Дым на солнце - Ахдие Рене - Страница 5

– Императорской семье потребуется, чтобы я выглядела такой же сильной, как они.

«Так же как и им это понадобится».

Потому что у Хаттори Марико был план.

И эта недовольная старая женщина уже подарила ей первую часть головоломки.

Бык и крыса

Между ними были сложные отношения.

Построенные на каркасе из ненависти, сложившиеся на фундаменте обмана. Отношения, корнем уходившие в интриги двух молодых матерей, которые воспитывали своих сыновей так, чтобы те разделили их взаимную неприязнь, пока сами женщины соперничали за внимание скучающего императора. Ждали, пока он одарит их своей благосклонностью.

Одна из матерей была хороша в этой игре, но она вступила в нее с явными и скрытыми преимуществами. Стройная сильфида, еще много лет назад покорившая сердце будущего императора. Женщина, коварство которой превосходило ее красоту. Колдунья с магией, текущей по ее венам. Она воплотила его мечты в реальность. Научила общаться с разными существами и собирать секреты в тенях. Женщина, показавшая ему, что такое любить и быть любимым. Канако, родившая первенца императора – Райдэна. Канако, которая была низведена на второе место в жизни императора, несмотря на господство в его сердце.

Другая женщина была навязана императору долгом и семьей. Она – со своим приданым в миллион коку – тяготила его, охотилась на него, уводя прочь от его истинной любви. Но он заставил ее заплатить за это. В течение многих лет императрица Гэнмэй правила лишь одиноким курятником хихикающих приспешниц, хотя ей и посчастливилось родить наследного принца, Року.

Эти две женщины воспитывали своих сыновей так, чтобы они возненавидели друг друга.

Но несмотря на все усилия их враждующих матерей, между сводными братьями образовалась неожиданная близость.

Весной на своем десятом году Райдэн сломал ногу, упав с лошади. Пока его рана заживала, малыш Року украдкой носил для него сладости, спрятанные в шелковом рукаве его кимоно. Затем – когда Року в одиннадцать лет заболел опасной для жизни болезнью – уже Райдэн сидел у его постели, рассказывая похабные истории, которых Року еще не понимал.

Но младший брат все равно смеялся над ними.

Их матери продолжали шептать им и хмуриться, глядя на то, как мальчики делятся улыбками, но два брата крепко привязались друг к другу, соединив себя прочной дружбой. То, что началось как осторожное детское доверие, со временем переросло в прочные узы. Но все равно те, кто нашептывал им, часто задавались вопросом, не придется ли сводным братьям столкнуться с настоящим испытанием их связи.

Противостояние силы и права.

Бык против крысы. Один – трудолюбивый, другой – сообразительный. Две стороны одной и той же незаконченной медали.

Этой ночью два сына императора Минамото Масару стояли рядом в луче света от потрескивающих факелов в самом низу замка Хэйан. Тот, что повыше, – старший брат – прислонился к каменной стене, его полированная броня отражала яркие языки пламени. Младший брат – пониже и похитрее – медленно вышагивал перед каменной лестницей, спускавшейся в темноту; его шелка казались чистыми и блестящими даже в самых темных уголках замка.

– Райдэн, – произнес новоиспеченный небесный повелитель Ва, замерев спиной к брату.

Райдэн насторожился и оттолкнулся от стены.

– Да, мой повелитель.

– Я знаю, что у тебя есть вопросы.

На лице старшего брата появилось задумчивое выражение.

– Больше опасения, чем вопросы.

– О, но ты забываешь: опасения – это удел неуверенных. – Року улыбнулся себе под нос, все еще стоя спиной к брату. – А вопросы для невоспитанных.

Холодный смех Райдэна прорезал тишину.

– Полагаю, я заслужил это. Отец был бы горд, услышав, что ты напоминаешь мне об этом.

– Хоть он и во многом ошибался, у нашего отца всегда было наготове резкое замечание. – Року развернулся, глядя на старшего брата. – Но я не заинтересован в том, чтобы кто-то открыто бросал вызов мне, брат. – В его тоне звучало предупреждение, черты лица застыли в напряжении.

