Два мира (СИ) - Василёв Виктор - Страница 22

Почему все улыбаются, когда я говорю о своей слабости?! Что в этом смешного?!

– Я поняла, владыка. Вижу, тебя что-то беспокоит.

– Баронесса де Ратуа. У нее оказался глас короля. Это огромная сила, и она…

– Я знаю о чем ты думаешь, – Ольга усмехнулась. – Вымя дает власть, но не такую. Ситуация с фавориткой принца сложная.

Ольга сделала паузу, чтобы собраться с мыслями, потом продолжила:

– Они из захудалого рода целителей. Карл приметил ее на первом курсе университета, быстро приблизил. Женщин он любит, а они обожают его силу и положение. Жену он не обделяет вниманием, фавориток меняет раз в несколько месяцев, но де Ратуа с ним уже несколько лет, он не спешит отправлять ее в отставку.

– То есть у него есть жена, постоянная фаворитка и очередь девиц у его спальни? А когда он управляет государством?

Ольга рассмеялась.

– Хороший вопрос. Но такие разговоры опасно вести. Честно говоря, никто никогда не воспринимал ее всерьез. Да, она придворный целитель и ментальный маг, периодически она вспоминает об этом. В основном, работает она другим даром, вернее, дарами.

«Никакой женской зависти в голосе! Совсем никакой!» – прокомментировал Янус. Правда, мне кажется, Ольга завидовала не столько бюсту, сколько возможностям.

– Но вчера оказалось, что власти у нее гораздо больше, чем у многих сановников.

– Верно. Это неожиданно и крайне неприятно. Допускаю, что она может сильно влиять на Карла, но непонятно зачем она раскрыла это. Да и еще в такой ситуации.

– Она сказала, что у нее есть на меня планы, и она поделится ими после войны. Скуратовы были моим экзаменом, она сочла меня пригодной. Мне все это крайне не нравится.

Лицо Ольге закаменело.

– Это очень странно, Маркус. Очевидно, мы ничего не самом деле не знаем о баронессе, но я не вижу причин, чтобы она так сильно интересовалась тобой. От этого несет за милю дерьмом.

– Полностью согласен.

Ольга вздохнула.

– Я наведу справки. Осторожно. Но вряд ли что-то узнаю. Кто-то еще знает об этом?

– Пока я ни с кем этим не делился.

– И не стоит. Все это слишком странно. Пусть это все останется между нами, по крайней мере, пока я не выясню подробности.

Я медленно кивнул. Ольга потянулась к сумочке, потом демонстративно медленно вытащила из нее складной нож.

– Знаю, что тебе нравятся такие штучки. Считай это подарком.

Я аккуратно вытащил клинок. Небольшой, удобная рукоятка. И есть встроенный накопитель.

– Кровавый эфир?

– Да, здесь немного, но хватит на завесу. У тебя врожденный иммунитет, усиленный визитами в казармы мертвого легиона. Тебя это не заденет, а половину магов вырубит. Используй, чтобы сбежать.

«Или для некромантии, Кадавер», – закончил я за нее.

– Я за это не окажусь…

– Не беспокойся, он из королевских поставок, все законно, - Ольга странно улыбнулась. – Если ты забыл, хранение не наказывается, только добыча. Иначе мы посадили бы половину благородных.

– Благодарю.

– Не стоит, Маркус, твои дары гораздо щедрее, – Ольга встала и неожиданно поклонилась. – До скорой встречи, владыка.

Глава 8. Покровитель

Особняк Даламара был выстроен в типичном для столицы «замковом» стиле. Маленькая крепость с налетом роскоши и небольшими архитектурными излишествами. Магическая защита, естественно, уступала королевскому дворцу и поместью Адриана, но тоже впечатляла.

Услужливый лакей встретил меня у ограды и проводил в кабинет хозяина.

Генерал Сомлин сидел за огромным дубовым столом, погребенным бумагами.

– Маркус, рад тебя видеть, присаживайся, нас ждет долгий разговор.

Повинуясь жесту, я сел на небольшой угловой диванчик, спустя несколько минут Даламар расположился в кресле напротив.

Сейчас нас разделяло лишь несколько эллов и столик, который сервировали слуги. Когда они вышли, Даламар со странной интонацией произнес:

– Не думал, что тебя так заинтересует эта картина.

