Сиротка в Академии Драконов (СИ) - Герт Эмилия - Страница 26

— Не хочу обсуждать с тобой эту тему, — четко чеканя каждое слово, выдал Холдор. — Девушка еще очень молода. Ей нужно получить образование, увидеть свет, — и поднялся, давая понять гостю, что аудиенция окончена. Ничего личного. Просто много работы.

Роар поднялся вслед за Холдором и шагнул к нему ближе:

— Хочешь аукцион? — хмыкнул. — Ты ведь понимаешь, что после того, как она «увидит свет», её цена резко упадет? — снова недобро хмыкнул, прожигая Холдора колючим взглядом.

— Разговор окончен, Роар, — твёрдо глядя на посетителя, отчеканил Тарбен.

Роар, не прощаясь, вышел из кабинета.

— Тисс Роар⁈ — в удивленном голосе девушки звучал вопрос. — Что ты здесь делаешь⁈ — спросила тихо, подойдя вплотную. Осмотрела мужчину с головы до ног. — Да ты в бешенстве! Кто успел тебя так достать? — промурлыкала невинно, лихорадочно соображая, с кем она обнималась в коридоре Академии минуту назад? Что он мог увидеть? — Я же просила тебя не преследовать меня в академии!

— Успокойся, Ювина! — мужчина отстранился от её попытки его поцеловать и направился в сторону выхода из здания. Девушка посеменила за ним, подстраиваясь под широкий шаг. — Соскучился по тебе, вот и приехал, — зло бросил Понтус тоном, полностью противоречащим смыслу слов. Обернулся к девице. — Едем со мной!

— Но у меня занятия! — взмахнула руками девушка. — Я ждала тебя только вечером.

— Говорю же, соскучился, — буркнул мужчина насмешливо, спускаясь по ступеням крыльца. Ювина едва поспевала за ним. — Отработаешь потом свои прогулы.

— Куда мы поедем, Понтус? Что же я, в форменном платье с тобой поеду? — притормозила на лестнице девушка.

— Там, куда мы поедем, твое платье никого не интересует! — на ходу бросил мужчина, удаляясь.

— Хм, — заинтригованно хмыкнула девица и продолжила путь. — Порвешь, поди, как обычно, — скептично скривила губы.

— Купишь себе пять новых! — не выдержал Понтус у самых ворот и, развернувшись, подхватил девушку под локоть, выпихнул за дверь и направил в сторону кареты ощутимым шлепком под зад.

— Хм, — хмыкнула девица игриво, — ну, только, если с тем сапфировым колье, что мне понравилось в прошлый раз.

Леннарта на завтраке не было. Я то и дело вертела головой, осматривая обеденный зал.

— Не переживай так, поешь лучше, — улыбнулась Марта. — На утренней тренировке задержался, скорее всего. Их же с раннего утра гоняют на полосе препятствий. Ты не хочешь заняться каким-нибудь спортом?

— Танцами хотела бы, — вспомнила я занятие с тиссой Лив. — Это можно рассматривать, как спорт?

— Конечно, — кивнула Марта. — После занятий сходим в танцевальную студию. Посмотришь.

День потек своим чередом. Занятие по истории сменилось математикой, потом литературой.

По мере того, как приближались три часа дня, меня постепенно начало охватывать волнение. Нужно было выйти к Клаусу и сказать ему, что я не поеду с ним в город.

С одной стороны, я испытывала облегчение, оттого, что отступил страх неизвестности от поездки. С другой, оставалась досада на себя, что я такая слабая и несамостоятельная, упускаю шанс узнать нужную мне информацию о браслете.

В три часа я пришла к воротам. Охранник открыл дверь и выпустил меня, оставаясь стоять снаружи.

Клаус уже ждал меня у дверей. Обрадовавшись моему появлению, сделал приглашающий жест в сторону экипажа.

— Нет, Клаус, — произнесла я, отрицательно качнув головой. — Я не поеду с тобой в город. Мне нужна информация о браслете, но не такой ценой.

— Какой ценой, Аста? — деланно изумился кузен. Щека его дернулась. Глаза вонзились в меня злыми льдинками, но тон оставался доброжелательным. — О чем ты говоришь, малышка?

— Я не малышка. Не называй меня так, — потребовала жестко. — Я не знаю, что ты задумал и не доверяю тебе. Не приезжай сюда больше. Я к тебе не выйду.