Райдэн скрестил руки на груди, закаленная кожа нагрудника скрипнула от этого движения.

– Я тоже не хочу бросать тебе вызов. Я лишь желаю избавить тебя от волнений.

– Тогда перестань быть их причиной. – Гладкий лоб Року сморщился. – Наш отец погиб при сомнительных обстоятельствах, и очень важно, чтобы мы узнали, кто несет ответственность за его безвременную кончину. Если я не покажу свою силу сейчас – не смогу утвердить свою власть над всеми, кто наблюдает за мной, как совы на охоте, – это навсегда ляжет тенью на мое правление. Необходимы решительные действия, и я ожидаю, что ты подашь пример своим непоколебимым послушанием.

С прямой спиной и гордо поднятым подбородком Року направился к каменной лестнице, чтобы начать спуск. Взметнулась рука, останавливая его. Одна из немногих рук, которой еще разрешалось безнаказанно прикасаться к нему.

– Ты веришь, что этот мальчишка виновен в смерти отца? – спросил Райдэн.

Року не ответил. Просто стряхнул с плеча руку своего сводного брата.

– Это ниже твоего достоинства, Року, – мягко сказал Райдэн.

Молодой император изогнул бровь в немом предупреждении.

Улыбка озарила одну сторону лица Райдэна.

– Мой повелитель, – поправился он и склонился в поклоне.

– Для истинного лидера встретиться лицом к лицу с его врагом никогда не ниже его достоинства. – Року сделал еще один шаг вниз, и его брат поднял факел, освещая ему путь. Свет плясал по обитым деревом камням. – Я хочу посмотреть в лицо единственному сыну Такэды Сингэна и понять, что за кровь течет в его венах. Какой страх скрывается в его глазах. – Его улыбка была странно безмятежной, как лед, противостоящий завывающему ветру.

Райдэн спускался за ним, его попытки упорядочить слова и мысли были слишком очевидны.

– Если ты не веришь, что он виновен в смерти отца, зачем тебе что-то о нем знать? Просто прикончи его, и дело с концом.

– Я никогда не говорил, что считаю его невиновным, брат. Мальчишка вылез из своего укрытия через несколько дней после безвременной кончины императора.

– Совпадение. Мы вытащили его из леса.

– Я не верю в совпадения.

Мгновение прошло в тишине, прежде чем Року снова заговорил:

– Помнишь водный обелиск, который отец привез нам с запада, когда мы были маленькими?

– Механизм, показывающий время? Он сломался уже через два дня. Нас обоих наказали за это.

– Он не сломался. Я разобрал его.

Райдэн задумался на мгновение, прежде чем спросить:

– Ты хотел посмотреть, как он работает?

– Возможно. – Року взглянул на старшего брата. – Или, возможно, я хотел узнать, что у него внутри.

– Значит, тебе понравилось ломать его.

– Я никогда не был настолько инфантилен, брат, – тихо рассмеялся Року. – Мне легче контролировать что-то, когда оно разбито на части. Черный клан, сын Такэды Сингэна, любой враг, который увидит неудачи нашей семьи… – Его голос затих в пустоте, когда он сделал еще один шаг вниз.

Райдэн вздохнул, разочарование взяло верх над ним.

– Такэда Ранмару тебе не враг. Поверь моим словам: народные предания раздули репутацию мальчишки далеко за пределы разумного. – Его губы изогнулись в усмешке. – Большую часть этих десяти лет он прожил в лесу среди пьянчуг-простолюдинов. Он вор и бродяга. И ничего более.

Слова Року сорвались с губ, словно хлыст из тьмы:

– Этот бродяга – сын человека, который много лет препятствовал нашему отцу и бросал вызов нашей семье. Господин Сингэн возглавил последнее восстание на наших землях.

– Это не значит, что его сын тоже чего-то стоит. Я победил его, ни разу не направив на него меч. – Факел в правой руке Райдэна вспыхнул, когда мимо них пронесся порыв едкого ветра.

Не обратив на это внимания, Року продолжил с прежней спокойной улыбкой: