Проклятые сны (СИ) - Литвинова Анна - Страница 6

Внезапно ящер приоткрыл глаза и широко зевнул, издав неопределенный тихий звук. А затем, без предупреждения, дыхнул струей изумрудного пламени на полыхающие дрова, тут же взвившиеся ярким снопом разномастных иск до самого потолка…

А я отшатнулась от неожиданности, прикрыв глаза.

И громкий треск сломавшейся под толстой подошвой ботинка ветка прозвучала громче выстрела из охотничьего ружья.

В этот миг взгляд саламандры — настороженный и удивленный — встретился с моим, напуганным и обреченным.

А еще через секунду мембрана встала вертикально, обозначая, насколько меня не рады видеть. И струя так впечатлившего меня пламени ударила в то место, где я стояла ровно мгновение назад…

Глава 3

«Как научиться бегать по потолку и стенам без специальных приспособлений»

Если бы это сейчас был не сон, а реальность, то такое пособие я бы написала без труда. И пользовалось оно бы бешеной популярностью — такими трюками и кульбитами наверняка впечатлился бы даже Нерон, поставив мне все зачеты, испытания и экзамены автоматом до конца жизни.

Я неслась в так пугавшую меня недавно темноту бешеными скачками, петляя и опасаясь только одного — упасть. Потому что промедление даже на миг могло стать последним для меня в этой жизни.

Короткий шумный вдох и я пригибаюсь, оглушительно взвизгнув, когда зеленое ядерное дыхание проносится буквально в метре слева от меня. Саламандра, взбешенная до крайности живучестью незваной гостью, неуклюже бежит следом, цокая когтями по камням и порыкивая. И я прекрасно понимаю, что спасает меня только то, что достаточно узкий проход пещеры не позволяет распахнуть дракону крылья. Иначе мне пришел полный и неминуемый крындец в хорошо прожаренном варианте.

Рывок влево, и на этот раз везение снова оказывается на моей стороне — пламя ударяет в валун в трех шагах от меня, а жар, опаливший спину через куртку, заставляет шикнуть от неприятного ощущения. Но я даже и не думаю сбавлять шаг и оглядываться — и без того страшно до истерики, а звуки за спиной наглядно демонстрируют, что живой меня отпускать никто не собирается.

Ход пещеры постепенно сужается, что заставляет отчаянно шарить взглядом вокруг в поисках бокового ответвления, ямы или схрона, чтобы попытаться, если не убежать, то хотя бы спрятаться. В состоянии лютого стресса информация о саламандрах всплыла в голове сама по себе — нюх у них был из рук вон плохой, по запаху вряд ли найдет. Но как выиграть те самый необходимые несколько секунд форы?

Неловко задеваю плечом валун, не вписавшись в изогнувшийся проем, и тут же новая струя пламени освещает путь. Уже не визжу — экономлю дыхание. Несмотря на изнурительные постоянные тренировки ноги уже наливались тяжестью, а воздуха не хватало, отдаваясь тянущей болью в боку. Именно в эту секунду я, наконец, поверила Нерону, который говорил, что я не в лучшей форме. Что нужно быстрее, сильнее, выше, дольше. Господи, да если я отсюда выберусь живой и здоровой, то я буду тренироваться так, что из зала меня на руках выносить будут!

То, что это сон мелькало уже на грани сознания. Впрочем, остановиться я бы не рискнула. Кто может дать гарантию, что сердце не остановится от страха или жара, который, несмотря на вымышленность, ощущался чересчур горячим, обжигая кожу даже на расстоянии?

Как успеваю увидеть валун, держащийся на невысоком выступе «на честном слове» — не знаю. Похоже, что ангел-хранитель бежит рядом, давая указания. И я замедляюсь ровно на секунду, успевая отточенным ударом ноги сдвинуть камень с места. И тут же бегу дальше, молясь всем богам, чтобы сработало.

И грохот, раздавшийся за миг до пронзительного верещания, звучит победным маршем, давая мне уйти в такой необходимый сейчас отрыв.

Только я одного не учла.

