Грешные души - Мишина Влада Владимировна - Страница 54

– Проще говоря, напиться и совоку…

– Убэ!

– Прости, радость моя. Но это именно то, во что обычно превращается праздник Бастет.

– Не слушай этого старого вояку, Ифе. Праздник в Доме Бастет – священное действо. И лишь те, кто плохо умеют веселиться, тратят его на вино.

«Неужели боги вновь играют в сенет нашими жизнями? – раздумывала девушка. – Нам ведь действительно предстоит наведаться к Бастет и её артефакту. Если дойдём до Тота, конечно. И выживем».

– Возможно, дорога действительно приведёт меня в Бат, – немного натянуто улыбнулась Ифе.

– Тогда зайди там в любой храм и назови моё имя. Тебя проводят, – Каника сжала её руку.

– Увидел тебя, радость моя, и совсем забыл, что должен был сказать девочке! – Убэйд на секунду перевёл взгляд с жены на Ифе. – Твои спутники ждут тебя. Ваши верблюды готовы.

– А вы?

– Нам больше нет нужды ехать в Унут. Мы останемся прямо здесь ненадолго, – ответила за мужа Каника.

Они обменялись многозначительными взглядами, от которых Ифе покраснела.

– Добра вам! – поспешно сказала она.

– И тебе! Будем ждать в Бате!

Аментет вышла из шатра с ощущением небывалой лёгкости на душе.

Через несколько минут после того, как караван отправился в путь, Сет поравнялся на верблюде с Атсу, Кейфлом и Ифе.

– Анубис нас больше не потревожит, – спокойно сообщил он.

При упоминании имени бога, Ифе вздрогнула. Слишком ярким было воспоминание о её фантазии у чёрного шатра и во сне.

– Ты убил его? – спросил Кейфл.

– Конечно, нет.

На один краткий миг девушка действительно думала, что он мог так поступить. И с неожиданным облегчением выдохнула, услышав ответ.

– Я задержал его. Поговорил. А теперь у него есть выбор, как поступить. И при любом из раскладов для нас он не станет проблемой.

Сет, как обычно, говорил загадками.

– Мне бы хотелось знать больше. Обо всём, – взмолилась девушка.

– Уж прости, но большая часть из того, что ты говоришь, звучит как ложь. Или умалчивание, – поддержал её Атсу.

– Тебе ли говорить о лжи, вор? – бог обернулся, всмотревшись в лицо мужчины. – Выглядишь бледным.

Атсу действительно казался очень уставшим. Его качало на верблюде, и он в странной позе прижимал руку к груди.

– С тобой всё в порядке? – с тревогой спросила Ифе.

– Нормально, – буркнул он.

«Расскажи же им! Что, если Сет сможет помочь?» – думал Кейфл. Но заговорить сам не мог. Атсу просил его молчать.

– Я… – вор не смог договорить.

Он завалился на бок, падая под ноги верблюду.

– Амтова пасть! – выругался Кейфл.

Принц спешился, подбегая к вору. «Я сама не слезу!» – поняла Ифе.

– Сет, помоги!

– Меня не было два дня… Что с вами приключилось?!

Бог снял Ифе с верблюда, и они тоже склонились над Атсу. Он был без сознания.

У Ифе дрожали руки. По странному наитию она неуверенным жестом оттянула его веко. Белки глаз были покрасневшими, с очевидной желтизной и лопнувшими капиллярами. Девушка схватила вора за руку, которую тот во время пути прижимал к телу.

– Жгут?!

– Я наложил… – признался Кейфл. – Он не хотел говорить тебе, не хотел волновать. Атсу…

– Отравлен! – воскликнула Ифе.

– Откуда ты знаешь?..

– По глазам поняла. Почему молчали?!

Принц отвёл взгляд. «Неважно… Нужно ему помочь! Яд в крови. Угольная настойка не поможет. Способ был. Советник! Однажды его удалось спасти от похожего. Не помню…»

Каждое новое воспоминание давалось Ифе через боль и смятение. И сейчас память отказывалась повиноваться.

– Используйте хека!

Кейфл и Сет молча продолжали смотреть на умиравшего Атсу.

– У нас два артефакта! Хекау и бог! Используйте. Амтову. Хека! – не выдержала Ифе.

Принц медленно достал из-за пазухи каменную табличку.

– Я давно не лечил с помощью хека. Не знаю, получится ли.

– Должно получиться, – слова девушки звучали, как приказ.

– Надо сойти с дороги. Нас увидят, – сказал Кейфл.

