Ангел (СИ) - "Ла Рок" - Страница 110

— Конь в пальто, — радостно усмехаюсь в карие глаза, — сколько можно тебя ждать!

Красавчик непонятливо вылупился. Какой же кайф, что чудик совсем не чудовищная сеструха и над ним легко подтрунивать! ЙуМи бы меня так осадила, что не бей лежачего…

Пухлый скуксился и сгорбился на стуле. Широкое лицо уставилось в опустевшую миску. Парень сопоставил себя с плейбоем рядом и трезво оценил свои шансы. Вижу то самое обречённое выражение.

— Тебя сложно найти, — хмыкнул Ган.

— Да? А твоя сестра легко справилась!

— Может, представишь нас?

Неужели я слышу нотки ревности? Да ладненько! Мстя моя свершилась. Тихо посмеиваюсь себе под нос, настроение прёт вверх, после сытной трапезы. Очень надеюсь, что Ган не станет кофе плескать!

— Знакомься, прыгнувший с моста, — обращаюсь к пухлому и указываю пальцем на чудика, — а напротив второй, который собрался это повторить… — весело ухмыляюсь. — Но передумал! И кто поумнее будет?

Недоверие на лицах сменяет недоумение в одном случае и озабоченность в другом.

— Можете организовать клуб ныряльщиков! — весело предлагаю.

— Охренела?! — Ган уставился карими глазищами.

— Это надо посмотреть, — ехидно ухмыляюсь в недовольное лицо, — а кто под воду лез, не умея плавать?

— Ты. Меня. Стащила. Сама! — набычился Ган, а пухлый снова улыбнулся. — Ты ненормальная, знаешь об этом?

— Агась! Классно ведь, правда?

— Айщ… — Ган громко шикнул и покачивает головой.

Запиликал телефон, прерывая выяснение отношений. Пухлый поднял трубку и с кем-то общается, приложив ладонь к уху. В это время на сцене успели убрать громоздкий инструмент и место у микрофона занял Хитман. Внимание отвлекает очередная музыкальная композиция, на этот раз с большим преобладанием духовых и даже электронных звучаний, довольно мелодичная песенка.

— Старший брат снаружи, — неловко засобирался пухлый, — ждёт меня…

Парень проявил чувство такта? Не похоже… Звонок неожиданный и общался нормально.

— Беспокоится? — прищурившись, отмечаю положительный кивок.

— Да, — мелькнуло подобие улыбки на широком лице, — пожалуй, пойду…

Бросив взгляд на красавца напротив, пухлый комкает салфетку и поправляет полы всё ещё влажного пуховика.

— Сюда дал! — требовательно смотрю на пухлого и указываю кивком на салфетку, где он что-то писал, во время разговора.

Плотная ладонь неуверенно протягивает скомканную бумагу. Так и есть: номер телефона и имя. Молоток, парнишка, что решился. Не молоток, что облажался на самом последнем этапе. Аккуратно складываю салфетку и убираю в карман.

— Пак ЧэСан, — ободряюще улыбаюсь пухлому, — спасибо, что вернулся!

Парень кивнул и широко улыбнулся в ответ. Как мало ему нужно для счастья…

— Знаешь, халявщиков нигде не любят, — задумчиво замечаю, — в том числе на небесах…

Пухлый предупреждение понял.

— То маннаё, — ЧэСан решил козырнуть корейским на прощание.

— Ещё встретимся, — многообещающе ухмыляюсь.

Ган вальяжно кивнул.

Плотная фигура в синем пуховике развернулась. Поникшие плечи распрямились, осанка стала ровнее. Пухлый исчез за дверью заведения.

— Интересный парень, — вопросительно поднял бровь Ган.

— Особенный… — грустно усмехаюсь в ответ.

— Ангел, — прищурился Ган, — действительно знаешь каково там, на небе?

— Откуда мне, — весело улыбаюсь, — просто люблю красивые выражения!

— И как вам удалось забронировать столик, — Ган обводит взглядом зал, полный посетителей, — секретарь телефон оборвала, но безуспешно.

— Повезло…

На небольшой сцене закончилось музыкальное выступление. Хитман допел весёлую песенку и склонил голову, приветствуя аплодисменты публики.

— А теперь выступит Бомба! — огласил Хитман, улыбаясь со сцены.

— Какие странные имена у артистов! — хмыкнул Ган.

— И не говори, — весело соглашаюсь, поднимаюсь со стула и шагаю к сцене.

Замечаю заинтересованный взгляд Хитмана. Плотный кореец поправил воротник чёрной рубашки и внимательно изучает сквозь стёкла круглых очков.

