Измена. Вернуть жену (СИ) - Гур Анна - Страница 16

На этих словах девица разворачивается и упирает в меня пристальный взгляд. Отмечаю, что эта горничная с вычурным именем весьма хороша собой, однако, как дизайнер, я вижу, что эта красота искусственная, вылепленная пластическим хирургом, но профессиональным.

Вмешательства практически незаметные, но губы немного перекачены, и нос узковат, в природе редко встретишь такое соотношение.

Вопрос «Откуда у простой горничной такие финансы на хирургов такого уровня?» остается открытым. Вряд ли она на окладе.

Да и слух режет обращение Софьи Михайловны “деточка”...

Интуиция что-то стремительно нашептывает, и я на мгновение замираю, пытаясь не спугнуть мысль.

Догадка неожиданно осеняет: «А что, если Альбина и Софья Михайловна - родственницы?

— То есть мне не ставить в вазу цветы? — переспрашивает девица, но отчего-то смотрит на Софью

Михайловну, а не на меня, спрашивая дозволение у последней.

— Именно так.

Влезаю до того, как экономка ответит, акцентирую на том, что решение в этом доме принимаю именно я. Прежняя Юля бы так не поступила, но я повзрослела и уже имею опыт общения с людьми. Делаю себе пометку, чтобы уточнить у Игната, имею ли я право отбирать персонал в его дом. Как жена имею. Если бы я ему, действительно, была женой.

Но все же полномочия хозяйки мне необходимы, потому что персонал я весь сменю. Уж

Альбиночку и ее маман точно. Если Игнату наплевать, кто у него работает, лишь бы рекомендации были приемлемыми и опыт работы, то для меня важен сам человек.

И возьму я, скажем, простую девушку, которая подрабатывает после университета, чем вот такое вот, или же пожилую женщину с добрым сердцем, которая будет скорее как член семьи, чем вот такая вот Софья Михайловна.

Не нравится мне то, что я вижу. В принципе Юсупов — трудоголик, всегда был таким. В дом заваливается только для того, чтобы поспать. Зная его нрав, могу понять: прислугу он не замечает.

Сноб все же, выросший в именитой семье, внук знаменитого деда, почти легенды, человека, на которого я бы равнялась.

Если бы…

— Будут какие-нибудь распоряжения? - влезает экономка и смотрит на меня, едва скрывая свою неприязнь.

— Непременно, чуть позже, - улыбаюсь фальшиво, давая понять, кто тут главный, и вновь гляжу на

Альбину.

Догадка проскальзывает очень неприятная.

А что если Игнат спит с этой горничной?! Может, отсюда и деньги на хирургов?!

Неприятная мысль жалит в самое сердце. Что, его Константиновская перестала устраивать?!

Не хочу думать о таком. Просто решаю, что когда муженек придет на ужин, я ему в лоб задам накопившиеся вопросы.

— Кстати, про ужин...

— Я слушаю, - отвечает Софья Михайловна.

Вспоминаю слова Игната, и в голове щелкает. План рождается сам по себе. Раз Юсупов решил поиграть со мной в свои игры, то я включусь. Еще посмотрим, кто из нас первым взвоет.

— Сегодня у нас с мужем праздничный ужин. Приготовьте рыбу и салат, а также подходящее вино, — даю четкие распоряжения экономке.

— Хорошо, - выдает женщина

— Организуйте столик на двоих на веранде, освещение приглушенное, свечи.

— Я не уверенна, что мы сможем.

Вскидываю бровь и улыбаюсь.

— Не беспокойтесь, Софья Михайловна, я проконтролирую. И через час соберите весь персонал внизу, хочу лично познакомиться со всеми.

Мои слова вызывают у мамочки с дочуркой явное недовольство, Альбина кривит пухлые губы, и это выглядит настолько комично и вульгарно, что я сжимаю зубы.

От одной мысли о том, что, возможно, этими самыми губами она Игнату.

Вздрагиваю и заставляю себя не думать об этом. Не хочу вспоминать измену и предательство, не хочу знать, что все эти годы Юсупов жил себе припеваючи, пока ему вдруг вновь не понадобилась ширма в виде жены, чтобы достичь каких-то новых целей.

- Но… у сотрудников плотный график и… господин Юсупов не давал таких распоряжений.

