Случайный знакомый. Другая страна - Усова Юлия - Страница 49

С каждым годом шансов найти Оксану становилось все меньше и меньше. Иногда по вечерам Владимир думал: странная это штука — время. Как и выражение — «время лечит». От чего лечит? От любви? Вряд ли. У Владимира с прошествием времени чувство любви к Оксане не пропало. Просто оно спряталось куда-то глубоко и замерло. Стало маленькой тлеющей искоркой, готовой вспыхнуть в любую минуту. Только человек, который мог разжечь огонь, никак нс хотел находиться. Умом Володя прекрасно понимал, что шансов найти Оксану у него практически нет, и всё же надежда на встречу не оставляла его. Но он не мог не надеяться, пусть на чудо, пусть на такую же случайную уличную встречу, которая их познакомила. И он решил ждать, предоставив судьбе самой решить, что будет дальше. Или он найдет Оксану, или встретит другую девушку, которая сможет заменить ему утерянную любовь. Правда, в последнем варианте он очень сомневался, но решил не суетиться, а просто жить, ждать и смотреть, что же ему приготовила судьба.

Постепенно Владимир действительно стал жить обычной жизнью студента. Он ничем не отличался от остальных студентов — кроме, может быть, привычки временами уходить в себя и задумываться, не видя и не слыша окружающих. Но мало ли у кого какие тараканы в голове! А в остальном Володя Туров был нормальным, компанейским парнем, не душой компании, но и не бирюком-одиночкой. Он завел новых приятелей, посещал студенческие вечеринки и вновь стал встречаться с Татьяной.

Татьяна Стеблова в тот же год, что и Владимир, поступила в институт — только в медицинский. Конечно, правильнее было бы поступать туда же, куда и Вовка, но с точными науками у неё всегда была беда. Как-то сразу она изменилась, повзрослела, похорошела. Из белобрысой пигалицы превратилась в довольно привлекательную девушку, вот только немного портил её не по возрасту жесткий, цепкий взгляд.

Татьяна была уверена, что любит своего соседа Володю Турова с самою детства. Точнее, с пятилетнего возраста, со дня своего рождения. Родители Тани решили, что пятилетие дочери — серьёзная дата, и её стоит отметить как следует. Накануне они предложили дочери пригласить всех, с кем она дружит, к себе домой и повеселиться вволю. Купили торт, кучу пирожных, главное — много-много бутылок ситро «Буратино». Правда, по своему опыту Таня знала: если приходят гости, ситро много не бывает. Может, их лучше не приглашать? Она высказала свои сомнения маме. Танина мама от души захохотала, но, увидев серьёзное личико дочки, пообещала: «Честное слово, хватит не только на сегодня, но и на завтра». Таня немного успокоилась и решила, что, пожалуй, ладно, пусть гости приходят. Тем более что на день рождения принято приходить с подарками. Ситро, может, действительно хватит, раз мама пообещала. А вот если гостей не звать — тогда подарки получишь только от мамы с папой, да ещё от бабушки. А этого явно мало.

В воскресенье к двенадцати часам дня стали приходить нарядно одетые дети в сопровождении своих родителей. Тане дарили цветные карандаши, альбомы для рисования, раскраски, книжки со сказками — с картинками и крупными буквами. И конечно, игрушки. Самыми последними, хотя и жили в соседнем подъезде, пришли Вова и его мама. Вова держал в руках огромную картонную коробку, из-за которой его едва было видно. В коробке оказалась большая кукла с белыми кудрявыми волосами и розовыми щечками. А когда ее наклоняли, она отчетливо и гнусаво пищала «мама». Именно такая была у подружки Светки. О такой кукле давно мечтала Таня и просила купить родителей. Но их продавали только в неведомой Москве, а здесь в магазине игрушек были только голышки и пупсики.

День рождения прошел весело, а когда пришло время, дети не очень хотели расходиться. Весь этот день Татьяна не отходила от Вовки, всячески стараясь быть ему полезной. Подсовывала, по ее разумению, самые вкусные куски торта, где крема побольше, и выбирала для него самые большие пирожные, предварительно прикладывая к другим для сравнения.

