Одна Любовь (СИ) - Рус Тая - Страница 24

— А мне кажется, вы подружились, — смеётся Ярый.

— Сам пойду, — открываю дверь и выхожу.

На улице похолодало, но я рад, что я именно здесь, а не с тем дьяволом в шерсти. Я пытался поймать его по всей квартире, и почти потерял все свои пальцы. Теперь я берусь за ручку двери магазина и шиплю от боли. Существо знатно прокусило мне палец, и теперь придется залечивать его.

— Здравствуйте, — приветливо улыбается мне молодой продавец. — Чем могу помочь?

— Привет, — отвечаю я, оглядываясь по сторонам и чувствуя себя немного не в своей тарелке. — Мне нужна переноска для животного, из которой было бы невозможно вырваться, и чтобы дверца, как только закрылась, больше не открывалась. — Стараюсь я как можно точнее объяснить свои требования, ведь это моя первая покупка такого рода.

— Для собаки или кота? — интересуется продавец, выходя из-за прилавка.

— Для кошки, — отвечаю я, немного смущаясь. — Очень агрессивной кошки.

— Подождите минутку, — говорит продавец и уходит, оставляя меня в раздумьях.

В центре магазина, как магнит, притягивающий взгляды, стоит аквариум. Но это не обычный аквариум, в котором плавают рыбки. Внутри него обитает существо, которое я никак не ожидал бы увидеть в подводном мире — белая мышь. Ее белоснежная шерсть контрастирует с темным фоном аквариума, а длинный хвостик изящно изгибается. Но самое поразительное — это ее глаза. Они сверкают насыщенным красным цветом.

— Фу, какая гадость, — комментирую я внешний вид зверька, отступая назад.

— Осторожнее, — спокойно произносит парень.

Когда я поворачиваюсь, передо мной возникает полностью синяя пластиковая клетка. Я беру ее в руки и ощущаю гладкую поверхность пластика.

— Вы уверены, что эта клетка достаточно надежна? Кажется, что лапы могут просунуться через эти щели, — говорю я, указывая на единственное место, которое, как мне кажется, может стать потенциальной точкой побега.

— Ну, все переноски такие, — парень отвечает с некоторой отстраненностью, словно его мысли заняты чем-то другим.

— Хорошо, давайте оставим все как есть, — говорю я, прикладывая карту к терминалу. Мое сердце наполняется теплом, когда я осознаю, ради кого все эти усилия. И это точно не для зверя, который сейчас сидит в машине.

40 глава

Лилия

— Где Торпеда? — тревожно спрашиваю я, входя в комнату.

— Кто такая Торпеда? — с недоумением выпучивает глаза Захар.

— Это моя кошка, — объясняю я, смягчая тон.

Не могу отвести глаз от их лиц, от их голосов, которые ласкают мой слух. С годами эти мужчины стали еще прекраснее, чем в юности. Они излучают силу, уверенность и шарм. Мое сердце бешено колотится, когда я смотрю на них.

— Она скоро будет у тебя, — говорит Феликс, глядя на настенные часы.

Сидим в столовой, которая кажется мне слишком большой и светлой. Она отличается от той, что была раньше. А еще здесь все сделано в стиле барокко, и это уже на мой взгляд избыточно. Здесь все сделано с излишком. Здесь все кричит о роскоши и богатстве. Здесь все пытается заворожить и очаровать. Но мне это не нравится. Мне не хватает простоты и уюта.

— Тебе здесь не нравится? — поймав мой критический взгляд, спрашивает Давид.

Замешкавшись, я опускаю голову вниз, смотрю на свои руки. Сижу тут и дрожу от страха и смущения. Я не знаю, что ответить на его вопрос. Не знаю, что он думает обо мне. Я не знаю, что чувствую к нему.

Я не знаю, что делать.

Я потеряла дар речи.

— Она привыкнет, — подходит ко мне Феликс.

Воздух в комнате становится тяжелым и душным. Вокруг меня собрались мужчины, с серьезными и недовольными лицами. Они смотрят на меня, как будто ожидают от меня какого-то решения или объяснения. Но я пока не понимаю, чего именно они хотят от меня. Я чувствую, как мое сердце колотится, а руки потеют. Пытаюсь вспомнить, что я сделала не так, или что я забыла сделать.

— Я буду жить в доме одна? — спрашиваю, пытаясь как-то сгладить обстановку.

