Дети богов - Фарутин Антон - Страница 66

– Сволочь! Подлец! Гад! – Джек исступленно заколотил по ржавому металлу двери.

– Что случилось? – спросил подбежавший Пирсон.

– Этот гад обманул меня! Отвлек, а сам тем временем проскочил внутрь.

– Этого следовало ожидать…

– Да, – махнул рукой Джек. – Следовало…

К ним подошла Ева, на которую было жалко смотреть. Девушка была измотана и измучена тяжелой физической нагрузкой и нервным стрессом. Детектив прислушался. Из прохода позади них послышался низкий вой выродков.

Единственным путем к спасению была лестница. Кайл побежал первым, за ним последовала Ева, в то время как детектив Стоун предпочел остаться в арьергарде и прикрывать тыл. Бежать наверх по спирали было тяжело, но это необходимо было сделать. Подгоняя товарищей криками, Джек старался передать бегущим хоть немного своей энергии. Впрочем, у него уже и у самого начинала кружиться голова от бесконечно чередующихся ступенек.

Остановившись на одном из пролетов, Джек прислушался. Снизу доносился топот босых ног. Пауки, кентавры или циклопы – кем бы они ни были, эти существа явно испытывали проблемы с перемещением по узкой лестнице. Уродливые тела жителей подземного города с трудом протискивались между перилами, а укрупненный размер и рост мешал быстрому перемещению по ступеням. И все же они приближались.

– Бегите наверх! – прокричал Джек. – Я немного задержу их!

Стоун постарался прицелиться между железными балками и сделал два одиночных выстрела. Его действия не имели своей целью поразить кого-то, но он хотел хотя бы напугать преследователей. Это отчасти сработало. После каждого резкого хлопка выстрела, твари замирали на какое-то время, словно пытаясь осознать, что означает эта звуковая волна, а затем снова начинали свое движение.

Детектив медленно шел по лестнице, пятясь спиной наверх и периодически стреляя в бледные тела пауков. Воздух становился все холоднее, и Джек понял, что они приближаются к поверхности. Изо рта уже явственно шел пар от частого дыхания, а перила, поначалу гладкие и скользкие, теперь были покрыты белесым слоем инея. Кое-где он был стерт руками Кайла и Евы, которые с помощью рук взбирались все выше и выше.

Вскоре Джек расслышал отдаленный голос Пирсона, который что-то кричал ему сверху. Его слова потонули в эхе очередных выстрелов. Если наверху не было выхода, значит, их ждала скорая смерть от рук этих уродливых созданий. Если же выход был, то им предстояло умереть от лютой стужи. Какая смерть хуже – он не знал, да и думать об этом было некогда.

В очередной раз прицелившись в мелькнувшую на мгновение голову циклопа, Джек плавно нажал спусковой крючок. Сухой щелчок возвестил его о том, что патронов больше не было. Это было досадно, и Стоун, выругавшись, швырнул автомат вниз. Ударяясь об обледеневшие ступеньки, бесполезная железяка с грохотом полетела вниз. Джек смотрел, как автомат кувыркается, отскакивая от деталей металлической конструкции, и пытался придумать, как еще можно остановить этих тварей. Оружия не было, ножа тоже. Оставалась только рукопашная схватка.

Сверху вновь донеслись крики Пирсона. Что он там кричит? Джек никак не мог разобрать слов, которые двоились и троились из-за эха и поднявшегося невесть откуда морозного сквозняка.

С другой стороны, сквозняк означал, что наверху все же есть выход. Стоун развернулся и быстро побежал по лестнице.

Выскочив наружу, Джек на секунду замер. Он уже успел отвыкнуть от этого пронизывающего ветра и слепящего снега. Его куртку разорвал тигр, и он ее давно выбросил, а тонкий свитер, надетый поверх футболки, был плохой защитой в этих суровых условиях. Мороз моментально пробрал его до костей, и по телу невольно пробежала волна озноба.

Пирсон и Ева брели сквозь снежную бурю шагах в двухстах от него. Догонять их Джек не видел смысла – на таком морозе ему не протянуть и получаса. Окинув товарищей прощальным взглядом, Стоун решил было вернуться к винтовой лестнице, но вдруг сверху послышался стрекот. Подняв голову вверх, детектив сощурился от падавшего в лицо снега. Огромная темная тень пронеслась по небу, и Джек даже не понял, что это было. Его тело замерзало с огромной скоростью, и мозг быстро погружался в сон.

