свои чёрные волосы, но не собирается выпутываться из этого.

— Вчера, выйдя из прачечной, я увидел, как одна из девушек, с которой сделал ставку, целовалась с охранником, тем, что сидит в будке у подъёмников. То, как она прикасалась к нему, то, как он прикасался к ней… — Тристан отворачивается, словно ему стыдно, и его серые глаза превращаются в тёмные провалы. — Вся эта сцена напомнила мне о себе, о том, как я раньше… справлялся с вещами, — он издаёт смешок, но он некрасивый. О нет, это очень, очень уродливый вид смеха. Крид напрягается, но я провожу пальцами по его волосам, и он немного расслабляется. Я понятия не имею, в чём его проблема, но сегодня не об этом.

По одному делу за раз.

— И что потом? — подсказываю я, поджаривая зефир, который дал мне Зейд, пока он не станет вкусным и не подрумянится снаружи. Я поворачиваю его в сторону парня, и тот кладёт его между крекерами «Грэм» и шоколадом для меня, прежде чем отдать обратно. Я откусываю кусочек, ожидая, пока Тристан возьмёт себя в руки. На мой взгляд, его рана на голове выглядит довольно грубой, но он позволил Зейду перевязать её и с тех пор не упоминал об этом.

Пошёл ты, Уильям Вандербильт.

Мне почти жаль, что несчастный случай, в который он попал, не убил его.

Марни Рид!

Я наказываю себя, но потом… повесь их на их же верёвке, верно?

— Сегодня утром, выходя из общежития, я увидел, как та же самая девушка целуется с парнем в комбинезоне механика. Я сложил два и два вместе, — Тристан поворачивается ко мне и постукивает себя пальцем по виску.

— Не такой тупой, каким кажешься, да? — поддразнивает Зак, но, встретив мой предупреждающий взгляд, вздыхает и берёт свою палочку и зефир. Бедный Крид выглядит так, словно вот-вот заснёт. Сегодняшняя встреча с мамой действительно выбила его из колеи. Больше всего на свете он жаждет её любви и одобрения. Ну, её и Миранды.

Кстати, о… она сказала, что собиралась прогуляться с той девушкой, Моникой, а потом исчезла. Снова. Интересно, они влюблены друг в друга или что-то в этом роде? Я чувствую странную боль в груди, которую не замечаю. Нечестно с моей стороны ревновать к тому, что моя лучшая подруга движется дальше. Я не обладаю её полным и неиссякаемым вниманием.