Первопричина: Лагерь смерти (СИ) - Соболь Артём - Страница 92

— Надо кое-что уточнить.

Безумец… Но безумец замечательный! Влад прав, он гений. Мне даже легче от этого. От мыслей что такой самоубийственный план может выгореть.

Лазарев сразу берётся за дело. Кривляясь и дурачась, выращивает на себе кристаллы, формирует их в нечто похожее на аналог брони, зовёт Маришку и просит выстрелить в него. Как только едва живая Маришка поднимает пистолет, Лазарев визжа как девчонка убегает. Возвращается, извиняется, поднимает руки, но снова размахивая руками и визжа убегает. В итоге кристаллы осыпаются с него и собираются на полу. Лазарев прячется за угол, хихикающая Маришка стреляет и вся конструкция Лазарева рассыпается.

С шутками, явно наигранными укорами и проклятиями в свой адрес, Сергей создаёт всё новые и новые образцы кристаллов и так до тех пор, пока пуля не отскакивает.

Тогда… Тогда он приволакивает контейнер, привязывает его к себе и…

— Ну всё, я пошёл, — выращивая на себе фиолетовые кристаллы и создавая из них грубые доспехи вздыхает Сергей. — Ух, ща как нагну фрицев. Ща как выйду! Они у меня левой пяткой по сто раз перекрестятся. Всё, ушёл. Если через час не вернусь, подождите ещё.

— Сергей, спасибо.

— Госпожа, — неуклюже кланяется Лазарев. — Вам спасибо. Те знания, что вы мне передали… Мне с вами никогда не рассчитаться. Ну…

— Эх, я буду жалеть об этом, — качая головой говорю. — Но… Держись!

Секунда темноты, страшная боль во всём теле, невероятная слабость. Слегка ослабляю щит и отправляю Лазарева на поверхность. Где, как я с трудом, но вижу, он падает в снег, чертыхаясь поднимается и тут же…

— Всем привет, — театрально кланяется он охреневшим от такого поворота солдатам. — А я тут… Ребята, сам я не местный и тут вот такое дело.

Слушая бредни Лазарева и созерцая вытянутые лица солдат, понимаю что влияние на меня почти полностью пропало. Хотя до Влада всё ещё не докричаться… А Лазарев на самом деле гений. Кривляясь и строя из себя дурака, он успевает распылять вокруг себя мельчайшую пыль арданиума. Которую солдаты, банально вдыхают.

Лазарев же жалуется на жизнь, говорит что ему не дают спокойно работать и требует встречи с руководством лагеря. Резко замирает, снова поднимает руки и вдруг хлопает в ладоши. Окружившие его солдаты начинают кашлять, падают, харкая кровью кашляют. И тут, грудь каждого разрывают быстрорастущие кристаллы.

Остальные отшатываются и открывают огонь. На вышках вспыхивают прожекторы, на столбах воют сирены. Из казарм валят солдаты и тут же присоединяются к расстрелу. Что у них получается. От лазарева отваливаются кристаллы, сам он рыча падает на колени, пытаясь зацепить солдат машет руками. Но под плотным огнём ничего сделать не может. Или просто теряется от страха.

На площади появляется спецназ. Разгоняя солдат они окружают Лазарева, наводят странного вида оружие как вдруг… Лазарев резко встаёт, прыгает вперёд, и ломает спецназовца пополам. Превращает руки в шипы и пронзает второго. Начинается стрельба, канонадой грохочут выстрелы. Взрывается граната. Вверх вылетает светящийся кристалл, ярко вспыхивает и ослепительной фиолетовой вспышкой взрывается. С такой силой, что солдаты попадают. Протирая глаза встают, но вместо кристаллического чудовища, видят небольшую, теряющую цвет груду осколков. Лазарева нет. Радиус моего зрения снова сужается. Найти Лазарева не получается.

— Ну и сколько ты ещё протянешь? — звучит в голове ехидный женский голос.

