Телохранители тройного назначения (ЛП) - Голд Лили - Страница 10

— Ты — дизайнер? — спрашиваю я, игнорируя ее.

Парень кивает.

— Майкл Блан, к вашим услугам.

Я машу ему рукой.

— Мне нужно тебя обыскать.

— Извините?

— Если ты собираешься прикоснуться к моему клиенту, мне нужно удостовериться, что ты безоружен.

— Ты же знаешь, что он будет использовать иглы и ножницы, да? — Брайар растягивает слова. — Если бы он хотел ранить меня, ему не понадобилось бы скрывать оружие.

— Все в порядке, любовь моя, — уверяет ее Майкл. Я быстро осматриваю его, затем шлепаю по спине.

— Ты можешь идти.

Он морщится, потирая спину, затем подлетает к Брайар и целует ее в обе щеки.

— Входи же, входи! — Он начинает вести ее в студию. — Я с нетерпением ждал этого всю неделю!

— Н-но как насчет Вашего нынешнего визитера? — Анна пищит из-за стола.

Майкл пренебрежительно машет рукой.

— Он может прийти в другой раз. АЛАН! — кричит он через плечо. — ТЕБЕ НУЖНО УЙТИ СЕЙЧАС ЖЕ.

Краснолицый мужчина выбегает из комнаты в расстегнутой рубашке.

— Но мне все еще нужен нагрудный платок! — жалуется он, пытаясь поправить свои запонки.

— Ты можешь сделать заказ на моем сайте, — говорит Майкл, не отрывая глаз от Брайар. — У меня всегда найдется время для моего любимого клиента. Мы примеряем твое платье для гала-ужина, верно? Ты полюбишь то, что мы придумали для тебя!

Брайар кивает.

— И моему телохранителю нужен костюм.

Дизайнер пренебрежительно окидывает меня взглядом.

— Большой мальчик, хах? Я не уверен, что у нас найдутся брюки, которые тебе подойдут. Повернись-ка.

Я пристально смотрю на него.

— Нет.

Он вздыхает.

— Ну, судя по размеру твоих бедер, я думаю, у тебя, вероятно, довольно большая задница. Мы вернемся к тебе позже. — Он разворачивается на каблуках и направляется к открытой двери. — Давайте же начнем.

Я тру лоб, следуя за Майклом и Брайар в примерочную. Вот почему мне нравится работать на политиков. Не поймите меня неправильно, большинство из них невыносимы, но, по крайней мере, никто никогда не комментировал мою задницу.

Комната огромная, с верхним освещением, плюшевыми диванами и огромными цветочными композициями на каждой плоской поверхности. Вдоль стен выстроились вешалки, набитые платьями, рубашками и костюмами. Я смотрю на смокинг цвета фламинго, украшенный ананасами с блестками.

— Нравится? — спрашивает Брайар. — На тебе бы смотрелось очень мило.

— Попробуй только. И увидишь, как быстро я уволюсь.

— Хорошо, — певуче говорит Майкл, выводя Брайар в центр комнаты и ставя ее перед зеркалом от стены до потолка. — Давай разберемся с тобой. Сколько жизней ты разрушила сегодня, детка?

Брайар рассматривает свои ногти.

— Надо подумать. Мэтт, твоя жизнь разрушена?

— Для этого потребуется больше, чем ты когда-либо сможешь сделать, принцесса.

Она вздыхает.

— Тогда, я думаю, ни одна не разрушена. Но еще не вечер. — Она наклоняет голову. — Что у тебя есть для меня?

— Очень много сплетен, — щебечет Майкл. — Клянусь, люди рассказывают мне всё, когда я с ними работаю. Как будто они думают, что у меня есть какая-то политика конфиденциальности.

Они оба смеются. Я морщусь, подходя к окну. Оно обращено не на улицу, а выходит на большой квадратный двор, до отказа заполненный кустами и цветами. Я осматриваю их. Я никого там не вижу, но растения слишком густые, чтобы быть уверенным. Я хватаю белую занавеску и натягиваю ее на окно.

Позади меня раздается шокированный вздох.

— Что ты делаешь? — кричит Майкл.

— Она собирается переодеться. Я задергиваю шторы.

— Нам нужен естественный свет! Как еще я смогу правильно подобрать оттенок к ее коже?!

У меня начинает болеть голова.

— Я уверен, ты что-нибудь придумаешь, — бормочу я.

