Измена. Вернуть жену (СИ) - Гур Анна - Страница 24

Мое платье вмиг мокнет, кто-то в толпе, сошедшей с ума, толкает меня в спину, в творящейся неразберихе мне кажется, что если упаду на пол, то меня затопчут, но этого не происходит.

Мой полет пресекает Игнат, который ловит меня за талию и прижимает к себе, сам смотрит куда-то вперед, а я поднимаю голову и наблюдаю за тем, как по его красивому волевому лицу текут капли воды, как они смешиваются с кровью, которая вытекает из пореза на скуле.

Даже сейчас потрепанный и взъерошенный, с цепким взглядом Игнат вызывает отклик в моем сердце.

Он прижимает меня к своему боку и прокладывает нам путь в толпе, не дает никому мне навредить, прячет от возможных тычков и ударов, планомерно прокладывая нам путь к выходу из клуба.

Фактически тащит меня на себе, а я с трудом каблуками перебираю. То, что творится вокруг, будто из фильма, где-то завывает сирена, когда выбираемся на улицу, я слышу вой полицейских машин и пожарных.

— Игнат - кричу, чтобы хоть как-то привлечь внимание миллиардера, ситуация меня уже конкретно напрягает и пугает. — Игнат, отпусти меня немедленно!

Для пущей убедительности заряжаю ему в плечо, чтобы выпустил из захвата, но рука на мне становится железной скобой — не сдвинуть.

Мои ноги на чертовых каблуках опять начинают заплетаться, и Юсупов цедит сквозь сжатые зубы грязное ругательство, как пушинку, подкидывает и берет меня на руки.

Не сбиваясь с шага, несет меня к машине, снимает блокировку и заталкивает меня на переднее сиденье. Хлопает дверью так, что я вздрагиваю.

Спустя мгновение садится на водительское сиденье.

— Юсупов! Ты с ума сошел?! — кричу на него, нервы натягиваются, а мой муж без слов блокирует двери, вдавливает педаль газа в пол и стартует с такой скоростью, что меня вжимает в сиденье.

И я понимаю, что ситуация набирает обороты и все просто выходит из-под контроля.

— И давно ты снюхалась с Абрамовым? — рычит зло и уходит в поворот так резко, что меня прибивает к стеклу.

— Абрамовым?! — вскрикиваю, а сама вжимаюсь в сиденье, мне кажется, что мы сейчас в аварию попадем, расшибемся насмерть.

Мой муж такую скорость за секунды набирает и начинает выруливать на трассу подобно гонщику

«Формулы один». Только если у него со скоростью проблем нет, то меня буквально парализует от страха, когда осознаю, что на меня мчатся машины и кажется, что еще секунда, и мы врежемся, но миллиардер мастерски уходит от столкновения, обгоняет и ‘нарушает кучу правил дорожного движения!

Со страхом смотрю по сторонам, хочется, чтобы откуда-нибудь выскочила полицейская машина и заставила лихача остановиться, влепила штрафы, я на все согласна, лишь бы этот псих врубил по тормозам.

Прикусываю губы. Уже забываю все слова, но, кажется, Игнат решил провести допрос с пристрастием:

— Давно Вадима, смотрю, знаешь… Я вам там не помешал?! Прервал прелюдию!

Бросает на меня острый, как бритва, взгляд, а я вижу, насколько он напряжен, из него агрессия прямо льется, а еще что-то странное. будто к ярости примешивается еще и другое чувство.

Ревность.

Сама этой мысли удивляюсь и отметаю её. Для того, чтобы ревновать, надо испытывать чувства, только вот у моего мужа вместо сердца банковская ячейка с компьютером и калькулятором.

Какая ревность, Юля?!

Вскрикиваю, и мысли вылетают из головы, когда миллиардер в последний момент уходит от столкновения с другим автомобилем.

— Игнат! Мы сейчас разобьемся! Сбавь скорость! Ты что, с ума сошел?!

- Давно крышей полетел, - отвечает, и вновь поворот. И вновь я вскрикиваю и жмурюсь от страха.

Мне казалось, что миллиардер киборг! Безэмоциональная статуя! Но. как-то я скучаю по холодному и уравновешенному Юсупову!

Тот хоть не лихачил, как псих.

— Откуда знаешь Вадима? Как ты связана с тендером и его корпорацией?!

Поток вопросов заставляет прийти в себя и посмотреть на Юсупова.

— Я понятия не имею, что ты несешь.

