Цветок вампира - аконит - Мокашь Лили - Страница 32

— Вампир, — сорвалось с моих губ, и боль прекратилась, стоило всем кусочкам пазла встать на свои места.

Обессиленно я припала к спинке стула, смотря перед собой. Взгляд не задерживался ни на чём конкретном. Мне нужна была передышка. Почему я забыла о странной дымке и последнем, что увидела в лесу? Помню, как следом кто-то позвал меня по имени. Каким был этот голос: мужским или женским? В моменте он показался мне знакомым и на мгновение я почувствовала облегчение, словно точно зная: спасение близко. Воспоминание о лесе обрывается на этом моменте. Невидимая сила подхватывает меня за ноги, придерживает спину, и я лечу. Перед глазами мелькают разноцветные линии, не позволяя увидеть ничего конкретного. Когда всё стихло, я обнаружила себя лежащей на мягкой софе в старинной усадьбе и увидела Эдуарда. В голове зародилось зерно сомнения.

В тот вечер я долго размышляла о произошедших событиях, позабыв о сне. Кто бы мог подумать, что одна выпавшая из памяти деталь, способна в корне изменить всё? Наутро я была уверена в одном: мне нужно поговорить со Смирновым.

Глава 5. Поиски правды

Костя ещё не вернулся, когда из телефона раздался звон будильника. Я лежала на постели, смотря в белоснежный потолок. Ночные размышления так увлекли меня, что я даже не стала переодеваться, вернувшись домой. Поднявшись с кровати и собравшись в школу, я позвонила отцу. Через несколько долгих гудков он поднял трубку:

— Алло.

— С добрый утром.

— Да уж, — устало отозвался Костя: — В общем, это он. Всё указывает на то, что ксертоньский маньяк покончил с собой. Предсмертная записка кажется весьма убедительной. Мы ещё разбираемся, но я почти уверен, что всё кончено. — он тяжело вздохнул, — У меня не получится вырваться или послать кого-то из ребят подвести тебя до школы. Здесь настоящий аврал. Ты можешь кого-нибудь попросить? Эдика там или ещё кого?

Идея казалась мне одновременно заманчивой и в то же время от неё тело пробирала дрожь. Наедине можно было пристать к Эдуарду с копящими внутри вопросами, вот только насколько я могла быть в безопасности, находясь рядом с ним? Оставалось только предполагать. Лучшее, что я могла сделать в сложившейся ситуации – это подстраховаться.

— Слушай, неудобно как-то. А ты не мог бы с ним созвониться и договорится? Я столько вчера Эдику наговорила, что, боюсь, он откажет.

— Это что ты ему наговорила?

— Да всякого, — уклончиво ответила я: — Ну так что? Сможешь?

Костя ответил не сразу. По ту сторону динамика доносился шум. В отделении было неспокойной.

— Дай мне пару минут.

— Ладно.

Отец повесил трубку. Я понимала, что Эдуард может отказаться. Оставался запасной план, в виде велосипеда, пусть он и не особо меня радовал. На улице казалось светлее, чем обычно. Выглянув в окно, я сразу поняла почему: на земле лежал тонкий слой снега. Должно быть, выпал ночью. Если я хотела успеть доехать в школу на велосипеде, выходить следовало ещё минут двадцать назад. Делать было нечего. Дожидаясь ответа от Кости, я пошла на кухню и поставила чайник. Пока закипала вода, я выудила из хлебницы пару кусков, а из холодильника сыр и масло. Сделав пару бутербродов, я достала из верхнего ящика открытую упаковку чая с бергамотом и заварила один пакетик в чашке. Сев за стол и включив телевизор, я позавтракала. Когда в кружке оставалось не так много чая, по входной двери кто-то трижды постучал.

Как странно. Кто будет стучать в дверь с глухой кожаной обивкой, когда на стене есть кнопка звонка? Задаваясь этим вопросом, я поднялась с места и пошла в коридор. Заглянув в дверной глазок, я увидела тёмный силуэт. Лица, видно, не было из-за перегоревшей лампы. Звонящий был низкого роста, со смешно топорщащимися в разные стороны волосами.

— Кто это?