— Ещё одна лирическая песня или что-то более известное? — поинтересовался Хитман, на этот раз оставшись рядом.

Завязываем с лирикой! Сейчас разгулялось более заводное настроение и я хочу удивить публику. Оторвёмся на полную! Похулиганим.

— Нет, — весело отвечаю в микрофон, — я устрою рок-н-ролл!

Я буду не я, если чего не отчебучу! Подогретая выпивкой публика радостно встречает заявление.

— Рок-н-ролл, — уточняет Хитман, — без звукового сопровождения?

— Иногда достаточно и одной струны, — гордо отвечаю.

— Значит, без группы, — заключил Хитман и спрашивает: — А на чём собираешься играть?

— Вон, — киваю на одного из музыкантов, — я вижу классную электрогитару.

Не дожидаясь ответа, подхожу к гитаристу и вопросительно склоняю голову. Высокий парень не спешит отдавать инструмент и неуверенно смотрит, на его лице отразилось сомнение.

— Смелее, ХоСок, — решил подбодрить Хитман.

За спиной ожил зал, поддерживая просьбу громкими криками и одобрительным свистом. Гитаристу ничего не осталось, кроме как снять электрогитару с плеча и передать ремень «Гибсона» в тёмно-ореховом исполнении корпуса.

Удерживаю рукой лакированную деку и перекидываю лямку ремня через голову. Высота оказалась в самый раз, увесистая электрогитара комфортно устроилась, привлекая внимание публики агрессивным блеском тонкого грифа, со сталью массивных колок.

Конфетка, а не гитара!

Благодарно кивнув высокому парню, выхватываю протянутый треугольник медиатора. Оборачиваюсь к публике и улыбаюсь в ожидающие лица. Шаг к стойке микрофона оставил на сцене в одиночестве.

Сейчас я так «запилю», что офигеют! Электрогитара подчинилась и выдаёт раздирающий звук. В баре заиграл «Плохиш».

https://www.youtube.com/watch?v=y03rs28H__E

Тада-да-дада!

— Ох, вау… — шепчу в микрофон.

Тада-да-дада!

— Да, детка… — ухмыляюсь в публику.

Тада-да-дада!

— По-гнали, — киваю головой.

Электрогитара вспарывает воздух яростной атакой. Сталь колец скользит по накладке, пока медиатор играет струнами, удерживая густое звучание. Весело улыбаюсь имениннице у стойки бара, сжимаю гриф и бодро начинаю озорную песню, продолжая ритм коротких партий.

~ В день моего рождения,

~ Медсёстры собрались вокруг,

~ Они уставились в глубоком удивлении,

~ Той радости, которую нашли.

Повысив голос, я выкрикиваю в зал.

~ Главная сестра сказала:

~ Оставьте в одиночестве!

~ Она сразу могла сказать,

~ Что я плохиш до костей!

Согласно киваю публике, скалясь в ошарашенные лица.

~ Плохиш до костей… Плохиш до костей!

~ П-п-плохиш… плохи-и-иш…

~ Плохиш до костей!

Ухмыляюсь в сторону чудика за нашим столиком.

~ Разбиты тысячи сердец,

~ Прежде чем мы встретились.

~ Я разобью еще тысячи,

~ Пока упокоюсь.

Задорно сверкаю улыбкой, заканчивая куплет.

~ Я буду твоей, милашка,

~ Твоей и только твоей!

~ И я здесь, чтобы сказать вам, дорогуши,

~ Что я плохиш до костей…

Выдернув электрогитару, красуюсь перед публикой и ускоряю ритм.

~ Плохиш до костей… Плохиш до костей!

~ П-п-плохиш… плохи-и-иш…

~ Я плохиш до костей!

Дерзко выкрикнув, начинаю виртуозное соло и подтягиваю струны у основания грифа, бендами заставляя петь электрогитару. Яркое звучание будоражит, заряжая публику и вызывая общее покачивание голов в такт музыке. Тоже выгибаюсь на сцене и продолжаю извлекать задорный ритм, пока инструмент танцует в руках, кружась стальными колками грифа. Обрывая звонкую мелодию, я снова взрываю зал короткими рифами.

~ Когда я иду по улицам,

~ Короли и королевы расступаются.

~ И все, кого я встречаю,

~ В меня влюбляются… эх…

Уверенно киваю чудику.

~ Я буду твоей, милашка,

~ Твоей и только твоей!

~ И я здесь, чтобы сказать вам, дорогуши,