Я буду первым, заноза (СИ) - Ярцева Арина - Страница 20

И вдруг… Я ослышалась? Или Глеб задает темп и выдает рэп под аплодисменты.

"Я вовсе не профи, но так, от души,

Хей, народ, погоди не беги, не спеши!

Послушай про то, как влюбился пацан,

И вот не мальчишка уже, а пахан!

Любовь к тебе − тема, мысли бегут,

Сердце мое стонет, слова рекой текут."

В шоке слушаю, как Разумовский читает рэп. Мурашки разбегаются по рукам.

Сумасшедший…

− Нифига себе, − говорит Катя, которая застыла с журналом в руках возле меня.

Хочу не только слышать его умопомрачительный голос в громкоговорителе, но и видеть красивые лазурные глаза. В каком зале он может быть?

Вдруг до меня доходит, и я бегу к своему рабочему месту. Так и есть, на стойке администратора с микрофоном отрывается мой любимый мужчина. Он видит меня, подмигивает, тянет свободную руку. Многие из собравшихся оборачиваются и улыбаются мне.

"Любовь – это тема, я раньше не знал,

Пока тебя ждал, от тоски я устал.

Она − королева, а я с ней король,

Мы вместе кайфуем, это сладкая боль...

И вот сочинил этот рэп о любви,

Она – моя жизнь, хоть что говори!

С ней я счастливый, с ней я герой,

Наша любовь – это сладостный бой!

Так вот, дорогая, если слышишь его,

Знай, ты – мой мир, ты − моё все!

С тобой улетаю, тобой я живу,

Лишь для тебя свое сердце я рву...

Ты меня держишь, ты мой покой,

И мне кайфово только с тобой,

Филатова Яна – невеста моя!

Звездой путеводной – улыбка твоя!

И тут на весь спортзал:

− Я люблю тебя, моя заноз−а−а−аа!

− Это самое крутое признание в любви! − вздыхает Катя, явно не оставшись равнодушной. – Вот дает! Иди к нему!

Не успеваю и шага сделать, сильные накаченные мужчины поднимают меня и передают друг другу, доставляя к стойке, где меня уже подхватывает Глеб. Он целует меня, обнимает, а потом говорит в микрофон:

− Ребят, у нас свадьба через две недели, и мы обещаем устроить банкет для всех вас, здесь!

Новость, конечно, мы так из свадьбы не вылезем. И меня гложет финансовый вопрос, ведь у нас нет денег на дорогую свадьбу. Бабушка там что−то пыталась откладывать, но не знаю, получилось ли у нее.

Нам кричат «горько» и Разумовский без стыда присасывается к моим губам. Я разворачиваю нас немного, прячусь за ним.

− Моя девочка… − шепчет восхищенно, убирая выбившиеся пряди с лица. – Еще ни одна девчонка не дралась за меня! Здорово ты ей накостыляла. Я уж подумывал вам ринг освободить, ставки сделать. Ты бы выиграла.

Тычу кулачком в ребра этому нахалу. Оборзел, ставки на меня…

А потом обнимаю. Мой!

Эпилог

— Уии... — пищит Аленка, когда я ей рассказываю, что все же выхожу за Глеба замуж по−настоящему, что люблю его. — Вот я знала, что он в тебя влип, еще тогда, на студенческой вечеринке.

— Возможно... Не буду спорить.

А сама улыбаюсь. Не могу перестать этого делать. Аленка уже видела запись признания в любви и по телефону все уши прожужжала. Макс принёс ей запись и мне сделал на память, а также там был ролик, как я подралась. Восторг Аленки с Максом я слышала, даже отставив трубку телефона. Иначе бы оглохла.

Столько эмоций от подруги, что боюсь, как бы она раньше времени не родила.

— Как же я же я за вас рада.

— Надеюсь, мой крестник не решит в день моей свадьбы появиться на свет? — мне бы хотелось, чтобы Алена в этот день была рядом.

— Я тоже на это надеюсь, — подруга поглаживает уже достаточно большой животик. – Так-то срок в начале октября, а сейчас дело только к августу.

Успокоила.

Для подготовки свадьбы помощников было много, самые главные — это бабули. Но меня больше волнует предстоящее знакомство с родителями Глеба.

