Виннипегская Cтена и я - Запата Марианна - Страница 25

И все же. Целых пять лет. Мало ли что случится за это время. С другой стороны, сама я не выплачу долг не то что за пять, но и за десять лет, даже если продам машину, избавлюсь от мобильного телефона, буду ездить только на автобусе и есть лапшу быстрого приготовления на завтрак, обед и ужин.

– Пять лет, – повторила я. – Ладно. Логично, да?

Я посмотрела на него, напоминая себе, что я все еще не сказала «да». Пока мы просто обсуждали.

– Да, это логично. Если я соберусь сказать «да», с чем я еще пока не определилась, так что попридержи коней. – Я готова была похлопать себя по плечу за то, что оставалась такой принципиальной и твердой.

Он посмотрел на меня спокойно, невозмутимо.

– Что еще тебя беспокоит?

Я фыркнула.

– Ну знаешь… все.

Эйден пристало смотрел на меня.

– Что все? Я выплачу твой долг и куплю тебе дом.

«Думай, Вэн, думай». Нельзя было соглашаться так легко. Во мне была доля самоуважения, и я еще не до конца простила его за то, каким козлом он был, несмотря на, скорее всего, манипулятивные и вынужденные извинения ранее. Моя гордость тоже имела цену, и мысль об этом заставила меня с трудом сглотнуть и встретиться взглядом с тем, кто так долго заставлял меня смотреть в другое место.

– А вдруг твоей карьере придет конец? – спросила я, хотя это и прозвучало так, будто меня заботили только его деньги. Но это была сделка, и я собиралась относиться к ней как к сделке.

Эйден еле заметно повел бровью.

– Ты знаешь, сколько у меня денег.

Это была правда.

– У меня все будет хорошо, даже если я сегодня брошу работать. И ты знаешь, что я не транжира, – заявил он чуть ли не оскорбленно. Я знала, что он хочет сказать: что он может расплатиться со мной и ему все равно хватит на безбедную жизнь.

– Я не буду опять твоей помощницей, – сказала я, глядя ему прямо в глаза, хотя это было очень-очень сложно. – Я усердно работала, чтобы полностью посвятить себя дизайну, и не собираюсь отказываться от этого.

Его широкая квадратная челюсть напряглась, и я могла с уверенностью сказать, что он сжал зубы, что вызвало у меня странное ощущение победы в груди.

– Ванесса…

– Я серьезно. Я не буду этого делать. Однажды мы уже работали вместе, и ничем хорошим это не закончилось. Я не хочу снова проходить через это. Я вообще не хочу ввязываться в эту историю, но от твоего предложения трудно отказаться, – объяснила я. – Не думай, что я пытаюсь воспользоваться тобой. Ты сам обратился ко мне с просьбой. Ты изо всех сил старался заставить меня согласиться. Я говорила тебе, что тысячи женщин во всем мире пойдут на это с большой охотой и не потребуют ничего взамен, – кроме секса, но я решила это не упоминать. – Я тебе не нужна. Весь мир в твоих руках. Я не знаю, понимаешь ли ты это.

Сказав это, я поняла, что я, возможно, самый глупый человек во всей вселенной. Самый глупый.

Часть меня ждала, что он пошлет меня, потому что это противоречило условиям сделки, и мне нужно было, чтобы он это понял. Если он скажет, что я, черт возьми, выжила из ума, тогда через двадцать лет я, скорее всего, смогу смириться с тем, что отклонила его предложение. Я планировала уволиться и двигаться к своей мечте; я не собиралась еще пять лет тащить на себе такой объем работы. Это не входило в мои планы. Я готова была пожертвовать многим, но не этим.

Сложив руки на коленях, я крепко сжала пальцы и постаралась сосредоточиться на ровном дыхании.

По всему было видно, что он расстроен. Даже очень. Но он не сказал мне ни да, ни нет. Мне уже нечего было терять, и я хотела, чтобы он понял: да, возможно, я веду себя немного стервозно, но не без причины. Эйден делал все что мог для осуществления своей мечты, а я делала все ради своей. Если кто и мог понять меня, так это он.

Я подняла руку и поправила дужку очков, заставляя себя не отводить взгляд. Я нервно облизнула губы и приподняла брови. Я сделала это, сказала то, что было нужно, и теперь мне оставалось лишь жить с последствиями до конца своей жизни, черт бы ее побрал.

Прошел, казалось, целый год, прежде чем Виннипегская Стена наконец вздохнул.

– Так что, ты согласен, что я не буду больше твоей помощницей? – спросила я, опустив локоть на стол.

Эйден серьезно и вымученно кивнул.

Я была не уверена, что мне испытывать – облегчение или разочарование, поэтому решила вернуться к бизнесу.

– Я не собираюсь сидеть в тюрьме из-за тебя, так что нам нужно все как следует продумать. Что мы скажем Заку?

Кстати, о Заке. Где он?

– Даже если я скажу ему, чтобы он съехал, он поймет, что что-то не так. Придется сказать ему. Нам нужны будут люди, которые подтвердят, что наш брак настоящий.

Действительно? Я кивнула, вспомнив о Диане, с которой я этим поделилась.

– Да. Мне пришлось рассказать подруге, иначе бы она что-нибудь заподозрила. Я могу больше никому не говорить.

Я уже думала об этом и была совершенно уверена, что я могла бы превратить попытку Эйдена вернуть меня в своего рода историю любви. По крайней мере, я на это надеялась. Мне было только на руку, что я мало с кем поддерживала близкие отношения, включая моего младшего брата, у которого была своя, весьма насыщенная жизнь.

Эйден понимающе кивнул.

– Но… как насчет всех остальных?

Всех остальных. В буквальном смысле. Всех остальных людей в мире. От одной мысли меня чуть не вырвало. Все идеи и надежды о возможности скрыть этот брак были смыты в унитаз, когда я вспомнила давнюю статью об Эйдене, когда его заметили за ужином с женщиной – женщиной, которая оказалась представителем компании и пыталась его поддержать. Ну и какая разница? – думала я в тот момент.

Но потом до меня дошло. Для некоторых людей это значило очень много. Многих людей заботила жизнь Эйдена Грейвса. Эйден не мог даже постричься, чтобы кто-нибудь тут же не написал об этом у себя на странице. В какой-то момент кто-то обязательно узнает о том, что мы поженились. Это невозможно будет скрыть.

От этой мысли мне стало плохо. Мне не нравилось даже то внимание, которое я получала, работая на Эйдена. Если мы поженимся, оно примет совершенно другие масштабы.

Мне пришлось сглотнуть, чтобы меня не затошнило.

– Мы могли бы держать все в тайне какое-то время, – начал Эйден. – Но рано или поздно кто-нибудь узнает. Мы поженимся без лишнего шума, а потом так же тихо разведемся. Моих фанатов касается лишь то, что происходит на поле. Остальное – не их дело.

Я проживу остаток своей жизни как бывшая жена Эйдена Грейвса.

Эта мысль была совершенно абсурдной. Мне захотелось засунуть голову между колен и начать тяжело дышать.

Вместо этого я заставила себя обдумать его слова, а затем кивнула. Они не были лишены здравого смысла. Конечно, кто-нибудь однажды узнает, но Эйден никогда не любил откровенничать даже со знакомыми людьми, не говоря уже о посторонних. Никто не удивится, что он решил сохранить свой брак в тайне.

– Мы не сможем подписать договор, в котором будет сказано, что я куплю тебе дом и выплачу твои долги. Но я надеюсь, ты достаточно доверяешь мне, чтобы положиться на мое слово. – Казалось, еще немного, и его темные глаза просверлят дыру в моей голове. – Я доверяю тебе достаточно, чтобы отказаться от брачного контракта.

Отказаться от брачного контракта? Эм…

– У меня не будет отношений, пока мы в браке, – внезапно продолжил Эйден. – И у тебя тоже.

Это заставило меня поднять глаза. Мой статус в отношениях не планировал меняться. У меня давно никого не было, и вряд ли кто-нибудь появился бы в ближайшее время, но мой разговор с Дианой мучил меня. Даже как фальшивая жена в фальшивом браке, я все равно не хотела выглядеть идиоткой.

– Ты уверен? Ты можешь встретить кого-то…

– Этого не будет, – отрезал Эйден. – За всю свою жизнь я любил только трех человек. Не планирую полюбить кого-то еще в ближайшие пять лет.

Он не договорил, что он находится в расцвете своей карьеры, но я слышала именно эти слова бесчисленное количество раз в прошлом.