Нянечка для соседей (ЛП) - Голд Лили - Страница 37

Сайрус ухмыляется.

— Это клуб, Бетти. Люди трахаются в клубах. Господи, Тони, наверное, прямо сейчас дает отсасывать твоему другу в туалете. — Он запирает за нами дверь, затем толкает меня вперед, вдавливая в стол. Я сажусь на него, сбрасывая каблуки, и он смотрит на розовый лак, сверкающий на моих ногтях. — Ты, — говорит он, — такая милая.

Я хмурюсь. Я не хочу быть милой сейчас.

Я хочу быть сексуальной.

Сайрус подходит ближе, становясь между моих ног.

— Тебе понравилось представление? — бормочет он, кладя руки мне на колени.

— Боже, да. — Мне становится тяжело дышать, когда он проводит ладонями по моим бедрам, слегка сжимая их. — Особенно мне понравился эпизод, где ты… ах. — Я показываю на его промежность, неистово краснея.

Он хмурится.

— Где я что?

— Ну… ты знаешь. — Я смутно изображаю потирающее движение.

До сих пор не могу поверить, что он действительно заставил меня прикоснуться к его члену во время выступления. Конечно, я трогала его через боксеры, но все же. Мой желудок переворачивается, когда я вспоминаю, как его сильные пальцы водили моей рукой по ткани. Жар от его стояка под моей ладонью.

Я сжимаю руки по бокам.

Он невинно моргает.

— Понятия не имею, что ты имеешь в виду. Извини.

Я прищуриваю глаза.

— Это твоя рутина.

— У меня очень плохая память. Можешь показать?

Закатив глаза, я подаюсь вперед и прижимаю руку к выпуклости его промежности, медленно поглаживая ее через брюки. Из его груди вырывается низкое удовлетворенное урчание. Он закрывает глаза, в то время как я сжимаю его член.

— Я рад, что тебе понравилось, — бормочет он, поднимая юбку моего платья и прижимаясь еще ближе. Его твердый член толкается между моих ног, и мои глаза трепещут. Горячие губы касаются моего уха. — Но боюсь, ты не успела увидеть все.

— Что? — задыхаюсь я, мой голос смущенно хриплый.

Он наклоняется вперед и проводит линию своим языком вдоль моего горла.

— Есть одно движение, которое я сегодня не показал, — объясняет он, проводя руками по моим бедрам, просовывая их под платье. Я неловко ерзаю, когда его мягкие пальцы проводят по кружеву моего нижнего белья. — Я не хотел, чтобы кто-нибудь увидел это. — Он засовывает пальцы в мои трусики, дразняще стягивая их. Я поднимаю бедра, и он стягивает их прямо с моих ног, комкает в руке, а затем зарывается в них лицом. Я охаю. Это самая сексуальная вещь, которую я когда-либо видела.

Он сжимает трусики в руках и засовывает их в карман, а затем обхватывает меня своими крепкими руками, притягивая к себе.

— Покажи мне его, — задыхаюсь я. — Это движение.

Он ухмыляется, прикусывает мою нижнюю губу, а затем одним быстрым движением поднимает меня со стола, опрокидывая вверх ногами. Я задыхаюсь, поскольку комната начинает вращаться, а кровь приливает к голове.

— Что…

Он подбрасывает меня вверх, зажимая мои бедра вокруг своей головы, и я оказываюсь лицом к лицу с выпуклостью в его брюках. Мои ноги сжимаются вокруг его горла, и он стонет. Я чувствую его горячее дыхание на внутренней стороне моих бедер, и меня пронзает шок. Это невозможно. Ведь так?

— Сай… — начинаю я.

Он зарывается лицом в мой мокрый, пульсирующий вход и начинает яростно пожирать меня. Я удивлена, что крик, вырвавшийся из моего рта, не заставил никого из охраны бежать на наши поиски. Все мое тело извивается, раскачиваясь на плечах Сайруса, как маятник. Я не могу ничего с этим поделать; я не могу оставаться неподвижной. То, как он пожирает меня, чертовски сексуально. Он сосет, лижет, дует горячим воздухом на меня. Его щеки трутся о меня, словно он пытается зарыться в мои жаркие, мокрые складки. Я чувствую легкое давление зубов на мой клитор и практически теряю сознание. Не могу поверить, что он удерживает меня таким образом. Это как в поза 69, только стоя и у меня совершенно нет сил на то, чтобы отсосать ему, вися вверх ногами, словно человек-паук. Не то чтобы он выглядел обеспокоенным. Он полностью поглощен своим делом.

