Моя (не) зависимость (СИ) - Истомина Аня - Страница 39

Потом Миша отстранился, пристально осмотрел мои глаза, застегнул на мне куртку, взял на руки и куда-то быстро понес. Я будто стоп-кадрами видела свет фонарей и лица людей в масках. Видела, как где-то далеко впереди мигают синие огни. Небо, казалось, начинало светлеть. Вдруг все картинки начали наслаиваться друг на друга и смешиваться в тошнотворную спираль, заставляя прикрыть глаза. Наступила звенящая тишина, в которой я слышала только хаотичные, бешеные удары собственного сердца.

Почувствовав боль в руке, я дёрнулась всем телом и вскрикнула от ужаса, не понимая, где нахожусь.

— Ебаный в рот! — испуганно вскрикнул мужчина в белом халате, отдергивая руки. — Ты себе вены так порвешь!

Он, поругиваясь, стал туго заматывать мне локоть бинтом, а затем начал осматривать кисть.

— Соня, — послышалось совсем близко.

Я повернула голову. Рядом со мной на носилках лежал Саша. Он хрипло дышал, но смотрел на меня осознанно и спокойно. — Все хорошо. Давай руку.

— Зачем, если я всего лишь приманка? — я отвернулась лицом к стенке кузова скорой помощи и тяжело сглотнула вновь подступающие слезы.

Кисть обожгло болью от иглы катетера, который фельдшер мне все таки не отчаялся поставить. Но я уже не реагировала на его манипуляции.

— Соня, ты с ума сошла? — почти прошептал Александр. — Я бы сейчас поорал, чтобы ты пришла в себя, но не могу. Какая приманка? Зачем ты слушала все то, что предназначалось маньяку? Что я должен был сказать? Что ты мне дорога? Чтобы он тебя первую подставил под пулю?

Я молчала, закусив губу и трясясь в беззвучных рыданиях.

— Соня, дай руку, — снова тихо попросил Саша.

Я, не оборачиваясь, все же протянула руку. Он крепко сжал мою кисть и стал трогать один из пальцев. Это ощущалось немного странно, поэтому я все же повернулась. В тот самый момент, Александр закончил и отпустил меня. Я поднесла руку к лицу и выдохнула с шумным всхлипом, потому что на безымянном пальце было надето кольцо с ослепительно-сияющим прозрачным камнем.

— Ты выйдешь за меня замуж?

— Да! — шепотом отозвалась я, не раздумывая ни секунды, перевела взгляд на Сашу, и больше не смогла вымолвить ни слова. Слезы душили.

52. Александр

Я поморщился, аккуратно ложась на диван рядом с моей девочкой. Грудь все еще ныла после удара пули. Заработал пневмоторакс, откачивали жидкость из легкого. Но я каждый раз благодарил судьбу, осознавая, что это ничтожная цена за жизнь моей любимой.

Соня крепко спала, разметавшись по дивану. Наверное, опять снились кошмары. Всю следующую неделю после покушения, она то и дело начинала внезапно плакать или замирала, глядя в одну точку. А ночью вскрикивала от страшных снов и подскакивала в кровати, дрожа как осиновый лист. Я как мог успокаивал ее. Был постоянно рядом, окружал заботой и отвлекал прогулками, когда мне стало легче.

Анжела строго-настрого мне запретила поднимать дома тему произошедшего и ежедневно общалась с Соней у себя в кабинете, успокаивая, что нужно время.

Я понимал, что психотерапия — вещь очень полезная, сам после смерти жены только через нее и вытащил себя из депрессии. Но, я-то мужик, мне легче все понять и принять. А как я могу помочь справиться маленькой хрупкой девочке с диагнозом "посттравматический синдром", не понимал. Вчера в голове возникла идея попросить помощи Ивана, и я рискнул попробовать. Он хоть и хирург, но побывал во многих передрягах и всякого насмотрелся. Друг внимательно выслушал просьбу и, даже ни разу не пошутив и не съязвив, обещал сегодня заехать в гости.

Было раннее утро, а меня уже какая-то неведомая сила подняла с кровати. Тихо выпив кофе, я снова решил лечь и, возможно, еще подремать, поэтому аккуратно приобнял Соню за талию и прижался щекой к ее изящной руке.

Из дремоты меня выдернул рывок Сони и уже потом звук звонка в дверь.

Малышка сидела, подтянув одеяло к груди и судорожно дышала.

— Иду, — крикнул я громко, а затем прижал возлюбленную за плечи и поцеловал в висок. — Это Ваня, скорее всего.

Иван прошел в квартиру, аккуратно обнял меня за плечи и заглянул в комнату.

