Развод. Я буду свободна (СИ) - Эйзинбург Шарлотта - Страница 34

— Это ещё почему? — удивилась я и повернулась недовольно нахмурив брови.

— Потому что на улице минус двадцать, а ты в платье. Давай доставай штаны потеплее и свитер, чтобы поясницу прикрывал.

Я недовольно закатила глаза. Но он прав, я не должна подвергать риску ни своё здоровье, ни тем более здоровье малыша.

Переодевшись по погоде я вышла в коридор и села на пуфик, чтобы надеть обувь. Артём присел рядом со мной на корточки, отобрал у меня ботинок и надел их на меня. Прям как на маленького ребёнка. Да я в принципе себя с ним ощущала как маленькая девочка, мозг отключался и я полностью доверялась ему. Он мягко застегнул ботинок, при этом тёплой ладонью, прикоснувшись к икрам и мягко размяв их. Это было так чувственно, что тело прошибло током.

— М-м-м, — замурчала я, прикрывая глаза.

— Нравится? — спросил он, нежно поцеловав меня в губы.

От его прикосновений и поцелуев моё тело окончательно размякло и поплыло. Мозг плавился словно льдинка на солнце. И когда моя жизнь успела так круто повернуться?

**

Через пару дней я бегала по квартире, суетливо собирая вещи в чемоданы и коробки. Артём все таки уговорил меня переехать к нему в квартиру в Москве. У меня не оставалось выбора, так как в квартире, где я жила с Сергеем я не могла свободно дышать. Каждый элемент интерьера душил меня, высасывая последнюю энергию. К тому же мне позвонила мать почти бывшего мужа и тонко намекнула,

чтобы я выметалась из квартиры её сыночки-корзиночки, так как у них есть на неё свои планы. Здесь была просто отвратительная энергетика, как будто сам сатана открыл филиал ада на земле. Без шуток, но я бы советовала родителям Сергея освятить её перед тем как сдавать.

Аккуратно складывая одежду по стопочкам, я почувствовала скатившуюся по моей щеке слезу. Сбросив её рукой я оглядела гостиную. В груди всё сжалась. В голове быстрой молнией пролетели воспоминания нашей совместной жизни с Сергеем. Я вспомнила как мы только въезжали в эти апартаменты, как дурачились распаковывая коробки. Сергей тогда подхватил меня на руки и начал кружить по комнате, а я заливалась весёлыми смехом и игриво лупила его по спине. Но череду ярких и добрых воспоминаний резко накрыла тьма, как бы перечёркивая всё хорошее. Я погрузилась в свои мысли, перебирая сцены как в этой самой комнате Сергей избивал меня, как он издевался надо мной, обзывал, унижал и втаптывал в грязь. Я потрясла головой, чтобы отбросить все мысли и продолжила сборы. Осталось немного и я, наконец, покину эту проклятую квартиру. И навсегда отрежу нить, которая связывала нас Сергеем.

Правда воспоминание о браке с этим чудовищем навсегда останется со мной. Я молилась, чтобы наш общий малыш не перенял гены своего нерадивого папаши. И я сделаю всё возможное, что бы ребёнок никогда не узнал, кто его настоящий отец и уж точно не стал его искать, когда вырастит. Я часто читала историю, о том, как дети уже во взрослом возрасте пытаются найти своих родных отца или мать. Зачем? У каждого есть на то свои причины. Но я уверена, что Артём даст ребёнку намного больше, чем его родной папаша.

Мой нескончаемый поток мыслей прервал звонок в дверь. Я вышла в прихожую, и посмотрела в глазок. В коридоре, перед дверью стояла красивая брюнетка, которую я ни с кем не спутаю.

Глава 47 Всё прошло

— Здравствуй, Маргарита, — чуть запинаясь сказала я.

— О, ты помнишь моё имя, — она удивлённо вскинула бровь и улыбнулась оголив, белоснежную улыбку. — Марин, я к тебе с хорошими намерениями, можем поговорить.

Я сделала шаг назад, впуская незваную гостью на порог уже не своего дома. У неё в руках был маленький чемоданчик и на плече висела дорогущая сумка с надписью PRADA. Интересно, настоящая? Я всегда мечтала о подобной, но в браке с Сергеем приходилось довольствоваться нашими российскими брендами, которые тоже весьма неплохи.

— Уго, ты переезжаешь? — она хихикнула и каким-то слишком наглым видом осмотрела квартиру, пройдясь наманикюренным пальчиком по раме с дорогой картиной, которую Сергей привёз из Парижа.