Первый импульс приближающейся кульминации пронзает меня, сотрясая тело. Я подаюсь вперед, хватаясь за полку перед собой, и едва успеваю принять горизонтальное положение, как его язык начинает входить в меня, вылизывая меня. Его влажный язык ощущается невыносимо приятно. Он стонет во мне, грубые, грохочущие звуки, отдаются вибрацией в моих набухших, чувствительных тканях. Я всхлипываю, мои ноги горят, руки трясутся, и наконец кульминация обрушивается на меня оглушительной волной. Возможно, это из-за позы — вися наверх ногами, кровь стучит в голове — но зрение гаснет, а жаркие спазмы удушающего наслаждения сотрясают меня снова и снова, в то время как мое тело скручивается, извивается и трясется. Сайрус не останавливается. Он усердно сосет меня до тех пор, пока я не чувствую, как давление в моем животе снова нарастает, даже резче и сильнее, чем в первый раз. Я кончаю в очередной раз почти сразу же, отчаянно задыхаясь, и цепляясь за полку, в то время как моя голова кружится, а мышцы вибрируют. Я никогда не испытывала ничего столь сильного. Слезы застилают мои глаза, капая на каменный пол. Меня трясет так, будто каждый нерв в моем теле сдавлен. Наслаждение проносится сквозь меня, обжигая словно лесной пожар, до тех пор, пока я едва могу вспомнить собственное имя.

В конце концов, оргазм стихает, и я чувствую, как мир переворачивается, и меня снова переворачивают на ноги. Сайрус нежно прижимает меня к себе, и я цепляюсь за него, словно маленькая коала, обхватив его бедра ногами и уткнувшись мокрым лицом в изгиб его шеи. Слезы стекают по его потной, липкой от масла коже. Он гладит меня по спине, пока я медленно возвращаюсь на землю.

— Срань господня, — шиплю я ему в шею. Он смеется, ловя мои губы для глубокого поцелуя. Я чувствую на нем свой вкус, мускусный и резкий. Он стонет мне в рот, когда я посасываю его язык, и я смещаю свой вес, чувствуя, как эрекция упирается в мою задницу. Он твердый как камень.

— Презерватив, — приказываю я, и он достает один из кармана и, смеясь, передает мне.

— Я не продержусь долго, дорогая.

— Да? — Я разрываю упаковку. — Снимай штаны.

Поддерживая меня одной рукой, он делает, как я говорю, легко снимая брюки и боксеры, пока я цепляюсь за него.

— Когда ты вот так извиваешься на мне? — рычит он. — Тебе повезло, что я не кончил тебе на лицо.

— Мне бы это понравилось, — честно говорю я, и он стонет, прижимаясь своим горячим лбом к моему. — Хотя не уверена, что это понравилось бы уборщикам.

С впечатляющей ловкостью мне удается дотянуться до него и надеть презерватив. Он вздрагивает от прикосновения. Он настолько тверд, что выглядит почти болезненно; его член покраснел и налился кровью, а яйца выглядят набухшими и тяжелыми. Едва я отдергиваю руку, он прижимает меня к стене, холодный камень охлаждает мою голую спину, и одним мощным толчком входит в меня. Мой рот открывается в немом стоне, когда он начинает погружаться в меня, задавая убийственный темп, от которого у меня слезятся глаза и сжимаются мышцы. Мои ногти впиваются в его спину так сильно, что, вероятно, делает больно, но ему, кажется, все равно. Он отчаянно ищет разрядки; я чувствую это по его бешеным толчкам и ритмичным ворчаниям. Наша кожа соприкасается, когда он вбивает меня в стену. Мои бедра дергаются, и он поднимает меня еще выше, а затем раздвигает мои бедра и врезается в чувствительную точку глубоко внутри меня.

Мои глаза широко раскрываются, и я задыхаюсь, чувствуя, как искры пробегают по моему телу.

— Боже, блять, Сай. Я близко. — Я чувствую, как мой третий оргазм приближается, становясь все сильнее и сильнее с каждым толчком, и я впиваюсь ногтями в его спину, отчаянно пытаясь дотянуться до него. Я уже вижу признаки того, что он начинает терять контроль над собой. Его ноги и руки дрожат, а сердце бешено бьется рядом с моим. Пот катится с его виска, стекая по лицу, и я наклоняюсь вперед, чтобы слизать его. Видимо, этого достаточно, чтобы заставить его переступить черту.