Утром Танины родители проснулись от шума, который раздавался у входной двери. Они выглянули в коридор и увидели дочь, пытающуюся открыть входной замок. Достать пятилетняя Тани до него не могла и, старательно пыхтя, притащила с кухни табурет.

— Ты куда собралась, дочка? И почему нас не предупредила?

— Доброе утро, папа, мама. Я к Вовке. Позову его ситро пить. Он мне вчера куклу подарил.

— Еще рано, вес спят, — попыталась её урезонить мама.

— Нет, — решительно отрезала Танюша. Она вообще была девочкой решительной.

— А других ребят ты тоже позовешь? — полюбопытствовал отец. — Они тоже подарки дарили.

— Нет. У них подарки плохие.

— А у Володи?

— А у Вовки хороший. И за это он на мне должен жениться.

С тех пор принятое Татьяной решение с расчетливой методичное воплощалось в жизнь. Эта её черта характера — любым путём идти к своей цели и получать что хочется, оказывать внимание только нужным людям — удивляла и порой пугала родителей Татьяны. Никому в их семье такая расчетливость была не свойственна. Но, поняв, что дочь не изменишь, мать с отцом с характером дочери смирились. Больше-то всё равно ничего не оставалось. Словом, раз уж Таня решила, что она любит Вовку, стало быть, тому деваться было просто некуда. Для Татьяны «любить» означало «иметь в своем полном распоряжении». Её мало интересовали планы и желания самого Вовки. Главное — то, чего хотела она. И теперь, когда Володя Туров наш возвращаться к нормальной жизни после своего довольно длительною заскока (оно и понятно, по башке ведь сильно получил), Таня с удовольствием проводила с ним время. Так длилось практически до пятого курса, когда, по Татьяниному разумению, Владимиру пора уже было думать о распределении и о женитьбе. Естественно, на Тане. Однако сам он желания превратиться из приятеля детства в жениха, а впоследствии мужа никак не проявлял. Это не то чтобы обескураживало Татьяну — не из таких она была, — но злить начало изрядно. Пора было брать дело в свои руки. На самотёк такие важные вещи пускать было никак нельзя. А тут как-то раз ещё и мать подлила масла в огонь.

Татьяна пришла домой в половине первого ночи. Стараясь не шуметь, аккуратно прикрыла за собой входную дверь. Разделась, не включая в коридоре света, на ощупь нашла домашние тапочки, взяла их в руки и стала красться на цыпочках в свою комнату. Накинув легкий домашний халатик, собралась так же тихо пробраться в ванную. Зря старалась — родители явно ещё не спали.

На кухне горела настольная лампа, мать возилась у стола, нарезая сыр для бутербродов. На плите шумел чайник, собираясь закипеть.

— Здравствуй, дочка.

— Привет, мам, — не слишком радостно ответила Татьяна. У неё было плохое настроение, и общаться с матерью совсем не хотелось. — А ты что не спишь?

— Да вот решила тебя дождаться. Посмотреть и поговорить. Последние время мы практически не видимся. Отец интересуется, как твои дела, а что я могу ему сказать? Я и сама тебя вижу только пятнадцать минут, и то по утрам перед работой. Вечером последние полгода тебя дома не бывает. Может, сейчас уделишь мне немного своего времени?

— Мама! Я так устала и хочу спать. Может, отложим на потом? Поговорим в выходной. Тем более что у меня всё нормально.

— Нет. В выходной я должна выспаться и привести дом в порядок. Ты в последнее время самоустранилась от домашних дел.

— Я в своей комнате убираюсь, — огрызнулась Таня.

— Спасибо, что не предлагаешь делать это мне. Ну что ты стоишь, как будто в гости пришла и специального приглашения ждешь? Садись, попьем чайку и поговорим.

— Хорошо, — бросила дочь. — Что тебя конкретно интересует?

— Все. В первую очередь учеба.

— С учебой все в порядке. Учусь. И заметь, учусь без хвостов.

— Это хорошо. А вот где ты пропадаешь до глубокой ночи?

— С Вовкой гуляю. На вечеринки, на танцы ходим. Иногда в ресторан.

— В ресторан? Это же очень дорого. Откуда у вас такие деньги? Или Вовка наследство получил? Что-то я не слышала, чтоб у него богатые родственники были.