Кожа лица горела, а вокруг рта уже успели нарасти небольшие сосульки, которые, цепляясь за его бороду и усы, сплетались в диковинную ледяную мозаику. Было чертовски холодно. С каждым порывом ветра мышцы сковывало, и ему уже не хотелось ничего делать.

Темная тень снова пронеслась над ним, на этот раз гораздо ниже. Это был вертолет, но Джек смотрел на него отстраненно, словно со стороны. Холодно. Очень холодно. Он уже почти не чувствовал пальцев своих рук. Ресницы и волосы на голове превратились в сплошную белую шапку. Снег мешал смотреть, но сил поднять руки и стряхнуть его, не было.

В голове засела устойчивая мысль.

«Это нацисты. Вертолет Фогеля…»

Порыв ветра сбил Стоуна с ног, но он не хотел умирать вот так, без боя. Теряя тепло с каждой секундой, тело стремительно слабело, отказываясь выполнять его команды. Поднявшись на колени, Джек посмотрел в сторону большой винтокрылой машины, которая садилась на лед и была окружена целым вихрем поднявшегося снега. Лопасти вертолета со свистом рассекали воздух, и Джек попытался разглядеть фигуры людей, бежавших к нему навстречу.

«Нацисты…»

Мозг подсказывал, что надо бороться, но руки уже одеревенели настолько, что ими невозможно было пошевелить. Когда две фигуры подхватили его под мышки и поволокли спиной к вертолету, Джек смотрел назад, не в силах воспротивиться происходящему. Он видел, как из щели наружу медленно выскочили несколько белесых тварей. Видел, как они замерли, в нерешительности разглядывая открывшуюся им картину полярного мира. Было ли им холодно? Джек не знал этого. Ему казалось, что одна из тварей смотрит ему прямо в лицо, уставившись на него своими слепыми от рождения глазами.

Его втащили внутрь кабины и смутно знакомый голос произнес:

– Скорее положите его в эту капсулу! Нужно сохранить его тело от переохлаждения.

Он ничего не чувствовал. Глаза закрылись, и мир погрузился в темноту. Мозг детектива работал так, словно вместо извилин у него в черепушке был налит вязкий кисель. И все же он вспомнил этот голос. Это был голос Оливера Гранта.

На корабле полным ходом шла подготовка к отплытию. Джек не стал слушать советов корабельного доктора и лежать в постели. С обмотанными бинтами кистями обмороженных рук он явился в кают-кампанию, где Пирсон вел какое-то совещание. Грант все еще ходил с рукой на перевязи, и похоже, что здоровых в этой комнате не было. Лицо самого Кайла Пирсона было густо намазано медицинским кремом, что, впрочем, нисколько ему не мешало. При появлении Джека начальник службы безопасности «Атлантиса» прервал свой доклад и посмотрел на Стоуна. Затем, взглянув на его обмотанные руки, он пододвинул Джеку стул, но тот, помотав головой, отказался сесть:

– Я постою, – хрипло произнес детектив, губы которого растрескались на морозе.

– Как хотите, – сказал Грант. – Я бы хотел лично поблагодарить вас за свое спасение…

– Не стоит, – оборвал его Джек. – Считайте, что мы квиты.

Оливер осекся и смотрел прямо на детектива. Его прическа была безукоризненной даже в этих условиях, и Стоуну категорически не нравился этот франт.

– Я бы хотел поговорить с мистером Пирсоном наедине, – сказал Джек.

– Но мы обсуждали…

– Все в порядке, Оливер, – ответил Кайл. – Оставь нас ненадолго…

Когда Оливер Грант покинул каюту, детектив устало опустился на стул. Он посмотрел в лицо Пирсона и тихо спросил:

– Как он нашел нас?

– Если ты помнишь, то в диспетчерской нацистов были старые компьютеры…

– Вы что, умудрились написать ему? – Джек хотел улыбнуться, но из-за боли ухмылка вышла довольно кривой.

– Ну, все-таки Оливер из АНБ. Он умеет разбираться в таких вещах…