— Оставь их открытыми, — приказывает Брайар. — Ему нужен свет, чтобы работать. Я не собираюсь возвращаться сюда и делать все это снова.

Я не могу скрыть своего раздражения.

— А что, если папарацци спустятся туда?

Она пожимает плечами.

— Я их побью.

Я фыркаю.

— Да? Ты знаешь, как драться?

— Я сама выполняю все свои трюки. Я обучалась четырем разным боевым искусствам. — Она делает паузу. — Я также отлично умею пинать мужчин по яйцам. Это мой особый талант.

— Почему-то я в этом не сомневаюсь, — бормочу я, наблюдая, как Майкл направляется к одной из вешалок, вытаскивая платье. Это серебряное платье-флэппер[10], по низу прошитое длинными блестящими кисточками.

— Держи, любовь моя. — Он вешает его рядом с зеркалом.

— Спасибо. — Брайар тянется за шею и развязывает свой топ. Это крошечная вещица; он больше похож на шелковый платок, повязанный на груди, чем на настоящий предмет одежды. Когда он спадает, я мельком вижу ее бледно-розовый лифчик, прежде чем разворачиваюсь на месте, поворачиваясь лицом к стене. Кровь кипит во мне. Я чувствую, как у меня встает.

Блять.

Глава 8

Мэтт

Я делаю глубокий вдох.

— Интересный выбор платья, — говорю я, чтобы скрыть жар, поднимающийся к моему лицу.

Я слышу звук застегиваемой молнии.

— Это отсылка к моему новому фильму.

— Перезапуск «Чикаго»[11]?

Я практически слышу ее свирепый взгляд.

— Это детектив, действие которого происходит в баре 20-х годов. Я играю флэппера[12]. Одного из постоянных клиентов таинственным образом убивают в подсобке, и мы должны найти убийцу, прежде чем они нанесут новый удар.

— Хм. Убийца — ты? — Это наверняка она.

Она ахает.

— Боже мой, как, ради всего святого, ты мог обвинить меня в таком, ты, маленький безудержный лежебока? — Она мурлычет, плавно переходя на южный акцент 20-х годов. — Ведь я всего лишь пряталась в дамской комнате, разделяя бокал веселящей воды[13] с одним из наших обаятельных посетителей-джентльменов.

Я невольно улыбаюсь.

— Впечатляет.

— Мне платят не за то, чтобы я просто стояла, красиво выглядя. — Раздаются звуки сминаемой ткани. — Итак, что теперь будет? — спрашивает она приглушенным голосом. Я представляю ее, надевающей платье через голову, и пытаюсь выбросить этот образ из головы. — Ты просто будешь следовать за мной повсюду, пока не произойдет… что именно? Полиция не собирается помогать, поэтому я не думаю, что угроза просто исчезнет.

— У нас есть люди в штаб-квартире «Ангелов», которые выслеживают X. Поскольку у тебя есть записи с камер видеонаблюдения и образец его ДНК, то, когда мы найдем нужного парня, мы сможем посадить его за решетку. Тогда ты будешь свободна.

— X?

— Поскольку это имя, которое он, по-видимому, дал сам себе, именно так мы и будем называть его, пока не сможем определить его личность.

— И как именно вы собираетесь найти X? — певуче спрашивает она.

Я рассматриваю обои.

— У нас есть «Сталкеры» для таких случаев. Через несколько дней они предоставят нам список потенциальных подозреваемых. Мы начнем работу оттуда.

Я слышу, как она замирает.

— Извини?

— Наверное, это неудачный выбор слов, — признаю я. — «Сталкеры» — это наша команда кибераналитиков. Они будут просматривать все твои сообщения и комментарии в социальных сетях, выбирать профили, кажущиеся подозрительными, а затем узнавать как можно больше о человеке, скрывающимся за этой учетной записью. Ты была бы поражена той информацией, которую они могут получить. Адрес. Номер страховки. Банковские реквизиты.

— Хах. Всё законно?

Я и не собираюсь отвечать. Снаружи во дворе какое-то движение. Я хмурюсь, наклоняясь вперед, чтобы получше рассмотреть. Я не вижу ничего необычного, но у меня в животе возникает болезненное, тревожное чувство. Я осматриваю кусты, пытаясь понять, что не так с общей картиной.

— Мэтт, — зовет Брайар. — Можешь подать Майклу его подушечку для булавок?

— Я не дворецкий, — напоминаю ей.