— По какому делу ты пришла? У меня мало времени,— я скрестила руки на груди.

Я крутила в голове мысли, но не было ни одной идеи, зачем бывшая подружка Сергея заявилась к нему домой. Тем более Сергей мне говорил, что они давно не общаются, с тех пор как она уехала в Париж на учёбу.

— Картина, красивая, как художник говорю, — сказала она, оценивая полотно, теперь уже с моей работой.

— Спасибо, — недоверчиво кинула я.

— Марин, разговор предстоит долгий. Может быть выпьем чаю, я принесла коробочку конфет, — она достала из большой модной сумки коробку шоколадных конфет, перевязанную красной лентой. — Это дорогой, бельгийский шоколад, попробуй, — она наигранно улыбнулась.

Несмотря на то, что она максимально хотела казаться милой, у меня эта персона вызывала невероятную антипатию. Как будто вторая Нора зашла в дом. И самое паршивое, что я понятие не имела, что ей от меня надо.

— Да, пройдём, я поставлю чайник.

Мы молча зашли на кухню. Она деловита села за стол, раскрывая упаковку конфет. Я же стараясь скрыть нервозность, налила воды в чайник и поставила на огонь. Спиной чувствовала испепеляющий взгляд Маргариты. Казалось, что она сейчас прожжёт во мне дыру. Она как ведьма излучала ауру преисподней. Либо мой беременный мозг так считал и уже в каждом человеке, кто был приближён к Сергею видел врага.

Также молча поставив, чашки с блюдцем я налила травяной чай и вопросительно взглянула на Риту. Она деловито постучала ноготками, выкрашенными в ярко красный цвет, по чайной чашке и подняла маленький чемоданчик с пола.

— Марин, я хотела тебе отдать то, что принадлежит по праву тебе, — она передала мне чемоданчик.

Я неуверенно взяла его в руки, с интересом разглядывая.

— Открывай, — сказала она полушёпотом, наблюдая за мной.

Я тяжело сглотнула, окинула взглядом сначала Маргариту, затем снова чемоданчик. Нет, ну, если там бомба, то вряд ли бы Маргарита сидела рядом. Или это такой детский прикол? Я сейчас открою и на меня брызнет краска. Хотя бред какой-то, зачем Маргарите заниматься таким детским садом?

Выдохнув, я открыла щеколду чемодана и подняла крышку. Внутри красивыми стопками, как в фильмах лежали деньги. Я нахмурила брови и неуверенно почесала лоб.

— Это что? — спросила я немного дрожащим голосом.

— Это деньги, которые твоя бабушка оставила тебе в наследство, — спокойно сказала она отхлёбывая чай, прикусывая конфетой. — Угощайся конфеткой, — она протянула мне коробку с шоколадками.

— Прости, но я ничего не понимаю, — я взяла конфету и положила обратно на стол, приобняв себя руками.

От воспоминания о моей бабушке у меня затряслись руки, а к горлу подступил комок. Хотелось забежать в комнату и спрятаться под одеяло как маленькая.

— Я сейчас тебе всё объясню, успокойся и сядь.

Я покорно села, продолжая смотреть на чемоданчик с деньгами. Дело не в том, что меня заинтересовали деньги. Мне было неспокойно на душе от запутанных мыслей. И причём тут моя бабуля? Каким образом Маргарита с этим связана?

Маргарита тяжело выдохнула, промокнула салфеткой рот и положила свою руку на мою.

— Ты наверное знаешь, что мы с Сергеем дружим с детства, даже когда ты появилась в его жизни, мы все равно продолжали общаться. У нас с ним есть общий сын.

Я округлила глаза, машинально выдернув свою руку из её ладони. Стиснув зубы, я начала бегать глазами по кухне, пытаясь перевести дыхание и остановить беспощадный поток мыслей.

— Я понимаю твои чувства сейчас, Марин, — она откинулась на спинку кресла. — Просто сейчас, когда Сергею грозит заключение на десять лет, я не вижу смысла от тебя это скрывать.

— Сколько лет вашему ребёнку? — нервно спросила я, подавляя бурю внутри себя и облизывая пересохшие губы.

— Три года.

«ТРИ ГОДА!» — эхом отдалось у меня в голове. Теперь понятно из-за чего Сергей возненавидел меня. Я стала для него обузой, не нужной, неугодной женой, которая даже ребёнка не смогла ему родить за шесть лет. Наши отношения превратились в неликвидное предприятие, от которого проще избавиться, чем продолжать пытаться спасти. И всё из-за женщины, сидящей напротив меня!