— К-как не выйдешь? — растерялся кузен. Шагнул ко мне ближе, пытаясь взять меня за руку, но я отшатнулась. — П-почему? — в голосе Клауса звучали обида, злость и раздражение. — Что дурного в том, что я буду иногда навещать свою маленькую кузину?

— Я не хочу этого, — просто ответила я. — Прощай, Клаус, — повернулась и ушла обратно на территорию академии.

— Постой, Аста! Да объясни же! — выкрикнул мне вслед Клаус.

Но я не стала его слушать. Сомнения в том, правильно ли я поступаю оставались, но теперь меня больше интересовал лечебный корпус. Быстрым шагом я направилась в его сторону.

Подъехавшая карета, развернулась и остановилась у ворот замка.

Мужчина, сидевший внутри кареты, ощутимо напрягся: в полуприкрытом занавеской окне у ворот мелькнул до боли знакомый светловолосый девичий образ.

Сердце Понтуса Роара пропустило удар. Он подался вперед, ближе к стеклу, одной рукой удерживая занавеску, другой задерживая на сиденье свою спутницу, тем самым не давая ей выйти из кареты. Вонзился взглядом в происходящее у ворот.

Сомнений не осталось. Девушка, говорившая со, стоящим к Понтусу спиной, мужчиной, без сомнения была Астой Вебранд.

— Что там, Понтус? — заинтересовалась происходящим спутница Понтуса, наклоняясь к окну. — О, наша новая подружка с кем-то встречается⁈ — расхохоталась вульгарно. — А друг в курсе, интересно?

Аста повернулась и ушла во двор академии, скрывшись за воротами замка. Мужчина, говоривший с ней, развернулся и пошел к своей карете. Понтус закаменел, потому что собеседник Асты был ему хорошо знаком.

«Что может быть общего у моего ангела с сутенером, поставляющим мне горничных?», — пронеслось в его голове.

— Что, Понтус, смотрю, эта постная мышь и на тебя произвела неизгладимое впечатление? — отстранившись от окна и подоткнув подол юбки так, что оголилось бедро, спросила Ювина, нехорошо сверкнув глазами.

— А на кого еще она произвела впечатление? — по-прежнему не отрывая взгляда от окна, лениво поинтересовался Понтус.

— Да есть тут один блондин, потерявший голову от этой малолетки, — Ювина потерлась бедром о ногу Понтуса.

— Уж не тот ли блондин, что тебе не по зубам? — ухмыльнулся Понтус.

— Ну, вот не смешно сейчас пошутил, — грубо упрекнула любовника девушка. — Это пройденный для меня этап, — откинула, удерживающую её, руку Понтуса.

Карета с Клаусом уехала, но Понтус так и продолжил смотреть в окно, погрузившись в свои размышления.

— Ну, папуль… — потянулась к нему надутыми капризными губами Ювина.

Понтус перевел на девушку моментально взбешенный взгляд:

— Я же просил тебя так меня не называть! — рявкнул сердито.

— Ну, ты же мне в отцы годишься, потому папик, — по привычке по-хамски начала Ювина, но наткнувшись на взбешенный взгляд Понтуса, осеклась. Что-то во взгляде герцога напугало даже такую прожженную искательницу приключений, как Ювина.

— Почему ты со мной, Ювина? — как-то очень быстро взяв себя в руки, уже спокойно поинтересовался Понтус.

Девушка развязно хмыкнула:

— Ну, ты трахаешься хорошо… Не зануда… Денег даешь… — на полном серьезе перечислила Ювина. Понтус как-то горько усмехнулся. — Не, ну а че⁈ — фыркнула девица. — Тебе правду говоришь, тебе не нравится!

— Ювина, у меня сегодня есть неотложные дела. Возьми, — Понтус вытащил из кармана и протянул девушке небольшой кошель, туго набитый золотом. — Купи себе украшение, какое ты хотела и что там еще… — открыл дверцу кареты, выпуская девушку.

— Увидимся через неделю, как обычно? — выпрыгивая, поинтересовалась Ювина.

— Посмотрим, — уклончиво ответил любовник. — Я сообщу.

Карета тронулась раньше, чем Ювина достигла ворот замка.

Пора было заканчивать с этой девицей. Встречи с ней перестали приносить столько наслаждения, как поначалу, когда Понтусу доставляла удовольствие сама мысль о том, что он так умело развращает подругу, а возможно, и будущую жену Леннарта Ньорда.

Теперь Понтус продолжал встречаться с ней больше по привычке. Интерес к Ювине постепенно сошел почти на «нет», а её неуёмная ненасытность в украшениях и алчность стали ощутимо бить по кошельку.