Печально известный наследник (ЛП) - Мичелс Элизабет - Страница 13

Его рука опустилась, когда он увидел слезы в ее глазах. Пожалуйста, не плачь, молча взмолился он. Он просто немного повеселился. Он никогда не хотел причинить ей боль. “Ты не дурак и никогда им не будешь. Вот твоя записка. Приношу свои извинения”.

“О”. Она выглядела шокированной сменой темы, но, тем не менее, взяла бумагу обратно. “Что ж, спасибо. Я действительно написал это для вас, но это было в момент… Честно говоря, я не знаю, что это было в тот момент. Я села писать список Тревора, но не смогла. Мне нужно было это сказать. А потом, прежде чем я успел передумать, я уже был здесь, а потом появился ты, и… Я немного перегибаю палку, не так ли? Просто я не уверен, что делать, а я всегда уверен, что делать. Ты понимаешь?”

“Нет, вовсе нет. Почему бы тебе мне это не объяснить?” Он потянулся, чтобы взять ее за руку в свои объятия, потирая подушечкой большого пальца ее ладонь в попытке стереть смятение, которое она испытывала.

Она перевела дыхание, глядя ему в лицо, когда сказала: “Но в этом-то и проблема, не так ли? Я не должна тебе ничего объяснять. Я должна быть...” Она сделала шаг назад, но он не отпустил ее руку. “ Я должна быть в постели.

Он двинулся вперед, сокращая пропасть, которую она создала между ними. “Я рад услужить на этот счет”, - поддразнил он. Он не мог заполучить ее, ни сейчас, ни когда-либо. Но он мог мечтать об этом, не страдая из-за своей слабости и не будучи снова изгнанным из семьи.

“Моя кровать! Кровать, которую мне предоставили на время моего пребывания здесь. Не твоя!” Ее взгляд метнулся к его кровати в другом конце комнаты, и густой румянец залил ее щеки.

На мгновение воцарилась тишина, во время которой он поймал темное колечко свободной рукой и раскручивал его, пока оно не обвилось вокруг его пальца, прохладное и мягкое. Он многое потерял в своей жизни, и не только в случайных драках; он потерял свою семью, свой путь, а теперь он потерял Розалин из-за своего брата, хотя заново познакомился с ней только вчера. Его выбор времени действительно был неудачным, но это была Розлин. Она всегда была его — его другом, его спасением.

Когда они были детьми, она отвлекала его от суровой реальности, в которую он попадал, возвращаясь ночью домой, и она все еще отвлекает его от реальности сегодня. Их игры изменились, они выросли, но ее присутствие по-прежнему успокаивало всю боль и приносило столь необходимый смех в его истерзанную войной жизнь. Единственная проблема заключалась в том, что как только она покинет эту комнату, она больше не будет принадлежать ему. Она будет принадлежать его брату.

Это было то, чего она хотела?

То, чего он хотел, было прямо перед ним. Он хотел счастья и смеха с Розалин в своей руке, знать, что он может встретить завтрашний день, потому что она будет рядом. И он солгал бы, если бы сказал, что не хотел, чтобы ее тело обвивалось вокруг него так же, как ее волосы были накручены на его палец. Мысль о ней, распростертой на его кровати — его на ночь, чтобы наслаждаться ею, исследовать, как поля, по которым они вместе бродили много лет назад, — наполнила его разум бесконечными возможностями. Безумно авантюрное время, которое они провели бы вместе, вызвало бы улыбку на его лице, даже если этому не суждено было сбыться.

Ее голос прозвучал прерывистым шепотом, отражающим его собственные мысли: “Это было бы неправильно”.

“Такая мягкая. Я никогда раньше не осознавал”, - задумчиво произнес он, глядя на свои пальцы, вплетенные в ее волосы.

“Я уверен, что это так, и ты понятия не имеешь, как мне больно уходить, но я должен”.

Он тихо рассмеялся, когда провел пальцами по ее подбородку, наблюдая, как ее глаза закрылись от его прикосновения. “Я говорил о твоих кудряшках, а не о своей постели. Хотя, я нахожу лестным, что ты хочешь его согреть.”

Ее глаза распахнулись, когда она высвободилась из его объятий. “ На этой унизительной ноте я покидаю тебя.

Итан потянулся к ней. “Пожалуйста, не смущайся. Я хочу...”