— Привет, Соня. Я смотрю, ты переехала на новый диван? Это что, повышение? — последняя фраза адресовалась уже мне.

— Можно позже?

— Можно, но не нужно. Хозяюшка, сделаешь нам кофе? Посидим, поболтаем втроем.

Соня молча ушла на кухню, недоверчиво оглядываясь на нас.

— Рассказывай. Для начала, про маньяка. Ты, сучонок, находясь на больничном и клятвенно мне обещая даже пальцем не пошевелить, провернул-таки операцию? Словил две пули, чуть не угробил девочку и потом уже меня позвал?!

— Не так все было! — в комнату заглянула Соня, видимо, услышав грозный тон Ивана и решив заступиться за меня.

— А как? — он тут же с интересом переключился на нее.

— Психолог запретил с Соней это обсуждать, — попытался вмешаться я, пораженный попыткой моей крохи защитить меня.

— Мне психолог ничего не запрещал! — отрезал друг и встал, направляясь на кухню. — Если тебе нельзя, можешь в комнате остаться.

Я сжал челюсти и молча встал следом.

Соня продолжила делать бутерброды и спокойно все с самого начала рассказывала Ивану.

Я сидел и внимательно слушал.

— Соня, а кто вас напугал в клубе? — задал я давно терзавший меня вопрос. Получив ответ, я тяжело вздохнул и виновато посмотрел на нее. — Это был Алишер, администратор. У меня есть на него выходы и я… попросил его присмотреть за вашей компанией. Чтобы не обидел никто.

Соня мрачно посмотрела на меня, крепко сжимая нож в руке. Потом, немного успокоившись, она как ни в чем не бывало стала дальше нарезать колбасу и продолжила рассказ.

Иван внимательно слушал ее, иногда уточняя детали и получая спокойные ответы. Когда она рассказала все, что произошло, то устало села на стул и задумчиво посмотрела вдаль.

— Саша сказал, тебе снятся кошмары и ты часто плачешь, — сдал меня с потрохами друг, запихивая в рот бутерброд. — Что тебе снится? Из-за чего ты плачешь?

— Саша, — помедлив, ответила Соня, закусывая губу и мои брови взметнулись вверх. — Мне все время снится, что он умирает. Там, в лесу.

— То есть, тебе не снится, что над тобой издевается маньяк? Что насилует тебя? Что пистолет не стреляет? — уточнил Иван удивленно.

— Нет, — мотнула головой Соня и ее глаза наполнились слезами. — Саша обещал, что все будет хорошо, что они успеют спасти меня. И во снах все происходит точно так же… Только Саша…

Я вскочил из-за стола и сгреб ее в объятия.

— Я никогда не умру! Слышишь? Я обещаю тебе, что никогда не умру! Всегда буду рядом! Всю жизнь! Надоем ещё миллион раз!

— А ларчик просто открывался. Да, Сань? Ну, про отношения я уже спрашивать не буду, — отмахнулся Иван. — Одно могу сказать: наконец-то! На свадьбу позовешь?

— Если свидетелем пойдешь, — усмехнулся я, благодарно глядя на друга.

— Пусть это шантаж, но так уж и быть. Ладно, мне на работу пора, а вам поспать ещё можно. Сейчас я оставлю лекарство. Оно поможет расслабиться после этих событий. Оба пропейте курс. — Иван вышел в коридор, а когда вернулся, поставил на стол две бутылки виски. — По бокалу перед сном. Гарантирую эффект уже через неделю. Только дозировку не превышать и после курса перерыв.

— Доктор, можно, я буду ходить к вам на консультацию? — засмеялся я и обнял друга.

— Давно бы так. А то все астрологи, хуелоги, маточками подышать, колокольчиками позвенеть… Через два дня жду вас в гости. С хорошими новостями. Ну, и обсудим гарантии безопасности меня в роли свидетеля… на свадьбе.

Ваня ушел, а я лег на диван и притянул к себе Соню.

— Доктор сказал, спать.

Моя малышка вжалась мне в плечо и аккуратно посмотрела снизу вверх.

— Мне было очень страшно за тебя, Саша.

— Ты меня спасла, моя храбрая девочка. Теперь и со мной, и с тобой все будет хорошо.

Соня мерно дышала у меня на плече, обняв за талию. Я поглаживал ее хрупкую кисть, то и дело скользя пальцами по ободку кольца. На днях пойдем подавать заявление в ЗАГС… Потом свадьба… И будем жить долго и счастливо… Только нужно завершить еще кое-какие дела, чтобы быть окончательно спокойным за наше будущее.