Ориентирование (ЛП) - Станич К.М. - Страница 30

Миранда и я — одни из последних девушек, которых вызвали. Внешне, я уверена, что кажусь достаточно спокойной. В глубине души же я в ужасе. Полночь, день моего выпуска из средней школы, должна была стать концом клуба «Бесконечность».

Ну, по крайней мере, для меня.

Вполне возможно, что просто так случилось, что у этой девушки Тори была случайная татуировка бесконечности. Многие люди её делают. Это одна из наиболее распространённых татуировок для девушек нашего возраста. Но… насколько это случайно? Я почему-то убеждена, что это предзнаменование грядущих событий.

Я выхожу на улицу и обнаруживаю, что Виндзор ждёт меня.

Он стоит на ступеньках крыльца, скрестив руки на груди и опустив голову. Прохладный ветерок ерошит его рыжие волосы, когда он поднимает взгляд и видит меня перед собой. Парень моргает несколько раз, как будто пытаясь собраться с мыслями, но затем целеустремлённо шагает вперёд, а Миранда отступает назад, чтобы дать нам немного пространства.

— Черт возьми, — рычит он, и я поражаюсь силе эмоций, заключённой в этих двух простых словах.

— Винди… — я вздрагиваю, когда он откидывает мои волосы назад, наклоняясь, чтобы запечатлеть поцелуй на моей шее. Я не могу дышать от его близости. Внезапно, из-за Шарлотты, прошлой ночи и всего ужаса смерти этой девушки, я подумываю о том, чтобы выйти за него замуж.

Я хочу этого так сильно, что не могу собраться с мыслями.

— Миледи, — бормочет он так же, как всегда называл меня, но с другой теплотой, чем раньше. Страсть. Тлеющая. Горячие слова сорвались с кончика злого языка.

Принц Англии стоит передо мной, обезумевший, дрожащий и влюблённый. Мои глаза наполняются слезами, когда он обнимает меня и притягивает к себе.

— Я думал, что ты умерла… — он даже не может закончить то, что говорит. Он прижимает меня слишком близко, сжимает слишком крепко. Всё, чего я хочу или в чём нуждаюсь в этот момент, — это он, тот, кто всегда был добр ко мне, мой друг с самого начала. — И я…

Я вцепляюсь пальцами в его рубашку, и на глаза наворачиваются слёзы, потому что одна из моих однокурсниц мертва. Это могла быть Миранда, это могла быть Шарлотта. Это могла быть я. Самое главное, Тори Страг была студенткой, дочерью и человеком. Теперь её нет, и это был либо несчастный случай… либо убийство. В любом случае у нас трагедия.

Так или иначе, я чувствую себя обязанной докопаться до истины.

— Что? — спрашиваю я, отчаянно желая узнать, о чём думает Виндзор, что он собирается сказать.

Его руки обхватывают моё лицо, по ладони на каждой щеке, он наклоняется так, что его губы оказываются рядом с моими.

— Больше, чем когда-либо, я знаю, чего хочу. Раньше я думал, что был уверен. Теперь я чертовски уверен, — он наклоняет голову, закрывая глаза, и прижимается своим ртом к моему.

Волна мучительной потребности пронзает меня насквозь, а затем мы, спотыкаясь, отступаем назад, и Виндзор обхватывает меня за талию.

Меня сильно поражает, что папе нравился Винд. Он бы поддержал это, я и принц.

Слёзы наворачиваются, но Виндзор просто смахивает их поцелуями, по одному в уголках обоих глаз.

Потому что, хотя он говорил всё это раньше, я никогда не могу определить, насколько он серьёзен. Ни в чём. Кроме того, я лучше, чем кто-либо другой, понимаю, как чувства могут меняться со временем. Тристан, Крид, Зейд. Они все ненавидели меня. Даже Зак, когда-то давным-давно. Но сейчас? Сейчас они, конечно, этого не делают.

Всё это, выражение лица Винда, сила его поцелуя — это всё, что мне нужно увидеть, чтобы понять его.

Один из полицейских подходит к нам, и принц становится совершенно диким.

— Отвали, — рычит он, но офицер, похоже, не заинтересован выслушивать оскорбления от студента. Знает ли он, кто такой Виндзор Йорк? Как он мог этого не знать?

— Подождите, подождите, подождите, — бормочет Миранда, совершенно запыхавшись, когда она снова появляется рядом со мной с парой удостоверений личности в руках. Она передаёт их офицеру, а я оглядываюсь и вижу Крида, шагающего в мою сторону. Он не сутулится, он не ленив.

Его лицо c печатью усталости и мрачное, поскольку он едва сдерживается, чтобы не броситься в мою сторону со всех ног. Когда парень останавливается рядом со мной, у них с Виндзором происходит молчаливая битва характеров, прежде чем Крид осмеливается обнять меня за талию. Виндзор тоже не ослабляет своей хватки, и в итоге один из них оказывается передо мной, другой — слева.

— Марни. — Крид прижимается лицом к моей шее, вдыхая мой запах, пока офицер проверяет наши удостоверения личности, делает несколько фотографий на айпаде и передаёт их нам обратно. Копы уже сфотографировали нас, когда первоначально спросили наши имена, так что я предполагаю, что он просто добавляет документы к досье.

— На данный момент мы всё здесь закончили, — говорит мне мужчина, отодвигаясь и давая возможность впервые за несколько часов нормально вздохнуть. Я не смотрю на команду криминалистов на первом этаже женского общежития.

— Спасибо, что раздобыл наши удостоверения личности, — молвлю я Криду, потому что это единственное, что имеет смысл. Интересно, как он догадался это сделать, и как он вообще сюда попал? Похоже, полиция контролирует поток людей в лифтах.

— Что, чёрт возьми, там произошло? — шепчет Крид, когда Виндзор даёт мне немного пространства, выглядя так, словно ему трудно контролировать себя.

— Девушка упала с лестницы и умерла, — отвечает ему Миранда, что может быть полной правдой, а может и не быть.

— А где остальные? — спрашиваю я, зная, как будут волноваться Зак, Тристан и Зейд. Честно говоря, я тоже беспокоюсь о них. Как и Шарлотта, я удивлена, что мои парни не появились там прошлой ночью. Видя того парня в обтягивающих розовых пижамных штанах — кажется, его звали Брэндон, — мужчина явно смог проникнуть в дом.

И если бы кто-то и был способен на это, то это были бы мои парни.

— Понятия не имею, — раздражённо отвечает Крид. — Где-то здесь поблизости? Я подкупил копа, чтобы добраться сюда быстрее всех. Видя, что полиция спрашивала наши удостоверения личности, прежде чем позволить нам покинуть общежитие этим утром, я просто предположил, что с вами, ребята, было то же самое.

Зак появляется в начале тропы, обшаривая взглядом редеющую толпу в поисках меня. Как только он находит нас, то бежит трусцой и останавливается между Виндзором и Кридом.

— О, слава грёбаному Богу, — бормочет он, проводя рукой по лицу. Он дрожит, и, судя по его виду в начале тропы, я предполагаю, что он поднимался в гору, чтобы добраться сюда? Меня это нисколько не удивляет. — Ты в порядке?

— Я в порядке, — говорю я ему, но разве это ложь? Я расстроена. Я немного напугана.

Он заключает меня в свои сильные объятия, почти силой отталкивая Крида и Виндзора назад. Я уверена, что их обоих это раздражает, но они ничего не говорят, когда Зак Брукс заключает меня в крепкие объятия, и от него исходит едва уловимый запах свежего пота после крутого подъёма. Я не стану признаваться вслух, что мне это нравится, но внутри тлеют те угольки, которые Виндзор разжёг в моём животе.

— Мне потребовалась вечность, чтобы подняться сюда, — говорит он мне, отстраняясь и изучая меня, словно желая убедиться, что со мной всё в порядке. — Копы оцепили тропу, поэтому я пошёл зигзагообразным путём, чтобы добраться сюда незамеченным. Это заняло у меня целый час.

Я не могу не улыбнуться этому.

Улыбка немного натянута, учитывая обстоятельства, но всё же. Я не скоро это забуду.

— Как ты сюда добрался? — спрашивает Миранда, бросая взгляд на Виндзора. Он отвечает ей улыбкой, которая и близко не доходит до его глаз. Это тихая порочная улыбка, которая обещает, что интриги, коварство и изворотливость у него в крови.

— Я угрожал им, — признаётся он, и мне приходится задаться вопросом, что именно это значит.

— Ты угрожал полиции? — спрашиваю я, и улыбка с его лица спадает. Он смотрит на меня с выражением, которое напоминает мне о том дне, когда я нашла его сидящим в темноте на нашем крыльце, с отвёрткой и лампочкой в руках, со стопкой бумаг в кармане.