Освещение, создаваемое струями огня, которыми так настырно плевалась в меня саламандра, тоже осталось далеко за спиной. Поэтому, пробежав наощупь и наудачу еще метров шестьдесят, я наткнулась на очередной выступ, больно ударившись плечом и оцарапав щеку. И тут же юркнула за него, присев на корточки. Стараясь дышать как можно тише, несмотря на нехватку воздуха и боль, разрывающую легкие. Это был самый жестокий забег с препятствиями в моей жизни. И мне дико хотелось, чтобы он уже, наконец, закончился.

Сердце бьется где-то в горле, а медленно приближающееся цоканье в полнейшей темноте держит в таком напряжении, что мышцы звенят натянутыми струнами, едва не лопаясь от малейшего движения.

Цок. Цок-цок-цок. Цок.

Саламандра приближается неумолимо, обшаривая каждый угол. И, если обоняние не было ее сильной стороной, то со зрением, судя по всему, проблем не наблюдалось никаких. Потому что огнем она больше не дышала. А я с трудом удерживалась от паники, которая подкатывала к горлу клубком, вереща полузадушенным фальцетом, что надо бежать. Куда? Да наплевать, главное подальше.

Но здравый смысл, точнее его остатки, успевали вклиниться с единственным разумным доводом — бежать нам некуда. То есть, может быть, и есть, куда, но… в полной темноте это самоубийство.

И сидеть здесь — тоже самоубийство. Но какое-то чуть менее самоубийственное. Такое, на тысячную долю процента.

Безумно хочется выглянуть и посмотреть за выступ. Но я не была уверена, что слишком хорошо скрыта, да и шелест одежды наверняка выдаст — тишина вокруг разбавлялась только редким цоканьем дракона, да его же дыханием.

Минута…еще одна…

Сижу уже с трудом, а от ужаса судорогой сводит внутренности. И я давно не представляю себя смелым и отважным воином, каким мнила себя на занятиях с Нероном. Сейчас мое состояние больше соответствовало обычной девчонке, которая до истерики хочет домой, к маме. И плевать на справедливость, мир во всем мире и борьбу со злом. Слишком страшным оказалось это самое зло. И смерть, оказывается, не какая-то там абстрактная, а вот она, под носом. Попахивает чем-то паленым… И цокает… и дышит…

Появление мерцающих изумрудных точек ровно напротив лица слишком внезапно, чтобы остаться спокойной.

И спустя миг, я оглушительно взвизгиваю, вымещая в этом звуке весь ужас, скопившийся за это время внутри. Даже саламандра отшатывается, оглушенная моим вокальным талантом.

Но это всего секунда, не больше.

Именно та, которая мне нужна, чтобы откатиться в сторону, предвидя следующее действие дракона.

Струя пламени ударяет в то место, где я сидела, быстрее, чем успела удалиться на необходимое расстояние. И от жара снова вскрикиваю, чувствуя, как пузырится кожа на левой кисти и щеке…

Представляя, как сейчас лежу в своей кровати.

Желая это всем своим существом. До слез. До истерики.

И в тот момент, когда следующая струя пламени почти ударила в спину, я с грохотом приземляюсь на пол, скатываясь с собственной постели. Тяжело дыша и не веря, что этот жуткий сон закончился…

Не меньше минуты мне потребовалось, чтобы поверить, что я действительно дома, а не в душной пещере. И еще минимум десять, чтобы полноценно отдышаться. В крови сплошной адреналин, мышцы подрагивали от пережитого стресса, а ребра выламывало так, словно я действительно бежала последние два часа, а не спала в уютной и такой родной постели.

Но в тот момент, когда черные круги под глазами от нехватки воздуха сменяются привычным видом стен и потолка собственного жилища, я все еще не «отошла». Впрочем, от неудобной позы на твердых досках пола у меня начали затекать копчик и бедро, поэтому, тяжело вздохнув, я перемещаюсь на кровать. Но опускаюсь на мягкий матрац уже со стоном…

У меня болит все тело, абсолютно. Ощущение, что каждая клеточка требует отдыха и покоя, даже кожа местами словно саднит. Внимательно осматриваю себя, не в силах бороться с накатившими внезапно подозрениями. Даже слишком внимательно…

Но на мне все те же маечка с трусиками, в которых я легла спать всего несколько часов назад. Кожа абсолютно чистая и здоровая — даже намека на покраснение нет нигде. Ну, кроме правого бедра — но на него я приземлилась, падая с кровати, так что это не считалось. Волосы, если не обращать внимание на крайнюю степень растрепанности, тоже были в порядке.