— Привет, Ася! — дружелюбно отозвался тонкий голос: — Это Диана, сестра Эдика. Твой отец звонил. Просил Эда подбросить тебя до школы, но его сегодня не будет. Я вызвалась помочь. Можно войти?

Я дёрнула за щеколду и открыла дверь, пропуская Диану внутрь. Она стояла в длинном светлом пальто нараспашку, наброшенном на плечи и блестящих чёрных сапогах на тонкой шпильке, чуть компенсирующей миниатюрный рост девушки. На концах топорщащихся в разные стороны чёрных волос, с едва уловимым алым отливом, мерцали капли воды. Должно быть на улице продолжал идти мелкий снег.

— Ты уже собрана?— поинтересовалась Диана, взъерошивая рукой волосы.

— Минутку, — жестом я попросила Смирнову подождать, после чего быстро прошла в комнату, подхватила рюкзак с шарфом и вернулась в коридор. Сняв с крючка куртку, я поспешно попыталась надеть её, но от волнения путалась в рукавах. Диана пришла мне на помощь, придержав ткань у плеча. Стоило мне потянуть за молнию и поднять глаза, как я заметила неодобрительное выражение на лице Дианы.

— Точно так не замёрзнешь? Там минус и ветер довольно сильный.

— Мы же всё равно на машине.

— Да, но вдруг к вечеру тебе придётся возвращаться на автобусе или долго ждать Костю, — она пощупала куртку и на лице тут же появилось сильное недоумение. – Впрочем, я смогу тебя подвезти и обратно. Если ты будешь не против, конечно.

— Если тебе несложно, было бы здорово.

Салон ещё не успел остыть, когда я села на пассажирское сидение и пристегнула ремень. Казалось, на улице одним днём наступила зима. Мелкий снег продолжал падать за окном, серебрясь в свете неполной луны, которая из-за раннего часа, всё ещё прослеживалась на предрассветном небе, переливающимся золотистыми красками к линии горизонта, точно предвкушая восход.

Диана села на водительское сиденье и зубами потянула перчатку за край, чтобы снять. Освободив кисти от ткани, она завела мотор, а затем опустила ручник.

— Не хочешь пристегнуться? – напомнила я девушке, смотря на сосредоточенное лицо.

— Блин, — тихо отозвалась она и протянула ремень безопасности. – Всё время про него забываю.

— Не боишься, что остановятся?

Диана коротко хохотнула:

— И об этом тоже забываю. Очень редко вожу. Когда в целом приходится, думаю скорее только о том, как бы доехать из точки А в точку Б в целости, а остальное неважно. Вождение — это такой стресс. Вообще не понимаю, что другие люди в нём находят.

— Кому-то нравится скорость, а кому-то сам факт обладания большой страшной машиной, наверное, — я предалась вслух размышлениям. – У тебя все в семье уже водят?

Автомобиль медленно тронулся, и Диана выехала из двора.

— Машины? Артур нет.

Я успела подумать, что, должно быть, самый крупный и грозный из братьев оказался самым младшим, но продолжение фразы удивило меня:

— Он больше по мотоциклам.

— Ого, мотоциклам? Не заметила его в гараже.

— А его там и нет. Отец категорически против. Он считает, что Артур будет гонять по всей Ксертони как безумный и только привлечёт лишнее внимание к семье. Владимир очень старается сохранять положительное впечатление, но это не так уж и просто. Думаю, ты заметила, что к нам до сих пор относятся в городе, как к чужакам.

— Интересно ваша семья избегает лишнего внимания, превращаясь в туман и спасая девушек от похищения.

Руки Дианы сильнее сжали руль.

— Значит, ты всё же помнишь.

— Помню. И у меня накопилось за ночь довольно много вопросом.

Машина остановилась на светофоре. Я быстро узнала перекрёсток по рыцарскому магазину с лазурной дверью и огромной вывеске с иллюстрацией щуки.

— Верю. — понимающе отозвалась Диана и нажала на небольшой рычаг под рулём. Дворники на лобовом стекле пришли в движение, смахивая крошечные снежинки. Немного помолчав, она продолжила: — Ох не мне на них отвечать.

— Я планировала их задать твоему брату, вот только подбросить меня до школы приехала именно ты.

— Да уж, — невесело проговорила Смирнова: — Инициатива бывает наказуема.

Взгляд Дианы скользнул к приборной панели: