Глаза Сатаны (СИ) - Волошин Константин - Страница 113

С озабоченным лицом их встретил молодой испанец. Хуан решил, что это и есть дон Рассио. На вопрос хозяина, Хуан только спросил грубо:

– Сеньорита Габриэла приехала?

– Кто вы такой, что спрашиваете меня об этом?

– Немедленно отвечайте, сеньор, или я размозжу вам голову!

– Хорошо, хорошо, сеньор! Да, сестра приехала. И что с того?

– С кем она приехала? Одна, или с сопровождающим?

– Одна! Я ещё удивился этому, но она ничего не ответила, не пояснила. У неё было слишком сильное волнение. Но кто вы, сеньор?

– Мне немедленно нужно её видеть, сеньор! Где её спальня?

– Вы с ума сошли, сударь! Она девушка благородная и очень устала. Вы не знаете, откуда она вернулась! Я треб...

Хуан не дал тому закончить. Грубо оттолкнул, схватил подвернувшуюся служанку, встряхнул её, спросил грозно:

– Где спальня сеньориты? Веди немедленно!

– Вы не имеете права, сударь! Остановитесь! Я вам приказываю!

Ариас поднёс клинок шпаги к горлу дона Рассио, проговорив тихо:

– Спокойно, сеньор! Стойте спокойно, а то лишитесь очень многого! Сядьте!

Дон Рассио растерянно опустился в кресло, недоумённо вращал глазами и никак не мог понять, что же происходит.

Хуан быстро ворвался в спальню. Габриэла уже сидела на постели в шёлковом халате, видимо разбуженная криками и шумом.

Увидев Хуана, расширенными глазами уставилась на него, так и не закрыв рта, готовая обрушиться на служанку с руганью и упрёками.

– Слушай, ты, – тут же подступил Хуан к ней, – где Лало?

– Я... я... не знаю!

– Как это не знаешь? Вы вместе ехали и он неизвестно пропал? Отвечай немедленно, иначе тебе придётся остаться в рабстве до смерти. А она наступит очень скоро! Ну!

– Он... он... я никак не... – она запнулась, а Хуан схватил её за волосы, рванул на пол, наступил сапогом на лицо, прошипев:

– Раздавлю, паскуда! Где Лало?

Служанка в ужасе выбежала, хлопнув дверью.

– Его забрали альгвасилы, Хуан! Отпусти, мне больно!

– Это ещё не боль, подлая! Почему его забрали, как ты могла это допустить? Где он сейчас?

Она не смогла ответить. Слёзы брызнули из глаз, но у Хуана не дрогнула ни одна жилка.

– Наверное, в кордегардии, – пролепетала Габриэла с ужасом в глазах.

– Если ты тотчас не ответишь на все вопросы, то я тебя так отделаю, что и мать не узнает! Говори, сучка!

– На что он тебе нужен, Хуан? Он всего-навсего метис!

Хуана душило бешенство. Схватив её за нос, сдавил так, что брызнула кровавая пена, а Габриэла завизжала от боли. Он отпустил её, вытащил кинжал.

– Ты всё скажешь, или я начну тебе резать лицо, тварь!

Кровь размазалась по лицу, капала с подбородка, в глазах полно слёз, они обильно стекали по щекам.

Хуан слегка кольнул щёку. Габриэла опять завизжала, но кинжал полоснул под глазом, и полоска тотчас наполнилась кровью.

– Я всё скажу, всё! Только не трогай меня!

Хуан отнял кинжал от лица, в голове мелькнула мысль, удивившая его: «Я совершенно не испытываю к ней жалости. Мне приятно причинять ей боль, смотреть, как течёт кровь! Что это со мной?»

– Говори, – уже спокойно сказал Хуан, но кинжал в ножны не убрал.

– Я сдала его альгвасилам! Они шли мимо. Что ты сделаешь со мной?

Она говорила с трудом, не в состоянии сдержать рыданий и ужаса от боли и страха.

Хуану так захотелось ударить её по окровавленному лицу, что удержаться от такого соблазна было очень трудно. Он думал недолго.

– Ты поедешь со мной, опять будешь рабыней, стерва! И это будет долгое рабство! Или освободи Лало и тогда я ограничусь меньшим.

– Как я его смогу освободить? Он в тюрьме! Прости, Хуан!

– Пошлёшь братца в город. Пусть он привезёт Лало, и тогда я отпущу тебя за выкуп в тысячу дукатов, дорогая! И пусть поспешит, я ждать тут целый день не намерен.

Хуан открыл дверь и крикнул в пустоту:

– Давай сюда сеньора! И побыстрее!