Сет легко подхватил вора, а Ифе поспешно отвела в сторону верблюдов, привязывая их к пальме.

Когда они оказались скрыты за несколькими деревьями, Кейфл положил артефакт на грудь Атсу.

– Djet medu ʽnḫ ỉnˁwȝj[19]!

«Ну же!» – каменная табличка покрылась трещинами под пальцами хекау.

– ʽnḫ ỉnˁwȝj…

Артефакт рассыпался в пыль.

– Не хватило, – принц со злостью ударил рукой в песок. – И яд уже почти достиг сердца.

Ифе чувствовала слёзы на щеках.

– Есть ещё твой артефакт, – обернулась она к Сету.

– Вы готовы оставить нас беспомощными?

– Ты сам сказал, что Анубис больше не проблема! Значит, можно использовать божественную силу!

– Амт, Осирис, даже гончие Карателя всё ещё могут её учуять! Не так быстро, но могут!

– Тогда дай артефакт! Ты же бог, сможешь создать другой. Кейфл говорил, что нужно касание бога, – почти кричала Ифе.

– А ещё жрецы, ритуал и молитвы верующих. У меня этого нет, – с раздражением ответил Сет.

– Он умрёт!

– Зато ты, возможно, выживешь, если у меня или принца останется возможность использовать хека.

Видя отчаяние в глазах девушки, бог добавил уже спокойнее:

– Я действительно могу использовать божественную силу. Кратко и немного.

– Это спасёт его? – с надеждой спросила аментет.

– Я бог разрушения. Ярости. Песков. А не жизни.

– Тогда в чём смысл?

– Можно перенестись в Унут. Гончие могут учуять – но мы уже не так далеко, и риск невелик.

– Атсу можно будет отнести к моему наставнику. Он сильный хекау и учёный, – сдавленно предложил Кейфл.

– Это хорошо! По нашим следам всё ещё идут меджаи. Надо воспользоваться возможностью быстрого перемещения. Рискнуть, – согласилась Ифе.

– Отлично, – кивнул бог, не зная, что девушка ещё не договорила.

– Но сначала отдай Кейфлу артефакт, чтобы он помог Атсу.

В ответ на пристальный взгляд Сета, Ифе сердито сказала:

– Мы не знаем, сколько ему осталось! Не знаем, сможет ли наставник Кейфла помочь. Раз у нас есть способ спасти ему жизнь – мы должны им воспользоваться!

– Ифе права. Вор должен жить, – тихо добавил Кейфл, не сводя взгляда с тела Атсу.

«Смертные безумны и непоследовательны», – Сет хмуро смотрел мимо них в пустыню.

– Пожалуйста… – прошептала Ифе.

– А говорят, боги, вертят жизнями. Нам ещё учиться у вас двоих.

С этими словами Сет кинул хекау маленькую глиняную фигурку, исписанную иероглифами.

– Djet medu ʽnḫ ỉnˁwȝj!

Этот артефакт принц приложил не к груди, а ко лбу Атсу. Ифе с замиранием сердца следила за тем, как тело вора изогнулось под силой хека. «Живи!» – мысленно умоляла она.

– Давай же! – крикнул Кейфл.

Последний артефакт для хека стал пылью. Принц упал на колени, тяжело втягивая ртом воздух.

– Сетова ноздря… – голос Атсу был совсем слабым, но его услышали все.

– Так и быть, притворюсь, что не слышал, – отмахнулся бог.

– Атсу!

Ифе бросилась к вору, заключая его в крепкие объятия. Но как только до неё донёсся хрип Кейфла, тут же обернулась к принцу.

– Кейфл!

Девушка шагнула к хекау, но тот остановил её жестом.

– Всё в порядке. Давно сильную хека со слабыми артефактами не использовал.

Юноша был бледен. Он попытался встать, но вновь осел на песок. «Гордец!» – недовольно поджала губы Ифе, подходя и обнимая его. Вместе с объятиями девушка дала ему поддержку, чтобы Кейфл мог встать.

– Спасибо.

– Раз все живы и здоровы, предлагаю отправиться наконец в Унут, – подгонял смертных Сет.

Атсу поднялся на ноги и протянул Кейфлу руку.

– Должником буду.

– А я уж подумал, что мы друзья, – усмехнулся хекау.

«Принц и вор – друзья? Ну удумал», – довольно хмыкнул Атсу. Кейфл крепко пожал протянутую ладонь. А затем по-братски обнял вора, похлопав по плечу.

– Ты перенесёшь нас силой, как предлагал? – спросила Ифе Сета.