Отель «Нантакет» - Хильдебранд Элин - Страница 8

Грейс вернулась в настоящее: в кабинет вошла молодая женщина с длинными волнистыми волосами абрикосового цвета.

«Нет! Только не это!» — мысленно закричала Грейс. От женщины шел отвратительный запах — запах гнилой души.

Алессандра подошла к столу Лизбет и протянула ей белый бумажный пакет.

— Горячий сэндвич с яблоком, беконом и белым сыром чеддер из «Борн энд Брэд». Вдруг вы были так заняты собеседованиями, что пропустили обед?

Голубые глаза Лизбет округлились.

— Большое спасибо! Вы как чувствовали! Я действительно не обедала, а этот сэндвич — мой любимый. — Она указала на стул. — Присаживайтесь! Что ж, Алессандра, ваше резюме просто великолепно. Италия, Испания, Монако… И вы знаете столько языков! Что же привело вас на наш скромный остров?

— Хотела вернуться домой. Я имею в виду, в Штаты — я с Западного побережья. Я изучала романские языки в Пало-Алто…

— В Стэнфордском университете? — Лизбет еще раз перечитала резюме. — Но здесь не указано, что…

— А затем я отправилась путешествовать по Европе, взяв с собой только рюкзак. Передвигалась на поезде, останавливалась в хостелах… Вышло так, что в Равенне у меня кончились деньги. Я специально поехала туда, чтобы посмотреть на мозаики в базилике Сан-Витале.

— Мозаики?

— Лучшие образцы византийской мозаики вне Стамбула. Они просто великолепны. Вы когда-нибудь видели их?

«Я вас умоляю, сколько пафоса!» — подумала Грейс.

— Нет, не видела, — ответила Лизбет.

— Так вот, когда я говорю «кончились деньги», я имею в виду, что пожертвовала последний евро, чтобы войти в базилику. К счастью, я разговорилась с одним джентльменом, который тоже рассматривал мозаики. Оказалось, он владел небольшой гостиницей в Равенне и предложил мне пожить там в обмен на работу за стойкой регистрации. Так началась моя карьера в гостиничном деле.

— Выходит, вы были в Европе… около восьми лет? Я вижу, в резюме есть пробелы…

— Я хотела уехать из Италии, пока еще не перестала любить эту страну. И выбрала Нантакет — на мой взгляд, это одно из самых необычных курортных направлений Америки.

— Хотелось бы узнать… Шелли Карпентер из «Отеля „Совершенно секретно“» была в каком-нибудь из отелей, где вы работали?

Алессандра кивнула.

— Судя по всему, она останавливалась в «Аквас де Ибица», когда я была там администратором. Карпентер оставила хороший отзыв, правда, всего в четыре ключа. У нее было несколько справедливых замечаний: во-первых, швейцар принес ее багаж в номер только через пятнадцать минут, что для нее на десять минут дольше ожидаемого…

— Да, об этом я знаю.

— И когда она заказала еду в номер, ей не принесли соль и перец, хотя она специально попросила об этом.

— И правда, неприятно.

— Да, кого-то даже уволили. Вы же знаете — Карпентер скрывает свою личность, пользуется ненастоящими именами и всегда приходит, когда отель заполнен под завязку и сотрудники не могут уделять каждому гостю столько внимания, сколько обычно. А иногда она специально создает сложные ситуации, чтобы посмотреть, как поведет себя персонал. Говорят, когда Карпентер останавливалась в «Пикерин Хаус Инн» в Вулфборо, она проткнула шину арендованного автомобиля, чтобы узнать, насколько быстро ее заменят.

— А вот об этом я не слышала. — Лизбет слегка поникла.

— Я бы посоветовала вам обучить швейцаров базовому сервису автомобилей. Уверена, как только Шелли Карпентер узнает о вашем отеле, она обязательно приедет.

— Вы так думаете?

— Почти гарантирую. Судя по всему, Нантакет ей по вкусу. Она писала отзыв на «Уайт Элефант»…

— И поставила ему четыре ключа.

— …И «Нантакет Бич Клаб», где будет проходить мое следующее собеседование.

— У вас будет собеседование с Маком Петерсеном?

— Да, можно и так сказать. Мак уже предложил мне должность, но я сказала, что хочу рассмотреть разные варианты.

«Ну же, Лизбет! Она тебе лапшу на уши вешает!» — мысленно крикнула Грейс.