— Нет, здесь еще живу я, — подходит ко мне Захар. — Пошли, я покажу тебе комнату.

— Мою комнату? — смотрю на безупречные глаза младшего из братьев Виноградовых. Он кивает.

Медленно поднимаюсь со стула, чувствуя, как ноги подкашиваются. Я вкладываю дрожащую руку в теплую ладонь парня, который улыбается мне нежно. Он ведет меня по просторному холлу, светлому и уютному. Мы поднимаемся по извилистой лестнице, украшенной цветами и фотографиями. Я слышу позади себя шаги двух других парней, которые решили не оставлять меня одну с Захаром. Они беседуют между собой, но я не слушаю их. Смотрю на Захара, который кажется таким счастливым и уверенным. Я не понимаю, что он хочет от меня, и что я должна делать. Боюсь, что он разочаруется во мне, или что я разочаруюсь в нем. Я не знаю, что ждет меня наверху.

Поднимаясь наверх, на меня волной нахлынули воспоминания о пожаре, который заставил нас бежать на верхний этаж. Мы спрыгнули со второго этажа, и мрак, который продолжался долго, окутал всё.

Это произошло, когда мне было всего восемнадцать лет. Я чувствую, как моё сердце начинает биться быстрее, когда я вспоминаю тот день.

Откинув мрак прошлого, я упорно следую за парнем, пока мы не подходим к самой отдаленной двери просторного второго этажа. Захар легким движением толкает дверь, и мы входим. Я чувствую, как внутри меня начинает просыпаться волнение, когда я осознаю, что мы на пороге новых открытий и приключений. Я готова к тому, чтобы узнать, что нас ждет за этой дверью.

Когда я вхожу в комнату, мне сразу бросается в глаза её просторность. В центре комнаты стоит огромная кровать, на которой можно было бы устроить целый пикник. Напротив кровати находится тумбочка, на которой гордо возвышается цветок. Осматриваюсь по сторонам и замечаю две двери, которые, казалось, ведут куда-то дальше.

— Вон та дверь ведет в светлую ванную комнату, а эта, — указывает Захар, — в гардеробную на противоположной стороне. Пока там ничего нет, но, думаю, скоро появится, — говорит парень, глядя на братьев.

— Ярослав и Демид привезут все необходимое, — отвечает Феликс.

— Хорошо, — я подхожу и сажусь на кровать, касаясь белоснежных простыней.

Когда-то я жила в такой комнате, где царили спокойствие и умиротворение. Но однажды в мою жизнь ворвались эти мужчины, и всё изменилось. Я больше не могла наслаждаться тишиной и покоем, которые раньше были моими верными спутниками. Теперь каждый день был наполнен беспокойством и тревогой.

41 глава

Лилия

— А вы тоже будете здесь жить? — спрашиваю Феликса и Давида.

Передо мной стоят мужчины, словно солдаты на параде. На их лицах нет ни тени эмоций, только бледность и напряжение. Они смотрят на меня, как на судью, который решит их судьбу. Не знают, что сказать, чтобы оправдаться или умилостивить меня. Они ждут моего слова, которое может быть для них последним.

— Думаю, теперь они будут часто приходить в этот дом, — усмехается Захар.

Из-за меня они оказались в этом месте, где их ждут лишь неприятности. Я снова стала причиной их бед, которые не могу исправить. Чувствую себя виноватой и беспомощной, не зная, как им помочь. Хочу избавить дорогих мне людей от этого кошмара, но не знаю, как.

— Мне бы хотелось остаться наедине, — говорю, резко вставая с кровати, мне необходимо как можно быстрее отделиться от всех.

— Конечно, — соглашается Феликс, отступая в сторону и забирая с собой Давида, который, судя по всему, хотел остаться в комнате.

— В ванной есть все необходимое для первого времени, — спокойно, без лишних эмоций, говорит Захар.

— Спасибо, — отвечаю я, улыбаясь ему вяло и устало, и жду, когда мужчины наконец исчезнут из комнаты.

Как только дверь захлопывается, я падаю на кровать, раскидывая руки в стороны. Закрываю глаза, наслаждаясь мягкостью и теплотой кровати. От нее исходит приятный аромат свежепостиранного белья, который смешивается с цветочным запахом кондиционера, разносящегося по комнате. Я чувствую, как все напряжение и усталость с меня сходят, и я погружаюсь в спокойствие и расслабление.