Ничего не вижу. Ты будешь моей (СИ) - Митрофанова Мира - Страница 17

— Я не сделал тебе больно?

— Нет.

Про поднывавшие рёбра решила не упоминать, иначе бы он снова включил наседку, а мне очень хотелось продолжения. Я переместилась на Гошино плечо, коснулась губами колючего подбородка и сразу оказалась утянута в глубокий страстный поцелуй.

— Кажется, мы собирались куда-то идти? — иронично спросила я, получив передышку для восполнения запасов воздуха.

— В ресторан, — Гоша переместился к горевшей от ласк шее. Там, наверное, не осталось ни одного живого места. — Но мы уже всё равно опоздали. — Он взглянул мне в лицо и задорно ухмыльнулся.

Щёки вновь опалило жаром стыда. Такого позора в моей жизни ещё не случалось. Зато Гоша от души повеселился. Ни на секунду не сомневалась — он ещё не раз припомнит мне сегодняшние эксперименты с воском. Я закрыла ладонями лицо и жалобно вдохнула:

— Вот дёрнул же чёрт!

На мгновение повисла тишина, а затем спальня заполнилась нашим дружным смехом. Да уж, каламбур вышел что надо.

— Да ну его, это ресторан, — Гоша захватил в плен мои руки и теперь неспешно покрывал поцелуями пальцы. Кто бы мог подумать, что в этом большом серьёзном мужчине окажется столько нежности? — Закажем доставку. Ты же не думаешь, что я выпущу тебя из постели раньше завтрашнего вечера?

Секунда, и Волков, резко перевернувшись, снова вжал меня в матрас. Согласна. К дьяволу ресторан. Обхватив Гошу за плечи, я было потянула его на себя, но в этот момент зазвонил мобильный.

— Подождут, — отмахнулся Волков.

Но уже через пару минут стало ясно, что расслабиться нам не дадут. С обречённым стоном оторвавшись от моих губ, Гоша потянулся за телефоном.

— Да, — рявкнул он так громко, что чуть не заложило уши. — Карина, душа моя, что во фразе не звонить мне ты не поняла? — Я беззлобно закатила глаза. Бедная Карина, вечно ей достаётся. — Ты издеваешься надо мной, что ли?

Резко сев, Гоша повернулся ко мне спиной, и теперь мне открывался совершенно потрясающий вид на красивое тренированное тело. Я не удержалась и провела по позвоночнику кончиками пальцев. Наградой стал шумный вздох и брошенный через плечо нарочито строгий взгляд. Закусив губу, я заулыбалась, точно дурочка, и откинулась обратно на подушки. Давно уже мне не было так хорошо! А может, и никогда. Наблюдая за Гошей, я в пол-уха слушала их с Кариной разговор и наслаждалась моментом. А потом Волков вдруг повернулся и спросил:

— Жень, ты не помнишь, где договор с ТехЛабом*?

— В последний раз видела в отделе закупок, — ошарашенно ответила я.

— Поищи в отделе закупок, — невозмутимо повторил Гоша.

Меня точно обухом по голове ударили. Мы не обсуждали, будем ли афишировать на работе наши отношения. Не то чтобы я собиралась скрываться, но… Можно ведь было сначала посоветоваться со мной? Уже через пять минут вся компания узнает о том, что Волков спит со своей помощницей. Это ведь Карина. Не язык, а помело. Вроде мелочь. Наоборот, надо было радоваться, что Гоша не собирался прятать меня, как грязный секрет… Но меня всё больше пугал разгон, который он взял.

К тому моменту, как Волков договорил с Кариной, я загрузилась настолько, что настрой на продолжение совсем улетучился. Впрочем, не у меня одной.

— Прости, — Гоша покаянно вздохнул, и я как можно непринуждённее улыбнулась в ответ.

— Ничего.

— Давай в душ. Я закажу нам поесть, — Волков хитро усмехнулся, — и присоединюсь.

Согласно кивнув, я выползла из постели и отправилась в ванную. Душ — это хорошо.

________________________

*Все названия выдуманные, любые совпадения случайны.

Глава 23

Георгий

— Карина, скажи, пожалуйста, Евгении Ефимовне, чтобы зашла, как освободится, — с трудом сохраняя спокойный тон, попросил я секретаршу и отключил селектор.

В первый же свой рабочий день Женя умудрилась меня выбесить. Сжав уже порядком измятое заявление об увольнении, которое несколько минут назад передали из отдела кадров, я сделал глубокий вдох.

— Вызывали? — прикрыв за собой дверь, усмехнулась Крылова.

Зараза какая, а!