Он обернулся к Габриэле. Вид её был ужасный. Вся измазана кровью, в слезах, с растрёпанными волосами. Она продолжала лежать на полу, глаза безумно блуждали по комнате.

Хуан смотрел, как дон Рассио спешил к спальне, а следом, не поспешая, семенила её мать с платком, прижатым к глазам и носу.

– Сеньора, вам не стоит входить, – решительно преградил он путь несчастной довольно полной и бледной женщине. – Это не для вашего сердца.

Она попыталась сквозь слёзы что-то говорить, Хуан бесцеремонно закрыл дверь, слыша, как дон Рассио с ужасом в голосе, что-то говорит сестре.

– Ты сказала, что требуется от твоего брата, Габриэла? – спросил Хуан жёстко, бледный, немного сам растерянный и озлобленный до предела.

– Что вы сделали с сестрой, негодяй? – Рассио сделал движение броситься на Хуана, тот опередил его, хлёстко ударив шпагой по рёбрам, от чего лейтенанта флота перекосило.

– Расси, не трогай его! – голос Габриэлы взвился к потолку. – Тебе с ним не справиться. Ты не знаешь, на что он способен!

– Как вы могли так поступить с девушкой, подлец! А считаете себя дворянином! Пользуетесь тем, что я без оружия?

– Я буду к вашим услугам, но только после выполнения вами моих заданий!

Хуан слегка дрожал и никак не мог справиться с этим.

– Не обращай внимания на его слова, Расси! – опять закричала Габриэла. – Он убьёт тебя быстрее, чем ты сможешь сообразить, что произошло! И выполни все его поручения!

– Что за поручения, Габи? И кто он такой, что осмеливается напасть на благородного идальго в его собственном доме? Я требую объяснений!

– Извольте, сеньор, – с усмешкой ответил Хуан, посмотрел на девушку, на лице которой можно было заметить массу переживаний и чувств.

– Нет! Никаких объяснений, Расси! Видишь, что он сделал со мной? А тебя он просто прикончит, не моргнув глазом!

– Тогда, что я должен сделать, Габи? Это избавит нас и тебя от этого кошмара? – Рассио со страхом посмотрел на страшное лицо сестры.

Она не ответила, посмотрела заплаканными глазами на Хуана. Дон Рассио, ничего не понимая моргал глазами, его красивое лицо выражало крайнюю степень недоумения.

– Сеньор, – обратился Хуан к испанцу весьма учтиво, – ваша сестра засадила совершенно невинного человека в тюрьму. Я хочу, чтобы его освободили, и немедленно. В противном случае я устрою ей то, что она уже испытала. Поэтому вы тотчас едете в город и привозите этого человека сюда. И я сам исчезну из вашего дома и вообще...

Рассио вопросительно посмотрел на Габриэлу.

– Прошу тебя, Расси, не спрашивай ничего! Просто выполни его требование!

– Но мне хотелось бы знать, что всё это значит? – попытался протестовать молодой лейтенант, зло глядя на Хуана.

– Умоляю, Расси! Не тяни! Ты видишь, что он сделал со мной? Он легко может истребить всю нашу семью! Поспеши, прошу!

– Сеньор, я присоединяюсь к вашей сестре. Поспешите, у меня нет времени тут попусту разговаривать. Того человека зовут Лало Лопес, он метис, пеон, и он совершенно ни в чём не виноват. Да вы его знаете. Он бывал у вас по вопросу выкупа за вашу сестру. И прошу, поторопитесь!

– Выходит, вы тоже имеете к этому отношение, сеньор, как там вас...

– Неважно, дон Рассио. Главное, доставить сюда этого метиса Лало.

– Я подчиняюсь, но ничего не понимаю, – заявил подавленно лейтенант.

– И предупреждаю вас, сеньор. Не делайте ошибок, подобной вашей сестре. Иначе вся ваша семья будет уничтожена. И я не шучу, сами можете убедиться, – Хуан кивнул на Габриэлу. – Никаких стражников, никаких тайных альгвасилов. Я достаточно осторожен, чтобы успеть избавить вас и от семьи, и от вашей асиенды, дон Рассио. Вы поняли меня?

Дон Рассио немного помедлил, но всё же, идя на уступки сестре, ушёл в конюшню готовить лучшую лошадь.

– Габриэла, сиди здесь и не выходи никуда. Я пришлю служанку. И не вынуждай меня прибегать к резким мерам. Ты это должна теперь понять, что мне с тобой шутить не охота.

Он вышел в гостиную. Там его ожидала неприглядная картина. На полу, подплывая кровью лежали два огромных пса, из которых один ещё тихо скулил, раненый и дёргающийся в попытке уползти.