— До тех пор, пока Влад не вернётся а когда вернётся, я с тебя шкуру спущу. Гнида.

— Аха-ха-ха, какая воля. Но, это зря. Хотя ты знаешь, держись. Я всё равно измотаю тебя, Серафина, а потом… О, что будет потом, я тебе не скажу, но намекну. Стул обшитый твоей кожей… Хочу себе такой же. Снимать буду медленно, осторожно. Маришке и Белке передай что я пущу их по солдатам. Скоро увидимся.

— Вот же мразь… Влад. Надеюсь ты это увидел.

Глава 39

В пятнадцати километрах на север от лагеря. Влад.

Кружим по лесу. Выписываем ровные как по циркулю круги. Ни назад уйти, ни приблизиться не можем. Намотали уже хрен знает сколько, а толку никакого.

— Меня всё это задолбало, — спускается сверху Роза. — Я вижу грёбаный лагерь, я лечу к нему. И тут же понимаю что лечу в другую сторону. Что это за хрень такая?

— Слабенькое проклятие. Мы честно своровали его у лесных духов. Так они отводили глаза любопытным или просто игрались с грибниками или лесорубами. Я лишь чуть-чуть доработал его.

— Молодец, — показывает большой палец Роза. — Хорошо доработал. Делать что будем? Там наши сёстры, на них наверняка эти твари нападают.

— Пока будем думать, — сажусь на снег и закуриваю. — А что ещё? Продолжим летать и бегать кругами? Или…

Договорить не успеваю, высоко в небе взрывается нечто фиолетовое и разбрасывая искры медленно падает. Через ветви плохо видно, но Роза мгновенно взлетает, смотрит…

— Чем нам это поможет? Рискуют собой, а мы… Да знаем мы куда идти, просто не можем. Проклятие… Так. Роза, ты направление запомнила?

— Спрашиваешь. А что?

— Как ты управляешь воздухом?

— Так же как ты железом.

— Нда, исчерпывающий ответ. Слушай. У меня вариант решения данной проблемы. Проклятие, может быть немного не таким и нас банально водят по кругу. С каким-то интересом. Не суть… Если водят, значит видят, а значит мы можем ослепить их. Рая, взлетай повыше и держись рядом с Ветровой. Роза, поднимай пургу и во все глаза смотри

— Куда смотреть?

— На меня, — превращая руку в лезвие улыбаюсь ей. — Я буду лес валить. А ты смотри чтоб я не сворачивал. Пусть криво-косо, но нам надо дойти до лагеря.

— А пурга зачем? — поднимает руку Раиска.

— Чтобы тот кто смотрит на нас, немного охренел. Держись рядом с сестрой и из вида её не теряй. Роза, ветер в сторону лагеря. Начинаем.

Роза раскинув руки взлетает и создаёт едва не сносящий с ног ветер. Подхожу к дереву, взмахом руки срубаю. Могучая берёзина, тут же падает. Прохожу вдоль ствола, срубаю вторую и повторяю действия. Сам же понимаю что продвигаться таким образом мы будем очень долго. Но выхода нет, проклятие хоть и слабенькое, но снять его… Увы, я не в форме и проклятия мне не поддаются. Хотя, будучи тёмным духом, я вообще не понимаю как подцепил его. Ладно, впереди пятнадцать километров.

— Влад! — заглушая порывы ветра кричит Роза. — Кому-то не нравятся наши фокусы. Я их слышу, они злятся. Мы для них почти невидимы.

— Отлично.

— Долго я так не смогу, — выдаёт Роза. — Они давят сильнее.

— Да блин… Скажешь как устанешь.

Двигаюсь быстрее. На ходу валю деревья. Подскочив к очередному замахиваюсь, но тут… Снег фонтаном взлетает вверх. Земля поднимается холмом и прямо передо мной выплёвывает чумазое нечто.