— Мы ведь с тобой договорились сначала обсудить! — я потряс чёртову бумажку. — Что это за фигня?

Женя аккуратно высвободила заявление из моих пальцев.

— Ну, во-первых, ни о чём таком мы не договаривались, — раздражающе спокойно ответила она, — ты просто психанул и не стал меня слушать. — Во-вторых, — Женя села в кресло для посетителей и задумчиво разгладила на столе лист, — я действительно устала, — она подняла на меня вмиг ставший серьёзным взгляд. — Мне ни на что не хватает времени. Даже на сына.

Вся злость разом улетучилась.

— Давай так, — я забрал у Жени адово заявление и убрал в ящик стола. — Я пока оставлю это у себя, а ты подумай, какой график тебя устроит. — Боже, как же я жалок. Но остаться без неё — всё равно что отрубить себе руку. — Можем нанять тебе помощника, если хочешь.

Женя иронично вздёрнула тонкую бровь.

— Помощник помощника?

— Обзовём, как нравится. Пожалуйста, Жень. — Я сложил ладони в молитвенном жесте, полностью и безоговорочно капитулируя. — Ты мне нужна.

Закатив глаза, Крылова недовольно поджала губы и обречённо вздохнула.

— Ладно, — сдалась она, и я с трудом сдержался, что не заорать от ликования. — Давай попробуем.

Я схватил Женю за руку, заставил обойти стол и, усадив к себе, припал губами к лихорадочно забившейся на шее венке.

— Для этого вот я тебе нужна? — Женя включилась в игру, хотя сама то и дело поглядывала на дверь.

Слишком напряжённая. После Карининого звонка в пятницу что-то неуловимо изменилось, но выяснить причину мне так и не удалось. Не хотела, чтобы о нас знали сотрудники? Догадка неприятно резанула по самолюбию.

— Тебя что-то беспокоит? — Я поцеловал Женю в уголок губ и отпустил.

Поднявшись с моих колен, помощница одёрнула узкое офисное платье.

— Нет, с чего ты взял? — Она невозмутимо пожала плечами, а я мысленно покачал головой. Как бы научить Крылову разговаривать? — Я сейчас поеду в ТехЛаб, разбираться с договором. Могу быть не на связи.

Женя ловко перескочила с одной темы на другую, не менее животрепещущую.

— Так и не нашли?

— Нет, — тяжело вздохнула Женя. — От нас оба экземпляра ушли. Скорее всего, они посеяли. Но там в отделе закупок сидит какая-то истеричка, довела наших девочек до валерьянки. Придётся мне разбираться. — Уперевшись ладонями в подлокотники моего кресла, она коротко чмокнула меня в губы и выпорхнула из кабинета.

Ну вот и как её такую можно отпустить?

— Удачи! — крикнул ей вслед и вернулся к делам, которыми занимался до злосчастного заявления.

Правда, долго поработать мне не дали. Спустя час на экране личного телефона высветился незнакомый номер.

— Слушаю.

— Добрый день. Георгий Владимирович? — раздался смутно знакомый женский голос. — Вас из садика беспокоят.

Точно. Васина воспитательница. На всякий случай оставил ей свой номер.

— Что-то случилось? — видимо, слишком резко спросил я, и воспитательница тут же поспешила меня успокоить.

— Нет-нет! Просто сегодня пришло меньше половины деток, и нашу группу закрывают на карантин. Почти всех ребят забрали домой, а я до Евгении Ефимовны никак не могу дозвониться.

Чёрт, я уже успел испугаться.

— Понял. Минут через двадцать приеду.

Дела подождут. На ходу скинул Жене смску, чтобы не переживала, когда вырвется из бюрократических когтей наших клиентов, и отправился за Васей. Невольно усмехнулся. Пока Женя была на больничном, отвозил и забирал его я, и, похоже, меня окончательно записали в отцы. Тем проще. С Василием у нас сложилось полное взаимопонимание, а главное, с ним было действительно интересно проводить время. В голове не укладывалось, как Костик мог этого не замечать. Хотя, возможно, причина в том, что Васиным воспитанием занималась по большей части Женя — он во всём был похож на мать.

Из садика Вася уходил без удовольствия, так что пришлось поднимать ему настроение внеплановым мороженым. Заодно мы купили нам троим обед. Я был уверен, что после ТехЛаба Женя обязательно забудет поесть и помчится куда-нибудь еще. Что бы Крылова ни говорила, ей это нравилось. Быть в движении, разруливать проблемы, руководить. Никакая удалённая работа, которой она так грезила, этого не даст. Решил оставить этот аргумент на следующий раз — интуиция подсказывала, что вопрос увольнения обязательно всплывёт снова.