Последняя из рода сирен (СИ) - МакГальма Мария - Страница 75

Вилка выпала из мои пальцев. Я ужаснулась. Пять недель! О, Боги! Я была без сознания пять недель?!

— На второй день ты открыла глаза, но они были черными. В твое тело вошел Бог. Он ни с кем не разговаривал, только рычал, когда я приближался к нему. Он исправно съедал все тарелки с едой, что мы приносили тебе. Не пытался причинить зло ни тебе, ни другим. И я понял, что он охраняет тебя, ждет, когда ты восстановишь силы.

Я с открытым ртом переваривала информацию.

— Надо признаться, с Черным Богом я уже встречался ранее. — Асфар протянул ко мне руку, пытаясь погладить мои пальцы, но я убрала руку под стол. — После нашей близости он занял твое тело, чтоб не позволить мне овладеть тобой. Отшвырнул меня как котенка. Столько силы в хрупком теле…

Мужчина покачал головой. — Ему нужно было, чтоб ты осталась нетронутой… Тогда мы с ним впервые побеседовали.

Мои щеки запекло. Мне вспомнилось, как Асфар ласкал меня в каюте, придавив своим весом к пружинистому матрасу.

— Я знаю, зачем ты рвешься в Храм Черного Бога. Знаю, что ты заключила с ним сделку, Саента. Я хочу помочь.

«Ты пойдешь одна. Нам не должны мешать»

Я вздрогнула.

— Мне нужно идти одной.

— Он говорит с тобой, да? Ты слышишь его голос?

Я схватилась пальцами за край стола.

— Теперь я понимаю. — Асфар встал, отодвигая стул. — Все твои странные слова о том, чего не происходило… О том, как больно может ранить химера… Черный Бог возвращает тебя из мертвых?

Я молчала, уставившись выпученными глазами на пустую тарелку. Асфар грязно выругался и сел рядом со мной на диван.

— Ты сбежала от Археона, потому что он убил тебя?

Я стала ртом хватать воздух.

— Именно тогда ты заключила с Черным Богом сделку. Поэтому ты сбежала.

Он не спрашивал. Он утверждал. Мои пальцы побелели от силы нажатия на столешницу.

— Я убью его. — тихо прорычал капитан. Его рука потянулась к моей щеке. — Саента, ты помнишь свои смерти?

Я тяжело дышала, будто пробежала много километров.

— Поэтому ты говорила те странные вещи…

Асфар взял мой подбородок двумя пальцами и настойчиво развернул мое лицо к себе. Увидев в моих глазах застывшие слезы, он нахмурился и обреченно прикрыл глаза.

— Девочка моя… Как же мне жаль…

Слезы градом покатились по щекам. Асфар обнял меня, а я уткнулась носом в его плечо. Я позорно разревелась.

— Это так страшно… Вот черт!

Мужчина рывком пересадил меня на колени, вжимая мое тело в свое.

— Как же страшно умирать и возвращаться, зная, что можешь испытать все эти мучения вновь. Саента, мне так жаль…

Я давилась слезами, выпуская боль наружу.

— Химера убила тебя. Поэтому ты выбежала такая испуганная… — рык Асфара, наполненный горечью и досадой, вырвался из горла со свистом.

— Спасибо, что не отмахнулся. — искренне поблагодарила я.

— Я должен был догадаться раньше… Должен был предугадывать и предусматривать все так, чтоб с тобой ничего не случалось. Мне так жаль, что ты столько пережила по моей вине…

— Тут нет твоей вины. Вина лежит на Богине Любви и Цветов. Это она убила всех сирен и теперь пытается добраться до меня. Если бы не она — моя мама была бы жива. И я была бы вместе с ней.

— Могу я задать вопрос?

Его переменившийся тон заставил меня оторвать лицо от его груди.

— Сколько раз ты умерла в идущей ко дну клетке, прежде чем смогла выпустить сирену наружу?

В его глазах пряталась боль, пусть он и пытался ее от меня скрыть. Я вцепилась в его окровавленную рубашку.

— Это неважно. Я отомстила тебе сполна.

— Сколько раз? — Его руки сжались на моей талии.

— Два.

Асфар сощурил свои глаза. — Я слышу твое сердце, птичка. Не лги мне больше. Сколько раз я позволил тебе умереть?

Я выдохнула одними губами. — Семь.

— Семь… — повторил Асфар.

Мужчина умолк, а я притихла в его руках. Через пару минут мне надоело слушать шелест виноградных листьев.