— Госпожа Юсупова дает это распоряжение. В отсутствие мужа я тут главная.

Наверное, так бы сказала первоклассная стерва. Ну что ж, я могу ею побыть, отстаивая свои границы и личную свободу. Раз уж я тут, то играть буду по-своему, и Игнату придется с этим считаться.

- Я… да… хорошо, - Софья Михайловна начинает мямлить, теряет весь свой пафос и высокомерие, -

пройдемте, я покажу спальню.

Киваю, прохожу рядом с прибалдевшей Альбиной, и меня обдает сладковатыми духами. Если бы девица не передушилась ими, то было бы даже приятно. Однако возникает ощущение, что она полбутылки французского парфюма на себя вылила.

И вновь несоответствие, и вновь звоночек относительно того, что, возможно, эта мамзель исполняет еще и другую работу по ублажению хозяина в свободное от уборки время.

Отчего-то желудок сводит спазмом, и меня начинает тошнить, но я не позволяю себе проявить слабость и ступаю за экономкой, которая распахивает двухстворчатые двери и демонстрирует мне спальню королевских размеров с кроватью, где может уместиться человек десять.

— Вот спальня. - выговаривает Софья Михайловна, - господин Юсупов велел освободить часть гардеробной к вашему приезду.

Делаю несколько шагов и столбенею. Этот запах... энергетика пространства…все слишком знакомо... слишком пропитано.. им…

Рассматриваю эту комнату, и глаз сразу же цепляется за мужские часы, небрежно оставленные на прикроватной тумбочке. Смутное сомнение рождается в душе, и я разворачиваюсь к женщине и спрашиваю с нажимом.

— Это что, спальня Игната?!

— Конечно. Хозяйская спальня, господин Юсупов распорядился. - подтверждает мои самые страшные предположения Софья Михайловна, и я прикладываю все мыслимые и немыслимые усилия, чтобы удержать лицо.

— Вам показать комнату, рассказать, что где лежит? — не унимается экономка.

Но я быстро выпроваживаю женщину из комнаты и, как только захлопываю дверь перед ее носом, прислоняюсь лбом к теплому дереву.

«Игнат поселил меня в собственной спальне...»

Перевариваю эту мысль. Пытаюсь с ней свыкнуться. Хотя, его логика ясна — для всех я его жена, а значит, и проживание не может быть раздельным.

«Интересно, он и супружеский долг заставит меня исполнять?»

Задаюсь внутренним вопросом и содрогаюсь. Разворачиваюсь и иду в гардеробную. С одной стороны лежат мужские вещи, выложенные в строгой цветовой гамме. В отдельной нише с подсветкой разложена коллекция баснословно дорогих ручных часов.

А вот напротив все свободно. Действительно, гардеробная разделена на мужскую и женскую, в моей части уже лежат некоторые гигиенические принадлежности, но вешалки пусты.

Качаю головой. У меня столько мыслей, и все они сводятся к постели, на которую я опускаюсь без сил. Мне не верится, что Игнат заставит меня спать с собой в одной кровати, про кое-что другое я вообще молчу.

Не знаю, сколько времени у меня уходит на осознание всей плачевности моей ситуации.

С финансами Игната, с его возможностями… сколько бы я ни царапалась и ни пыталась защитить себя, это все равно игра котейки против огромного хищника.

Порываюсь взять телефон и набрать подругу, рассказать, во что именно я вляпалась, но все же останавливаю себя. Мои коллеги в один миг стали подчиненными моего мужа, и я не знаю, как они отнесутся к этой новости. Возможно, я перестану быть для них другом.

Мысли душат, хочется с кем-то поговорить, поплакаться, рассказать. Хочется набрать маму, но я вновь останавливаю себя, не хочу волновать ее, потому что родные люди только переживать будут, а управы на олигарха не найдут.

Наконец без сил падаю на спину, ощущая шелк покрывала разгоряченной кожей, и незабытый запах Юсупова проникает в легкие.

Прикрываю веки и прислушиваюсь к себе, меня от его аромата мутить должно, но это не так, и это безумно злит.

Надеюсь, мой муж не стал моральным уродом и не посмеет перейти грань и прикоснуться ко мне, иначе..я за себя не ручаюсь...