Ведьма для императора (СИ) - Ву Дарья - Страница 47

Кайра и другие Старейшины обменялись неясными мне взглядами. Кайра вновь взглянула на меня. Теперь с презрением.

— Ведьма, твои слова скоры, как ненадёжные ветры. Мы не обязаны ничему твоему мужчине. Он убил наших дочерей.

— Но он невиновен! — не сдавалась я. — Коэн никого не убивал.

Старейшина Зара, вторая из престарелых гарпий, что-то недовольно прострекотала на мои слова.

Сквозь поднимающееся отчаяние я взглянула на них.

— Пожалуйста, я готова заплатить любую цену за его свободу, — сглотнула я, озираясь и понимая, как много гарпий пришли посмотреть на нас. — Коэн важен для меня.

Кайра хмуро взглянула на меня.

— Ни цены, ни просьбы не сделают твоего мужчину свободным. Если это всё, для чего ты пришла, покинь наши земли.

Сжимая руки в кулаки, я смотрела твёрдо, несмотря на невидимую угрозу, ощущавшуюся в воздухе.

— Великая Старейшина Кайра, вы не можете осуждать его за преступления, которые он не совершал. Коэн невиновен в убийстве гарпий. Дайте мне хотя бы шанс доказать это.

Третья Старейшина, Верда, насмешливо улыбнулась.

— Доказательства, огненная ведьма?

Кайра подняла руку, знаком создавая вокруг меня прозрачный водяной барьер. Я почувствовала, как влажные капли опускаются на мою кожу, охлаждая её. Мара встрепенулась, перья её поднялись дыбом, но она не смела сказать ни слова против Старейшин. Я поняла, почему она не хотела, чтобы я защищала Коэна, но отступать оказалось слишком поздно. А, раз так, стоило пойти до конца.

— Если вам нужна жертва, пусть это буду я. Отпустите Коэна. Он невиновен, и я готова доказать это.

В ответ Кайра лишь махнула рукой, и барьер сжался, создавая чувство удушья. Несмотря на угрозу, я оставалась непоколебимой, стояла прямо, словно водяные тиски не сжимали всё моё тело. Несмотря на давление водяного барьера, я не отрывала взгляда от трёх Великих Старейшин гарпий.

— Великая Старейшина…Кайра, я готова… пройти через любые испытания, — с трудом проталкивала я слова, — чтобы доказать его невиновность. Если я не смогу это сделать, обещаю… подчиниться вашим законам. Но дайте мне шанс… Всего один шанс, — я понимала, что не только тенери любили решать вопросы битвами. — Пусть наша судьба решится в справедливом поединке.

Старейшина Кайра задумчиво посмотрела на меня. Затем она медленно кивнула, и водяной барьер рассеялся. Я покачнулась и с трудом устояла на ногах. Хотелось кашлять, горло саднило, но я лишь сильнее сжимала кулаки.

— Хорошо. Ты получишь свой шанс, но помни, если проиграешь, умрёшь вместе с ним.

Пряча дрожь, я поклонилась Старейшинам. Умирать не хотелось, но и сбегать тоже.

— Спасибо, Великая Старейшина Кайра.

Встретившись взглядом с Марой, я шагнула к ней, но женщина отрицательно мотнула головой и дала понять, что мне необходимо оставаться на месте. Напряжённо осознавая, что теперь на мои плечи легла ответственность не только за спасение Коэна, но и за сохранение своей жизни, я ждала, что велят делать дальше.

— Проводи её, — произнесла Зара.

Мара одарила меня таким взглядом, словно хотела влепить пощёчину, но сдержалась. Она направилась к коридорам и звонко, командой сказала пойти за ней. Так я и сделала, чувствуя на себе недовольные взгляды гарпий.

— Я просила молчать, — на родном для меня языке произнесла Мара, и голос её надломился.

— Всё нормально, — захотелось мне её успокоить.

— В каком месте? — клацнула она клювом. — Ты ушла к гарпиям, а попала в Саад. Это моя вина, что дала нестабильный артефакт, но как ты могла вступиться за саадца? За того, кто убил моих сестёр?

— Он не убивал, — я обняла себя за бока. — Коэн не стал бы убивать кого-то, если можно обойтись без смерти.

Мара не ответила. Она повела меня вверх по извилистым рукавам пещеры, к слабому свету, к шуму моря. На поверхность.

Там на площади, походящей на огромный амфитеатр, уже собирались гарпии, вероятно, перелетевшие на своих сильных крыльях и так обогнавшие нас. Когда мы достигли центральной площади, Старейшины уже собрались в полукруг, их перья блеснули на блёклом. Кайра выделялась, стоявшая впереди своих сестёр на возвышении.

