Развод. Я буду свободна (СИ) - Эйзинбург Шарлотта - Страница 24

— Привет, сынок, — сказал я, опуская дорожную сумку на пол.

— Папочка, смотли, — Вася начал крутить передо мной листочком бумаги, показывая своим маленьким пальчиком на каракули исчерченные акварельной краской.

— Ну-ка, рассказывай, что у тебя здесь, — я подхватил сына на руки и взял рисунок в руки, демонстративно рассматривая.

— Это ты, — сын указала пальчиком на синий кружок на ножках. — А это мы с мамой тебя ждём.

— Ничего себе! Очень красиво, — я поцеловал сына в щёку, он начал заливисто смеяться и крепко прижал мою голову своими маленькими пухлыми ручками.

Я всё был готов отдать за его смех. Лишь бы мой сын всегда был здоров и улыбался.

— Ты мой будущий художник, — я подбросил сына к потолку, он весело запищал.

— Серёж, не урони его, — Маргарита стояла, облокотившись о дверь гостиной, и наблюдала за нами.

— А мы с мамой сегодня ездили к дяде, он мне вот, что сделал, — Вася протянул мне пальчик, на котором осталась маленькая отметина от иголки.

— И ты совсем не боялся?

— Неть, — малыш замотал головой, надув пухлые губки. — Я зе мусиина.

— Правильно. Ты мужчина и должно терпеть, — я поставил Васю на пол и погладил по взъерошенным кудрявым волосам.

— Привет, — я подошёл к Маргарите и поцеловал её в щёку. — Что говорит врач?

— Врач сказал, что всё хорошо. Поводов для беспокойства нет.

— Ну это же отлично, — я обнял Маргариту и прижал к себе.

Маргарита моя подруга детства, и уже три года как мать моего сына. Я помню её ещё совсем маленькой девчонкой. Мы вместе лепили фигурки из песка на детской площадке, пока наши мамы перемывали косточки нашим отцам. Мы жили в одном доме, ходили в одну школу. Я был для неё как старший брат, который всегда выслушает, поможет, подскажет, защитит. Она была моей маленькой сестрой, которая несмотря на юный возраст всегда старалась поддержать меня и помочь. В подростковые годы мы вместе сбегали из дома. Сидели на лавочке и грели друг друга, как два замёрзших котёнка. Мы делили проблемы друг друга, до слёз радовались победам. Мы были как одно неразделимое целое.

Маргарита жаловалась мне на своих нерадивых парней, я же просил у неё совет по поводу отношений с девушками. Она была невероятно красивой. Роскошная брюнетка с пухлыми губами и аппетитными формами. Рита была воплощением женственности и нежности. И многие мои друзья задавали мне вопрос по типу: «Сергей, у тебя под носом такая роскошная цыпа, а ты до сих пор не овладел ею? С тобой всё в порядке?». Сначала я отпирался, придумывал отговорки. Мол: «она мне как сестра! Да вы, что это же инцест!».

Но как-то вечером, когда я уже во всю работал помощником прокурора. Рита позвонила мне и в слезах попросила приехать поддержать её. Ни секунды не раздумывая, я сразу сорвался и помчался к подруге. Оказалось, что она рассталась с парнем, с которым была в отношениях более четырёх лет. Они начали встречаться, когда она только закончила школу. Для Риты это было настоящим ударом, сидя у меня на коленях она проревела всю ночь. Именно тогда между нами впервые проскочила искра. Долгие душевные разговоры вылились в страстные поцелуи, а затем… Ну и так понятно, к чему это всё привело.

Ни одна девушка не давала мне такой энергии как Маргарита. В постели она была настоящей тигрицей. Сладкий, бешенный, неконтролируемый кайф растекался по моему телу. Меня будто прошибло током. Но сейчас я осознаю, что дело было не в виртуозных способностях Риты, а в том, что она была для меня запретным плодом и я испытал настоящее наслаждение наконец завладев ею.

К сожалению, тогда мы были молодыми и не смогли осознать, что именно между нами произошло. Мы решили, что всё это эмоции и всплеск гормонов не более.

