Первопричина: Лагерь смерти (СИ) - Соболь Артём - Страница 84

— Да… Я не вижу смысла в войне. Я…

Хватаю офицера и засовываю его в топку. Поворачиваюсь к кочегарам и охреневшему машинисту: — Когда прибудем? Да открой ты рот.

— Через час, — стонет машинист. — Если разогнать то раньше.

— Не, так и едем. А зубы? Больно? Больно, по глазам вижу. Одно неверное движение и будет ещё больнее. Если не хочешь последовать за командиром, дёргаться не станешь. Понял?

Все всё поняли. Все работают, на меня стараются не смотреть. Вскоре, в отсек забираются Роза и Белка. Обсуждаем план, вносим коррективы. После чего более подробно допрашиваем машиниста и отправляем его в топку. Кочегаров убивает Белка.

— Не рано? Кто поезд поведёт?

— Мы, Роза, мы. Больше кислорода в топку. Я пока снаряды подготовлю.

Роза вытягивает руки, силой мысли открываю топку, после чего девушка нагоняет туда кислород. Паровоз от такого бесится и заметно прибавляет скорости. Сам же прикладываю руки к корпусу и тянусь к снарядам. От чего прихожу к выводу, что подрывать их придётся вручную. Снаряды готовы, внутри какая-то пакость из «Первопричины.» Но вот взрыватели… Им для подрыва нужен удар и это не есть хорошо. Потому что если свалить, дотянуться будет увы нереально. А это значит… Это значит придётся ехать до передовой, что опасно. Но… Раз уж начал — побеждай.

— Белка, Роза, нам придётся ехать, до конечной. Поэтому… Ветрова, как скажу убираешься отсюда и держишься повыше. Белка, ты со мной. Устроим вакханалию, ты это умеешь. Начали.

Лопатой забрасываю в топку уголь, Роза выдаёт кислород чем выводит котлы на критический уровень. Белка нервничает, но при этом начинает злиться.

— А это обязательно? — спрашивает Катя. — Может раскочегарим и на этом хватит? Ты же не остановишься?

— Не-а… Так, мы близко. Роза, уходи. Белка, на крышу. Шустрее.

Забираемся на крышу, Роза поднимается как можно выше. Сижу, смотрю и да… Мы на передовой. Впереди немецкие тылы. Они видны и впечатляют. Техника, склады, казармы. Наверняка народу здесь…

— Белка, — прижав руки к крыше улыбаюсь. — Я люблю тебя.

— Псих! Я тебе тоже. Устроим им!

Ещё пять минут, и мы почти на месте. Проскочивший станцию поезд вызывает переполох, солдаты начинают бегать. Всё вокруг приходит в движение…

Дожидаюсь когда доедем до казарм, концентрируюсь, сосредотачиваюсь, ослабляю сцепки… Смотрю на цистерны и делаю в них множество отверстий. Стиснув зубы от напряжения сдавливаю, оборачиваюсь и вижу как из них метров на десять хлещет дымящаяся зелёная жидкость. Подключается Роза, порывами ветра подхватывает струи и разносит дальше.

Немцам такой расклад не нравится. На кого попадает, тот сразу падает и корчится. Что дальше рассмотреть не успеваю, отцепляю цистерны и сосредотачиваюсь на снарядах. Подрываю их… Два последних грузовых вагона разворачивает как цветы. Из них валят облака густого зелёного дыма. Обрываю сцепку, толкаю отстающую часть состава на бок. Отцепившиеся вагоны заваливаются и перепахивая землю едут на боку.

Отцепляю ещё два, подрываю в них снаряды, но уронить даже не пытаюсь, слишком тяжело. Переключаюсь на последние, два, но с ними действую по-другому. Скрываю с вагонов крыши и со всей силы подкидываю снаряды вверх. Как только взлетают, подрываю их, задерживаю дыхание и клиню паровозу всё что только можно. Киваю Белке и прыгаю с поезда.