— А что было бы, если бы я не отнесла твою голову к телу?

Мне пришлось повторить вопрос дважды, прежде чем Асфар пошевелился, приходя в себя.

— Я не знаю, как это происходит. Я просто открываю глаза и понимаю, что голова находится на нужном месте.

— Это я сейчас твою голову отнесла. Но бывали же моменты, когда некому было прийти на помощь? Твоя голова сама ползет к телу? Или тело ползет к голове?

Асфар скосил на меня глаза. — Это любопытство сирены или человеческой женщины?

Я пожала плечами.

Асфар хмыкнул. — Я всегда выживаю. Даже если меня разрезать на тысячу кусочков.

Это было произнесено с таким равнодушием, чтоб меня вновь затошнило.

— А чего ты не любишь больше всего на свете? — вдруг спросила я. — Я не про способы твоего умерщвления…

— Странный у нас разговор. — прокомментировал мужчина. Я не стала объяснять, что завела его для того, чтоб отвлечь его от моих смертей.

Асфар почесал переносицу. — Ненавижу финики.

— Финики? — удивилась я откровенности капитана.

— Сушёные фрукты напоминают выпитые до последней капли крови людей. Но финики мне не нравятся больше всего. А тебе?

Я улыбнулась. Отчего-то мне стало смешно. Вампир, который не любит финики.

— Я не люблю клетки, в которых запирают птиц. После недавних событий, мне не нравятся любые клетки. И вазы. Античные, древние и тяжелые.

— Я уничтожу все вазы на этом острове. Больше они на глаза тебе не попадутся. Мы уничтожим каждую. Что-то еще?

Я покачала головой.

— Я хочу тебе помочь, Саента. Позволь мне быть рядом. Вместе мы со всем справимся. А как вернемся сюда, ты сможешь здесь жить. У тебя больше нет дома, по документам ты являешься собственностью Археона. Твой дядя не включал твое имя в завещание. Пусть этот остров станет тебе домом. Здесь рядом океан, тебе не придется запирать сирену. Ты сможешь заниматься чем захочешь.

«Кивни. Пусть думает, что ты останешься здесь»

Я выпрямила спину и кивнула. Глаза Асфара осветились радостью.

— Прости меня, Асфар. Я была слишком жестока к тебе. — я прижалась к его щеке и почувствовала осторожные поглаживания по спине.

— Моя безжалостная. — улыбнулся мне в макушку Асфар, а я чуть не поперхнулась от его шутливого тона.

— Ты теперь будешь подшучивать надо мной? — вскинулась я.

— Моя серьезная.

— Я вообще-то тебя съесть могу. Ты забыл? Не стоит шутить надо мной!

— Моя ненасытная. — веселье в голосе Асфара звучало уже откровеннее, чем минуту назад. — Моя прожорливая.

— Гад! — я стукнула его кулаком по груди. — Я все равно злюсь за то, что ты убил моего дядю.

— Если бы ты не направила удильщиков к Мести Элизабет, то вполне могла бы с ним поговорить.

— Что?

Я схватила его за воротник, напряженно всматриваясь в лицо капитана.

— Мне же тогда не показалось? За тобой гнался удильщик, ты вынырнула в тот момент, когда я выстрелил гарпуном по рыбине. — Асфар облизнул губы. — Я думал мне привиделось, потому что думал, что потерял тебя. Я только недавно осознал, что удильщики взбесились не на пустом месте.

— Так ты не убил его? Асфар! — я встряхнула мужчину. Асфар осторожно оторвал мои кисти рук от рубашки и погладил их большими пальцами.

— Я убил, но когда ты вышла на палубу, то влил в его рот свою кровь. Он должен был стать таким же как Гард и остальные. Его тело я не успел переместить на Мэри, поэтому он сейчас где-то тонет в том районе, захлебываясь и возрождаясь. Снова и снова. Так что, считай твоя месть исполнилась.

Я ошарашенно разглядывала его глаза, вспоминая тело дяди Морис, и то, как я таскала его за собой… Боги…

— Ты же хотела сама его убить. — Асфар нахмурился. — Ну хочешь, может за ним вернуться и поискать. Правда, радужный прием не обещаю, поселю его в темнице.

— Асфар… — прошептала я. — А я ведь наткнулась на тело дяди там… Если бы я знала…

Рядом раздалось покашливание.

— Господин. Амина умирает. Просит вашего присутствия. Можем дать ей вашу кровь, вдруг это поможет? Все равно другого выхода не осталось.