“Ах, ты так говоришь, и все же я не могу избавиться от желания забиться куда-нибудь под камень, чтобы никогда больше не появляться”. Она уже направлялась к двери.

“Розлин, подожди”. Он все разыграл неправильно. Вот что получилось из-за того, что я годами не имел дела ни с одной леди. Он забыл, что, в отличие от официанток, леди можно только подразнить, прежде чем они сбегут.

“Мне действительно нужно вернуться, пока мое отсутствие не заметили”. Она открыла дверь и выскользнула в темный холл.

“Розалин!” - крикнул он ей вслед, когда она поспешила обратно по коридору, растворяясь в темноте. “Я тоже тебя хочу”, - со вздохом прошептал он в ночь. Он на мгновение прислонился к дверному косяку, надеясь, что она вернется, хотя и знал, что этого не произойдет. Он выпрямился и собирался закрыть дверь, когда его внимание привлекло движение в темноте.

“Розалин? Если ты вернешься, я обещаю не дразнить тебя за то, что ты согреваешь мою постель”, - искушал он, но в ответ раздались только тяжелые шаги, удаляющиеся по коридору. В конце концов, он признал это проигрышем и закрыл дверь.

Он пораженно уставился на ковер. Только тогда он увидел забытую записку, лежащую на полу. Должно быть, Розлин уронила ее. Он практически нырнул в нее, разрывая, чтобы впитать ее слова так, как ему хотелось, чтобы они оба могли впитать каждую частичку друг друга.

* * *

Роузлин прищурилась от яркого утреннего солнца, ступив на гравийную дорожку. Ей следовало надеть свою темно-серую шляпу. Поля ее синей шляпы были намного тоньше и идеально обрамляли лицо, не говоря уже о том, что подчеркивали глаза, но это никак не защищало ее от яркого света. Она все еще могла вернуться. Конечно, тогда она выглядела бы глупо, меняя аксессуары в последний момент перед Тревором. Нет, она молча перенесла бы свет и поклялась наслаждаться днем, несмотря ни на что. Она одарила Тревора приятной улыбкой.

“Я должен вернуться с этим поручением к полудню, когда гости дома собираются возвращаться из своей поездки в деревню. Знаешь, у меня будут обязанности как у хозяина, ” заявил Тревор, ускоряя шаг, когда они спускались по ступенькам в сад. Его голос звучал немного более напряженно, чем обычно, и он так и не встретился с ней взглядом.

“Конечно”, - пробормотала она, пытаясь избавиться от неловкости, которую испытывала, проведя утро наедине с Тревором.

Похоже, Итан решил не присоединяться к ним сегодня. Ее желудок скрутило от глупого сожаления о том, что прошлой ночью она пошла в его комнату с запиской, особенно теперь, когда он отсутствовал. Казалось бы, их недолгое время вместе закончилось. В любом случае, желать провести время с Итаном было нелогично. Она была помолвлена с его братом. Стыд захлестнул ее.

Тревор не заслуживал ее иррациональных мыслей о его брате. Тревор воплощал в себе все идеалы, которые она хотела видеть в муже. Он заслуживал жену, которая была бы верной и непоколебимой рядом с ним. Я должна стать для него такой женой. Она решительно кивнула. Ей казалось, что садовая дорожка под ногами может тянуться вечно, шаг за шагом, день за днем, и Тревор все это время будет рядом с ней.

Она шагнула вперед, ощущая хруст гравия под своими полуботинками и твердую руку под своей ладонью. Первый шаг в свое будущее.

“Ваши сады прекрасны”, - предложила она, чтобы заполнить сгущающуюся тишину. Этим утром было слишком тихо, во всех мыслимых смыслах. Этот высокопарный разговор был лишь последней формой молчания, которую она пережила. Залы были пусты, и вечеринка была лишена жизни со всеми жителями деревни на этот день. Этим утром она ела в одиночестве, глубоко погруженная в свой личный позор, о котором никогда бы никому не рассказала. Казалось, сам дом безмолвно осуждал ее вчерашнюю прогулку по коридору, хотя она знала, что это неправда. Она сделала вдох, пытаясь взять себя в руки.

Рыжие волосы Тревора сияли на солнце. Он был довольно эффектным, подумала она. Он всегда был прилично одет - это был важный атрибут. “Ах, да. Я наслаждаюсь видом на сад со своего рабочего стола. Это немного оживляет обстановку, ” сказал он, все еще звуча рассеянно.