— Огненная ведьма, ты просила суда кровью, — объявила Кайра, её голос звучал волнующе. — Если ты победишь в поединке, то сможешь забрать своего мужчину, но если проиграешь, вас обоих казнят.

Я кивнула, стараясь дышать ровнее. Мысленно я воззвала к огню и почувствовала его внутри себя. Ощутила, как его жар расползался по венам, переполняя меня. Трибуны поглотил шум голосов. Руки, потрескивая вспыхивающими искрами, дрожали. Губы дрожали. Я передумала сражаться. За что? Ради чего?

— Ты справишься, — гаркнула Мара.

Я всхлипнула. Перед глазами поплыло от выступивших слёз, но Мара права. Я просто не имела права не справиться. Мара, единственная, кто долгое время заботилась обо мне, верила в меня. Коэн, единственный, кто, даже не зная меня, взял под свою опеку, мог умереть. Я не могла потерять того, кто сделал для меня столько добра.

— Я готова, — сказала я.

Внутри меня разгоралось пламя решимости, готовое осветить мне путь.

Толпа гарпий гудела, как бушующий ветер, когда я и Кайра встали друг против друга на песчаной арене. Я сглотнула. Я не ожидала, что выйду против одной из местных Старейшин. Гарпии взмахивали крыльями, создавая воздушные вихри.

Кайра, высокая и гордая, глядела на меня уверенно и горделиво.

Другая Старейшина, я не видела, которая, громко свистнула.

Сигнал дан, и поединок начался. Я рванулась вперёд, выпуская огонь. Кайра ответила воздушным вихрем, запущенным одним-единственным взмахом крыльев.

Каждое движение, каждый удар наполняли арену энергией. Огонь танцевал вокруг моих рук, рассыпаясь искрами на песок, а перья Кайры взмывали ввысь, оставляя в воздухе яркий след.

Глава 76

Коэн

Говорят, тенери жестоки. Говорят, конечно, те, кто никогда не сидел в темницах гарпий. Мы хотя бы кормим своих пленников. Здесь единственным, что могло попасть мне в рот, была пресная вода, тонкой струйкой стекающая по стене.

Я сомневался, что вскоре или когда-либо вообще, сумею вернуться домой. Оставалось лишь сидеть в цепях из особого металла, не пропускающего магию, и ждать казни. Порой мою камеру заполняли солнечные лучи. Они озаряли ещё одного пришлеца, чью участь мне предстояло разделить. Его иссохшее тело сидело напротив меня. Ни рогов, ни острых ушей. Мужчина с руками и ногами, но наделённый клювом. Должно быть? нарушил не один закон, раз ему вырвали крылья и оставили помирать в одиночестве. Интересно, своего гарпии кормили?

Когда камера погружалась в тени, я каждый раз взывал к ним. Без толку. Хотелось подозвать немного, хотя бы банальной для подпитки. Ничего. Потому, когда скрипнула металлическая дверь камеры, не поднимая головы, я затребовал хотя бы разового питания, коли убивать не собираются.

— И больше ничего? — донёсся до меня усталый и знакомый ведьмин голосок.

— Летта, — шепнул я, стремясь встать, но оковы не позволили подняться.

Она улыбалась, криво, болезненно. Правая часть её лица превратилась в один сплошной синяк. Руки и ноги запачкались в крови. Бледная подобно смерти Летта покачивалась, но упрямо шла ко мне.

— Откуда? — выдохнул я.

Опустившись возле меня и откашлявшись кровью, девушка обиженно заметила, что я выгляжу куда лучше, а ей обо мне печать дала знать, так почему мне о ней не сообщила?

— Оковы сдерживают магию, — я потянулся к ней, тихо радуясь, что мог дотянуться.

Летта расплакалась и забралась ко мне на колени. Обняла за шею, обдав ярким кисловатым запахом крови, смешанным с горячим потом. Она тряслась и рыдала, вжимаясь лбом в моё плечо. Всё, что я мог, это целовать её макушку и шептать слова поддержки, не понимая, откуда она взялась, и что это значит.

Следом за Леттой появилась недовольная гарпия. Её я ещё не видел, но сразу понял, что та мне не рада. Её взгляд был таким, словно я обокрал гарпию, забрав всё самое ценное и не позабыв сообщить об этом бывшей хозяйке полученного добра. Без слов она подошла к нам. Схватила Летту за локоть и отдёрнула от меня, поставив на ноги. Я дёрнулся, но заметил, что гарпия не желала ведьме зла. Она лишь помахала перед моим лицом ключами.