Отель «Нантакет» - Хильдебранд Элин - Страница 82

— Он продает отель, — сказала Эди. — И покупателя уже нашел.

Лизбет подмигнула Эди.

— Наверное, у него настроение плохое. Неправда все это. Он не продаст отель.

— Не продаст?

— Давай-ка я с ним поговорю, — предложила Лизбет.

Она набрала номер Ксавьера и снова задумалась: не случилось ли чего во время его визита? Он уехал так рано, так спешно — даже не попрощался. Возможно, причина правда была в деловой встрече, но что-то подсказывало Лизбет: это не так.

Звонок сразу перешел на автоответчик. Да, в Лондоне сейчас было одиннадцать часов вечера, воскресенье, но Ксавьер прислал письмо всего десять минут назад! Конечно, он не спал! Лизбет позвонила ему снова, на этот раз с мобильного. Автоответчик.

Тогда она отправила ему сообщение, чего никогда раньше не делала. Это всегда казалось чем-то слишком простым, фамильярным. Однако сейчас дело было срочным. «Ксавьер, пожалуйста, мы можем обсудить ваше сегодняшнее письмо? Иначе я, скорее всего, не засну».

Лизбет уставилась на экран, пытаясь мысленно призвать ответ. И вот появился пузырек с тремя точками — Ксавьер печатал. Что он скажет? Лизбет нужно поговорить с ним, спросить, что случилось. Разве любое негативное впечатление, которое он, возможно, получил в отеле, не должно было пропасть после отзыва Шелли в пять ключей?

Точки пропали, но никакого ответа не пришло. Лизбет проверила почту — пусто. Ксавьер не хотел с ней разговаривать. От осознания этого Лизбет охватила обжигающая, неудержимая, похожая на цунами паника.

Лизбет помчалась на кухню «Лазурного бара». Он был полон гостей, и Марио уже начал работать. Сейчас он стоял в проходе, как всегда великолепный, в белом поварском пиджаке, твидовых брюках и кепке White Sox. Лизбет ожидала, что он попросит ее уйти — она никогда раньше не отвлекала его от работы, — но он лишь подошел к ней и сказал:

— Беатрис, пожалуйста, замени меня ненадолго. Я скоро вернусь.

Марио взял Лизбет за руку и отвел ее в более тихую кухню отеля. На тумбе в огромной миске поднималось тесто — будущие круассаны от Беатрис на завтрашнее утро.

— Ты слышал новость? — спросила Лизбет.

— Он сделал именно то, чего я боялся, — сказал Марио. — Смотал удочки.

— Но почему? Разве он не понимает, как прекрасно идут дела?

— Он добился того, чего хотел, — получил пять ключей. Люди вроде Ксавьера занимаются таким не ради денег или всеобщего блага: восстановления исторического здания, улучшения местной экономики, создания рабочих мест. Всё это они делают, чтобы повыпендриваться. Скорее всего, он поспорил с кем-то в клубе «Аннабелс», что купит отель и получит пять ключей. Что он и сделал. Теперь отель ему больше не нужен.

Лизбет хотелось разозлиться, но она так устала, что ее охватила скорбь. Она уткнулась в белоснежный пиджак Марио и разрыдалась. Мужчина крепко обнял ее, поглаживая по спине.

— Все будет хорошо. Уедем в Калифорнию. Устроишься в отель там. Я знаю управляющую в «Шаттерс» — это у пляжа в Санта-Монике, тебе понравится.

— Я не хочу работать в чужом отеле, — всхлипнула Лизбет.

Звучала ли она как капризный ребенок? Возможно. Но ей не хотелось и думать о том, чтобы работать в Лос-Анджелесе. Да и представить, что она устроится куда-нибудь здесь, на острове, она не могла. Она кардинально изменила свою жизнь (успешно!), но не могла просто развернуться и сделать это снова.

— Вместе как-нибудь разберемся, хорошо? — сказал Марио и слегка отстранился, чтобы посмотреть ей в глаза. — Ты больше не одна. Я здесь, и я тоже теряю работу.

— Нужно убедить Ксавьера передумать.

Марио вздохнул.

— Лизбет, он не передумает.

Тут в кухню влетел Зейк, так ошарашив их обоих, что Лизбет решила: наверное, позвонил Ксавьер. Перезвонил и хочет поговорить!