На самом деле я сосредоточился на портрете, чтобы лишний раз не смотреть на белое лицо хозяина кабинета. Но признаться в этом я не мог, поэтому сказал:

– Непривычно видеть дядю таким.

Огромный портрет Адриана Камета висел на стене позади рабочего стола. Как будто Даламару нравилась мысль, что он стоит у него за спиной и наблюдает.

«Это звучит, как признак серьезного заболевания!» – тут же заметил Янус.

– Да, здесь он немногим старше тебя, – Даламар улыбнулся.

– Он здесь после окончания университета? Тогда ему двадцать пять. Большая разница.

– Эх, где мои восемнадцать, когда этот срок казался вечностью, – Даламар тепло улыбнулся.

Вместо привычного мундира студенческая форма. Длинные русые волосы вместо седого «ежика». Нет привычной бородки. Серые глаза смотрят холодно и внимательно, но нет ощущения, что ты гвоздь, который через секунду забьют по самую шляпку.

Хотя бы впечатляющий рост и огромные плечи остались на месте. Их художник перенес дотошно. Еще больше внимания он уделил рубину на перстне.

– Адриан всегда был гигантом, титаном из легенд, – со странной интонацией произнес Даламар. – Только старшие могли смотреть на него свысока.

– Огромный рост — это не только преимущество, но и большие проблемы, – сказал я, аккуратно беря чашку с чаем. Браслет не отреагировал. Отравы нет.

Действительно, зачем Даламару травить меня в своем доме? Есть много способов устранить меня, чтобы никто его не заподозрил.

«Паранойя и негативное мышление! Я так по ним скучал!» – умилился Янус.

– У вас много общего. Даже внешне похожи.

– Да, мы оба умеем наживать врагов, – признал я.

Даламар усмехнулся, а потом неожиданно спросил:

– Шашки или шахматы?

– Карты.

– Ожидаемо. Адриан их тоже любил.

Угу, и честно он никогда не играл. Воровал карты из отбоя, играл краплёной колодой, даже магию использовал. В детстве было очень обидно!

«И это никак не повлияло на твои увлечения! Никак!» – ехидно заметил Янус.

– Твой нынешний наставник предпочитает шашки. Мы сыграли с ним сотни партий. Я выиграл одну. Но с шахматами ситуация противоположная. У него всего две победы на три сотни игр.

– Сайрус говорил, что не любит длинных комбинаций.

– Верно. Наши партии всегда шли по одному сценарию: на первом этапе он уничтожал мои ключевые фигуры, ставил меня на грань поражения, а потом я побеждал его, так как в пылу сражения он забывал про главное – короля.

Звучит до боли знакомо.

– Всегда все было одинаково?

– Плюс-минус. Как я ни планировал партию, он всегда истреблял большую часть моей армии. И в шашках, и в шахматах.

– Тактика, а не стратегия.

– Верно, Маркус. Если бы Сай выбрал девиз, то лучше бы слов не нашел. Он великолепный тактик, он даже смог командовать мертвым легионом, не будучи некромантом. Единственный случай в истории. Он может выиграть любую битву в любых условиях. Но он не представляет, что делать с победой.

– Звучит правдоподобно, но как он дожил до своих седин? Ему лет шестьдесят, если не больше…

Даламар усмехнулся.

– Ему тридцать семь. Да-да, это не магия, а его реальный возраст. Дожил он до него благодаря личному героизму и везению.

Я вопросительно посмотрел на собеседника.

– Сайрус был самым перспективным магом своего рода. Но ван Нормайены стояли на грани краха. Их первый ранг держался за счет престарелого герцога. Думаю, теперь ты понимаешь, что это такое. Если бы он умер, они бы скатились до третьего. Они это понимали, но ничего не делали. Сайрус решил все изменить, ушел добровольцев в Катрон, чтобы получить опыт и связи. После войны он год готовился к битве с двоюродным дедом. Все рассчитал, все спланировал и вызвал его на дуэль. Если подготовиться под определённого противника, можно нивелировать разницу в ранге.

– Он выиграл, но родичи его не поддержали.

– Да, я общался с ними. Даже с герцогом. Они бы признали Сайруса, но он предложил силу, а не разум. У него не было плана. Он хотел взять власть, титул, но не сообщил никому о том, как вытащит их семью из задницы.