Хотя меня и успокаивал любимый, что все будет хорошо, но чувство тревоги не уходило. Сердце беспокойно колотится в груди, словно пытается сорваться из плотных оков тревоги, которое охватывает меня. От каждого моего вздоха переполняет гнетущая неуверенность, а мысли скачут внутри головы, создавая ощущение загнанности в угол без возможности побега.

Боюсь. Боюсь потерять Глеба, боюсь ошибиться и не то сказать, боюсь подвести.

— Ян, перестань переживать, — пытается успокоить меня Аленка. — Уверена, что ты понравишься им. По-другому и не может быть.

— Ален, я понимаю. Но, вот с эмоциями не могу справиться, — признаюсь подруге. – Будь Глеб из обычной семьи, как наша, то проблем не было бы. Вспомни, как тебе пришлось бороться за будущее с Максом. Я так не хочу. Я не такая сильная, как ты.

Мы сидели в кафе, куда я ее пригласила. Мы так давно не виделись, только иногда списывались и звонили.

— Когда встреча с родителями?

— Завтра, — морщу нос.

— Соберись... ты у нас умница, — мило улыбается мне. – И я тоже не такая сильная. Просто Макса очень сильно люблю. И я даже сдалась, зимой, отсиживалась у родителей.

Забрали нас наши мужчины через час. Уж больно соскучились. Это выглядело забавно, когда Глеб с Максом, зайдя в кафе просканировали помещение на наличие угроз. Как потом выяснилось, им не понравилось, как на нас смотрели мужчины с другого столика.

Ревнивцы.

Стою перед большим зеркалом и все пытаюсь понять, подойдет ли это строгое платье для встречи с Разумовскими. Хорошо, что рядом будут бабули. Это они все замутили, вот пусть и выкручиваются, если что…

Глеб решил сразу всех перезнакомить. Но даже от того, что у меня есть мощная поддержка в лице Софьи Андреевны, напряжение не сходит.

— Ты такая красивая, — восхищенно говорит мне Глеб. — Точно поразишь родителей.

Еще раз бросаю на себя взгляд. Платье мне очень нравится. Его покрой роскошен. Цвет пепел розы. Легкий материал подчеркивает контуры моей фигуры и создает идеальное соприкосновение с кожей.

Вырез горловины великолепно выделяет мою шею и ключицы, придавая образу женственность и изящество. Прекрасно облегает талию, подчеркивая аппетитные изгибы моего тела, создавая притягательную силу. Длина платья заканчивается немного выше колен и открывает мои стройные ноги. Я чувствую себя свободно и легко, ведь платье идеально сочетается с моим телом, подчеркивая его красоту и женственность.

— Может, надеть черное? — хотя то, которое сейчас на мне, нравится гораздо больше.

— Нет... это подойдет идеально, — говорит с улыбкой. – Но, как по мне, так лучше вообще без платья. Мои объятия тебе больше всего подходят.

− Маньяк, − смеюсь, мельком целуя соблазнительные губы.

Я понимаю, что ему любой наряд понравится, но все же не хочу ударить лицом в грязь.

— А еще больше... кхм... мне нравится, когда ты в наряде Евы... – Глеб спускает бретельку платья с моего плеча, ведет пальцем по коже. Со второй бретелью проделывает то же самое, платье опадает на пояс, обнажая груди. – Вот они, мои сладкие… Моя женщина, самая красивая и самая удивительная… Моя…

Ну, вот о чем я и думала.

Я стою, окаменевшая от удивления, слова проникают глубоко в мое сознание – его комплименты искренние и наполнены всей его любовью и восхищением. По мере того как он говорит, мои руки начинают слегка дрожать, а лицо горит от стыда и смущения.

Я стала его женщиной не так давно, чуть больше недели прошло.

Чувствую, как растет тепло в груди, а мои колени становятся слабыми. Мне неловко принимать такие похвалы, потому что я всегда считала себя скромным и непритязательным человеком, но он заставляет меня видеть себя так, как никогда не смогла бы раньше.

— Глеб... — выдыхаю.

— Моя скромница, — обнимает меня и нежно целует в открытую шею. Потом возвращает бретельки на место, поправляет на мне платье. — Можем идти?

— Да... я готова, — еще раз бросаю быстрый взгляд на себя.

Заходим в кафе и меня накрывает паника. Не могу никак заставить себя перестать волноваться. Глеб, поняв мои эмоции, взял мою руку в свою и слегка сжал. Благодарна ему за это.