— Лизбет, пожалуйста, приходите в холл, — сказал Зейк. — Все плохо.

* * *

Все и правда было плохо. Войдя в холл, Лизбет увидела там Ричи. Его окружили три человека в костюмах, и один из них надевал на него наручники!

— Подождите! — закричала Лизбет, чувствуя, что ее голова от волнения вот-вот взорвется. — Что происходит?

— Мистер Декамерон арестован за мошенничество с использованием телефонной линии, — сказал один из мужчин, не занятый наручниками, и показал значок. — Агент Иануччи, ФБР.

Лизбет моргнула. Это был мистер Иануччи, недавний гость номера триста семь.

— Ричи? — прошептала она.

Ричи опустил голову.

— Простите меня, Лизбет.

Глава 26. Новости и сплетни

Воскресным вечером Шустрый Эдди направился в свой офис на Мейн-стрит, чтобы опубликовать объявление о продаже отеля «Нантакет». Ранее, днем, ему позвонил Ксавьер Дарлинг и сказал, что хочет продать здание как можно скорее. Коллега Ксавьера из Лондона уже предложил купить его и преобразовать в офисное пространство, но отказывался предлагать за него больше, чем шестнадцать миллионов долларов.

— Выставьте его за двадцать пять, — попросил Ксавьер Эдди. — Но, между нами говоря, я соглашусь и на двадцать.

— Но вы вложили в него тридцать, — сказал Эдди. — Даже тридцать два, если считать стоимость его покупки.

— Что ж, смирюсь с убытками, — ответил Ксавьер. — Но надеюсь, не слишком большими.

В семь часов вечера Эдди разместил объявление у себя на сайте. Лизбет и остальным сотрудникам отеля Ксавьер сообщил о своем решении в пять.

«Бедная Лизбет», — подумал Эдди. Она вложила в это место всю душу, помогла отелю вновь стать великолепным, словно возродившемуся фениксу. У Лизбет был просто талант, золотые руки. Эдди решил предложить ей должность продавца недвижимости в «Бейбери Пропертис» и оплатить обучение в этой сфере.

Затем Эдди отправился в «Вентюно», чтобы отпраздновать очередную сделку коктейлем. Он рассказал бармену, Джонни Б., что разместил объявление о продаже отеля «Нантакет» за двадцать пять миллионов долларов. Те из нас, кто услышал эту новость, заметили едва скрываемую радость в голосе Эдди. Ему явно выплатят приличную комиссию, особенно если он сам найдет покупателя.

Одной их тех, кто подслушал разговор Эдди с барменом, была Шарлин, медсестра в местном доме престарелых. Она в тот момент запивала горе: ее любимый житель этого дома, Минт Бенедикт, заболел пневмонией, и врачи утверждали, что он вряд ли доживет до конца недели.

На следующее утро Шарлин отправилась навестить Минта в больнице Нантакет Коттедж. Тот попросил ее забрать все содержимое его ячейки в Нантакетском банке.

— Там украшения моей матери — можете забрать их, — проговорил Минт сломленным, сиплым голосом. — И прочитайте бумаги — письма и дневник моего отца.

Шарлин похлопала Минта по ладони — она пылала от жара, несмотря на введенные в вену антибиотики.

— А давай я принесу бумаги сюда и мы посмотрим их вместе? — предложила она.

Шарлин подумала: а стоит ли ей сказать Минту о том, что отель «Нантакет» снова выставили на продажу? Однако она не была уверена, какими будут последствия. Ему станет лучше (он оказался прав — судя по всему, отель был проклят) или же, наоборот, новость добьет беднягу? Шарлин решила воздержаться.

* * *

Джордан Рэндольф, главный редактор «Нантакет Стандарт», сразу заметил новое объявление о продаже недвижимости. Он позвонил Лизбет, чтобы узнать, что происходит, однако та отказалась комментировать случившееся.

Затем Джордан узнал, что в отель приходили агенты ФБР. Он тут же позвонил в нантакетское отделение полиции и спросил, что об этом знает Эд Кейпнаш.

— Мошенничество с использованием телефонной линии, — ответил Эд.

Эд и в лучшие дни был грубоватым человеком, но сегодня он казался особенно утомленным. Джордан понимал его: заканчивалось длинное жаркое лето — и всем на острове хотелось заснуть дня на три.