Лизбет провела пальцем по резюме.

— В контактах работодателей указаны только основные номера телефона отелей. Можете ли вы предоставить имена или личные номера, например, управляющих?

— Думаю, вы знаете, что в гостиничном деле кадры быстро меняются. Управляющий отеля на Ибице, где я работала, вышел на пенсию и купил оливковую рощу. А управляющий отеля в Монако умер от рака горла. — Алессандра выдержала паузу, стараясь выжать из ситуации максимум эмоций. — Альберто слишком много курил трубку.

Взгляд Лизбет наполнился сочувствием, и Грейс в отчаянии простонала. Да она готова была поклясться халатом и кепкой, что этого Альберто вообще не существовало!

— Можете обратиться в отели напрямую — они предоставят вам трудовые договоры и другие данные, — предложила Алессандра.

— Я и так вижу, что у вас есть необходимый опыт. Роскошные люкс-отели с очень требовательными клиентами.

— Можно ли узнать, какова ставка?

— Двадцать пять долларов в час. Однако, поскольку у вас богатый опыт, я могу предложить двадцать семь с половиной и назначить вас главным администратором.

«Нет! — мысленно вскрикнула Грейс. — Пусть эта ведьма убирается отсюда!»

Она пустила под воротник Алессандры поток ледяного воздуха. Та даже не моргнула. А что еще ожидать!

— Смены довольно жесткие, — продолжила Лизбет. — У вас будет полтора выходных дня каждые две недели.

— Выходные? Это что такое?

— Ха! — удивилась Лизбет. — Вы так отлично подходите, что просто не верится.

Грейс подумала, что в том-то и дело: верить ей не надо!

«Пять сотрудников», — подумала Лизбет, откусывая принесенный Алессандрой сэндвич: яблоко, бекон, белый сыр чеддер — и все это на ржаном хлебе с клюквой. Алессандра отлично прошла собеседование. Правда, Лизбет настораживали пробелы в резюме — последний продлился целый год, но, возможно, Алессандра просто путешествовала, прежде чем найти новую работу. На вид она была человеком культурным, разбирающимся в искусстве и языках. И она изучала романские языки в Пало-Алто! Обычно под Пало-Алто подразумевался Стэнфордский университет, но, если Алессандра там училась, не стоило ли указать это в самом начале резюме? Лизбет решила закрыть на все это глаза. Мак Петерсен из «Бич Клаба» предложил Алессандре должность без собеседования, но в итоге она будет работать на Лизбет!

И самое главное — Алессандра, судя по всему, хорошо знала Шелли Карпентер.

Алессандра могла стать их тузом в рукаве.

«Так-то лучше!» — подумала Грейс, увидев того, кто пришел на последнее собеседование. Двадцатичетырехлетний Иезекиль Инглиш, как сказали бы подростки, был ужасно горяч. Эту фразу Грейс тоже не очень любила, но теперь, кажется, поняла, почему говорят именно так. Ей стало жарковато, и она слегка распахнула халат.

Зейк одарил Лизбет сияющей улыбкой и пожал ей руку.

— Привет! Я Зейк Инглиш, че как?

— О чем именно ты спросил «как»? — растерялась Лизбет.

— Простите, слегка волнуюсь. Спасибо, что пригласили.

«Как мило! — подумала Грейс. — Он волнуется!»

— Присаживайся, — кивнула Лизбет. — Утром я виделась с твоей тетей Мегдой.

— Да! Тетя Мегда — просто нечто. Она живет с нами с сентября… — Зейк опустил голову, а когда снова поднял, его глаза были полны слез. Он прочистил горло и продолжил: — Моя мама умерла от мозговой аневризмы. А тетя Мегда готовит нам еду, и… с ней все не так плохо.

По щеке Зейка потекла слеза, и он вытер ее тыльной стороной ладони. Грейс не выдержала и подлетела к нему, обнимая его широкие плечи. Она ценила мужчин, которые не стеснялись показывать эмоции. Кажется, объятия немного помогли (или, может, Грейс просто приписала себе эту заслугу), и Зейк выпрямился и негромко рассмеялся.

— Я уже запорол собеседование, да?

Лизбет подалась вперед.

— Я принимаю на работу людей, а не бездушных роботов. А ты пережил большое горе. — Она глубоко вдохнула. — Давай начнем заново. Привет, Зейк, рада тебя видеть! Ты давно живешь на Нантакете?