Прокатываюсь по земле… То есть кувыркаясь качусь и подпрыгиваю. Останавливаюсь путём впечатывания лицом в ни в чём не повинный грузовик. Вытаскиваю голову из радиатора, поправляю съехавшую на бок маску и улыбаясь созерцаю страшную картину.

Взбесившийся паровоз взрывается и сходит с путей.

Роза не спит, работает как надо и даже лучше. Создавая потоки воздуха, она прижимает газ к земле, чем накрывает огромную территорию. Солдаты… Надышавшись газа, они ползают, блюют и кашляя кровью пытаются сорвать с себя одежду. Открытые участки тела покрываются зелёными пузырями и кровоточащими язвами. Те кто успевает надеть противогазы, даже куда-то стрелять пытаются. Вот только куда, они и сами не понимают.

— Жалкое зрелище, — медленно поворачиваясь выдыхаю. — Непобедимая армия! Настолько непобедимая, что сейчас напоминает… Пожар в борделе во время наводнения. А где пожар?

Закрыв глаза глубоко вдыхаю, нахожу газ довольно приятным на вкус и даже слегка поднимающим настроение. На «Первопричине» же. Мне самое оно и сил добавит. А кому-то окончательно настроение испортит. Ха!

То же время. Роза Ветрова.

Стараясь не надышаться этой дряни, держусь повыше и держу газ над позициями. Расширяю и постепенно двигаю левее, дабы потравить как можно больше солдат. Что очень сложно, потому как по таким площадям ещё никогда не работала. А вот…

— Союз не рушимый, республик свободных! — завывает внизу Влад. — За Сталина!

— Ты что творишь?

Влад или не слышит, или не хочет слышать. На мой окрик не реагирует. Вместо этого, в радиусе двухсот метров, вверх поднимается всё оружие. Поднимается, взводится…

— Скидыщь! — восклицает Влад.

Оглушительный залп, душераздирающие крики и вакханалия принимает совсем страшные очертания. Летающее в воздухе оружие, хоть и беспорядочно стреляет, заставляет солдат пачками падать.

— Влад, не перенапрягайся!

— Я аккуратно! — кричит он. — Белка…

Белку два раза звать не приходится, она уже там и откровенно издевается над солдатами. То есть, сжигая разрядами пробегающих мимо, медленно идёт к одному, особо напуганному.

Солдатик судорожно перезаряжаясь стреляет в неё. Однако… Пули проходят сквозь тело Белки. Отверстия от них искрясь зарастают. Она приближается…

Солдатик упав на колени начинает шептать молитвы. Закрывает руками стёкла противогаза, но на Белку это не действует. Схватив его, Катя подаёт напряжение и глядя как солдатик выгорает изнутри криво улыбается.

Жестоко… Но то что с ней делали немецкие солдаты… Это развязывает ей руки. И мне тоже. Со мной поступили немногим лучше.

— Всех убью!

Собираюсь, концентрируюсь и… И резкие порывы ветра валят бегающих солдат на землю. Срывают с них противогазы, далее потоки воздуха с газом проникают в лёгкие. В таких объёмах что они лопаются.

Белка бесится, не переставая бьёт врагов молниями. Влад нисколько ей не уступает. Впав в ярость, которая физически ощущается, он запускает в них оружие чем пробивает насквозь.

Сплющивает им каски вместе с головами. Подошедших ближе хватает и ломает через колено. После разрывает на части и бросает их в визжащих от ужаса солдат. Ужас…

Десятки, сотни обезображенных трупов, внутренности и части тел ковром покрывают огромную площадь. Кровь рекой льётся по мёрзлой земле и собирается в лужи. И тут…

— Роза, ветер. Ветер на запад и уходим, — кричит Влад.

Тут же срывается с места, хватает разошедшуюся Белку и с невероятной скоростью убегает к путям.

Пойдёт по железной дороге. Тогда не потеряю. Но… Ладно.