Да, не спорю, после этого мы целый месяц изображали пару. Хотели попробовать, что из этого выйдет. Но увы, тогда нам не хватило мозгов, чтобы понять, что наш союз это нечто идеальное и что любая пара стремиться именно к таким дружеским и тёплым отношениям как были у нас. Мы не воспринимали наши потрахушки как нечто серьёзное. Маргарита называла это антристрессом, не более. В конце концов я встретил Марину, а Маргарита вернулась в свои прошлые отношения. И мы оба очень сильно ошиблись в выборе партнёров…

Глава 36 Воспоминания Сергея

— Привет, ты автор? — я обратился к девушке в забавном полосатом свитере.

— Здравствуйте, — она мило засмущалась и начала теребить край свитера руками. — Да это моя работа. Вам нравится?

Встретившись с прекрасной художницей глазами, мне кажется влюбился с первого взгляда, как пятнадцатилетний мальчишка. Через меня будто ток пропустили, тут же случилась остановка сердца, дыхания, разрыв мышц. И всё…Парень поплыл.

В растянутом, ярком, полосатом свитера, скорее всего ручной вязки, в равных голубых джинсах, с копной вьющихся волос, цвета шоколада, она подошла ближе и начала, что-то увлечённо рассказывать о своей картине. Она немного заплеталась, смущалась, нервно облизывала свои пухлые губки и снова что-то без умолку тараторила. Но я её не слушал, не мог отвести взгляд от её курносого носика, усыпанного мелки веснушками.

На выставку меня пригласила Маргарита. Она училась в художественном университете. Рита была не только безумно красива, но и очень талантлива. Её работы выигрывали в международных конкурсах, она купалась в славе. Тогда, мы ещё были якобы в отношениях. По крайней мере, все вокруг думали, что мы пара. Но по факту, я знал, что Маргарита в тайне от меня бегает к своему бывшему парню, который в какой-то момент осознал, какой ценный алмаз потерял и начал предпринимать активные действия по её возвращению. А она что? Дурочка, маленькая, гормоны, эмоции. Не смогла устоять перед его напором. Да и мы друг другу ничего не обещали. Тем более Маргарита планировала переехать в другую страну, после окончания учёбы. Поэтому я, ни разу не смутившись, решил взять в оборот прекрасную незнакомку в растянутом свитере.

— Меня Сергей зовут и мы можем перейти на ты, если не против, — я протянул ей руку.

— Марина, — она пожала мою руку в ответ и по-детски, наивно засмеялась. — Это моя первая картина, которую взяли на выставку. Я так рада, что вам понравилось.

— Марина, она мне настолько понравилась, что я готов её у тебя купить.

А дальше между нами вспыхнуло пламя. Пожар, который было невозможно остановить. Меня покорила её красота, её лёгкость, воздушность, а ещё её невинность. Она была чистой, нетронутой. Росла только для меня одного. Я чувствовал собственническую власть над ней. Мне не хотелось делиться своей добычей. Доходило до безумного, что я ей запрещал общаться с противоположным полом, даже по работе, даже с родственниками. Меня бросало в холодный пот, когда к моей Марине приближалась особь мужского пола. Я был готов вцепиться в него руками и ногами и разорвать на части, лишь бы он не подходил к моей женщине.

Пламя наших отношений быстро разожглось, но и также быстро потухло. В какой-то момент Марина, начала вести себя совсем иначе. Пропала её задорность, её детская невинность, её искорки в глазах от которых у меня по телу всегда бегали мурашки. Она стала обычной девушкой, ничем непримечательной, без конца сидела в своей мастерской и писала картины, не уделяя мне внимания. Возможно наши отношения сгубила бытовуха, а возможно у нас и любви никогда не было. А была обычная влюблённость и привязанность. Я полностью погряз в работе и жил своей жизнь. Марина жила своей. Наше общение скатилось до того, что мы просто здоровались утром и желали спокойно ночи вечером.

Однажды за ужином, когда мы только переехали в новый город, Марина обратилась ко мне с одной просьбой:

— Серёж, сегодня вечером я иду на выставку. Меня пригласили, — сказала она, нарезая мясо в тарелке. — Ты сможешь меня забрать?

— Что ещё за выставка? Почему ты мне не рассказывала?

— Меня только сегодня позвали, так сможешь меня забрать?

— А я что не могу сопроводить свою любимую жену на выставку? — недовольно спросил я.