Прикусываю губу и гляжу на фары, которые светят мне в глаза и проскальзывают слишком быстро от нашего автомобиля.

— Игнат, прекрати! Мы погибнем! - уже всхлипываю, понимаю, что Юсупов не шутит, он почему-то меня в чем-то подозревает.

— Ответы! Юлия! Мне нужны ответы! Как давно ты замутила с моим конкурентом?!

— Ты сума сошел! Сам ворвался в мою жизнь! Сам притащил в свой особняк! И еще ко мне претензии!

Сжимает зубы, опять давит на газ, и машина мчится по трасе на такой скорости, что я уже перестаю бояться, принимаю как данность, что такой кросс закончится аварией с трагическим финалом, потому что на подобных скоростях не выживают.

— Игнат, я не хочу умирать. То, как ты сейчас водишь.. Прошу, прекрати.

— Ответь! Мне нужны чертовы ответь! Почему моя служба безопасности все прошляпила?!

— Ты меня спрашиваешь?! - переспрашиваю в недоумении. - Игнат, ты пил?! Я не понимаю хода твоих мыслей.

— Вадим Абрамов. Мой конкурент. Сегодня к нему ушел тендер. И очень интересно, как в этом замешана ты! - оглушает меня какими-то бредовыми обвинениями. Вызывает ответную волну ярости с моей стороны, и я не знаю, чего мне хочется больше: расхохотаться до слез и истерики или сразу заплакать навзрыд.

— Юсупов! Угомонись! У тебя что мания преследования?!

Пытаюсь достучаться. Докричаться, вернее. Но между нами стена. Бетонная. Непробиваемая. Для каждого из нас своя.

— откуда ты его знаешь?! — вновь рычит диким зверем и уходит влево, а я сглатываю ком, сердце колотится в груди, как сумасшедшее, особняк Юсупова уже маячит впереди, и я выдыхаю: скоро эта скоростная езда закончится, если, конечно же, мы до этого не угодим в аварию.

Вновь бросаю взгляд на резкий профиль Игната. На его напряженное лицо. И ярость просыпается, злость на Юсупова, на этого чертового Абрамова!

На этих матерых мужиков, которым все можно! Которые обладают такой властью, что могут решать, кому жить, а кому умирать.

Ненавижу! Ненавижу таких всесильных, которые играют с жизнями других, будто пешки на шахматной доске переставляют.

— Откуда. Ты. Знаешь. Вадима. Абрамова?! - вновь рявкает.

Я не выдерживаю, перехожу на крик:

— Да я в глаза не видела твоего конкурента до сегодняшнего вечера! Этот наглый тип сам подсел ко мне и полез целоваться!

Сжимает губы в тонкую линию. Явно приходит в еще большее бешенство, хотя куда уж больше?!

Ни слова не говорит, и я понимаю, что, скорее всего, Игнат мне не верит, и что-то будто вспыхивает в крови, в голове щелкает, и я иду на поводу у своих чувств, своей злости на этого мужчину и цежу змеей, чтобы и ему было больно так же, как и мне, чтобы и его щелкнуть по носу.

— Но есть, конечно же, и вторая версия. Считай, что я с ним давно знакома и вот встретилась с любимым в клубе...

Машина залетает сквозь ворота, охрана с трудом успевает их распахнуть и бросается врассыпную, чтобы не попасть под шины злого, как черт, миллиардера.

— Юлия!

Рычит, а я раздвигаю губы в приторной улыбке.

— Какой из вариантов по душе, тот и выбирай, Юсупов!

Машина резко тормозит. Скрежет такой, что в ушах закладывает, а я выдыхаю, так как Игнат, кажется, еще и гонщик хороший, учитывая то, на каких скоростях мы ехали и умудрились не убиться. Это либо мы оба в рубашках родились, либо просто Юсупов фанат экстремального вождения, видимо, занимается этим видом спорта.

Глупые мысли за секунду проскальзывают в голове и рассыпаются, когда Юсупов выскакивает из автомобиля, и спустя мгновение дверь распахивается, и меня вытаскивают, закинув на плечо.

Игнат идет к дому, дверь открывает с ноги.

— Выбрать тот вариант, который по душе?! Так да?!

- да.

Ударяю его по сильному плечу.

— Неприятно, да, Игнатик, когда тебе рога наставляют?! Когда предают и изменяют?!

Моя рана все-таки вскрывается, как нарыв, который столько лет душил и мучил. Боль от предательства не затихла, и мне хочется, чтобы Юсупову было так же больно, как и мне.