Огонь, Вода и Медные Порталы (СИ) - Герт Эмилия - Страница 22

— Присядь на минутку, Светозар! Просьба у меня к тебе! — не стал откладывать в долгий ящик свою просьбу Болотник. — Девочка ваша подсказала, мол, запиши, Наум, свою золотую жилу на кого-то, кто тебя не обманет. Так Кош до неё не доберётся, говорит.

Светозар присел на поваленное дерево. Взъерошил пятерней светлые волосы.

— Давай подумаем, что можно сделать, Наум.

Сторожка уже оказалась пустой. Опоздал Светозар. Но не могла Настя уйти слишком далеко. Болотник сказал, что девушка будет выходить к людям, и указал направление. Светозар полетел, прочесывая лес, чтобы не разминуться со щуплым парнишкой в неказистой шапке.

Дым и запах гари донеслись до него почти одновременно с призывом явиться на зов. Сокол взлетел выше и сразу понял, откуда идёт призыв.

Порывистый ветер подул внезапно, с каждым рывком набирая пущую силу. Облака, медленно плывшие по небу, сгустились, и, подгоняемые ветром, пошли по кругу, набирая тяжесть и синеву.

Сокол стремительно летел от леса в сторону горящего дома, и свинцовая туча, надвигающаяся за ним на деревню, вспорола, ясное пока небо, ударом молнии, оглушив громом не разошедшихся ротозеев. Люди пригнулись и побежали, не на шутку испугавшись упомянутых темных богов. Шквальный ветер с разных сторон швырнул дорожной пылью в глаза всадникам. Кони встали на дыбы, напуганные пыльной бурей и оглушающими раскатами грома. Всадники пригибались и отворачивались, стараясь натянуть пониже шапки и удержать в узде перепуганных, взбесившихся лошадей.

Сокол с пронзительным криком пронесся в небе, подгоняя ветром и подтягивая за собой чёрную тучу. Хляби небесные разверзлись в тот же миг, как туча сравнялась с горящим домом. Ливень накрыл избушку потоками холодных струй, гася огонь, разгоняя по домам остатки ротозеев, и обращая в бегство, махнувших рукой на приказ князя, всадников.

Настя глубоко вздохнула и закашлялась от саднившей в горле копоти. Голова гудела, глаза резало от недавнего дыма и страшно хотелось пить. Слизала с губ капли дождя, все еще не веря, что осталась жива. Уперлась локтями в отполированную до гладкости лавку, на которой одновременно и сидела и лежала лицом вниз, и поднялась, выпрямляясь. Струи воды сквозь прогоревшую крышу радостно лились на девушку, стекая по намокшим, прилипшим к голове, волосам, по лицу, по вымокшей насквозь рубахе и хлюпали, пузырясь, вокруг утопающих по щиколотку в воде, лаптей.

Женщина лет тридцати, сидящая на лавке рядом с ней, кормила грудью завернутого в мокрую насквозь пеленку, младенца, и ладонью прикрывала личико малыша от дождя. Младенец, уже накричавшись, жадно тянул грудь, вцепившись, выпрастанной из ткани ручонкой с крошечными пальчиками, в мягкую родную плоть.

Рядом с женщиной на лавке, по привычке ухватив её за юбку, сидел мальчонка лет трёх с размазанной по мордашке сажей, и с удовольствием, то открывая, то закрывая рот, подставлял личико под потоки струй.

У другой стены, загораживая спиной маленькое подслеповатое окошко, и озадаченно вглядываясь в прогоревшую крышу, сидел на лавке виновник поджога. Два его отпрыска — лет пяти и семи — радостно плюхались в прибывающей на полу воде.

Снаружи что-то грохнуло, должно быть, снова гром, дождь разом прекратился, и все присутствующие с надеждой уставились на отворившуюся дверь.

Высокий, широкоплечий, босой мужчина распахнул дверь и, быстро осмотрев полутемное небольшое помещение, спросил встревоженно:

— Все живы?

— Живы! — почти выкрикнула Настя, севшим от дыма голосом и, поднявшись, вышла на улицу.

На этот раз Светозара девушка узнала сразу. Вспомнив, что где-то в шапке лежало подаренное им пёрышко, заозиралась в поисках незадачливого головного убора. Шапку смыло потоком воды под плетень и пёрышка в ней не оказалось. Настя, смахнув с лица мокрые волосы, досадливо поморщилась.

— Потеряла пёрышко, что Вы мне в зимовье дали, — призналась. — Настя — это я.

Светозар улыбнулся одними глазами, окидывая взглядом насквозь промокшую стройную фигурку в широкой холщовой мужской рубахе.

— Ну, будем знакомы, Настя, — протянул руку. — Я — Светозар.

— А я Вас узнала! — подала мокрую холодную ладошку. — Вы — наш новый декан. Вы меня искали? А зачем?

Бородач на несколько секунд сузил глаза, внимательно всматриваясь в лицо девушки, кивнул сам себе и перевел тему:

— Давай-ка, мы тебе одежду просушим, не то простужу тебя и матушка моя — Василиса меня со свету сживет ненароком, — усмехнулся в светлую бороду богатырь.

— Василиса — Ваша мама?! — всплеснула руками Настя. — Так это она с Вами говорила по скайпу?

— Ну да, — снова усмехнулся одними глазами Светозар, направляя из ладоней магические потоки на одежду Насти. — По скайпу, со мной, конечно.

Настя с интересом наблюдала, как одежда запарила, на глазах улетучивая влагу и всполошилась, обернувшись в сторону покинутого домика. Обернулась к Светозару с глазами Кота в сапогах из Шрека:

— Помогите этим людям, пожалуйста! У них крыши нет, и в доме все затопило! А там дети! — смутилась. — Я подумала, может быть, Вы могли бы вот так же высушить воду у них в доме?

Светозар с интересом посмотрел на взволнованную девушку, показательно задумался, хмыкнул и выдал:

— Даже не знаю… Только, если ты вернешься со мной к матушке!

Настя кивнула и счастливо заулыбалась.

Спустя пятнадцать минут перед ними простиралась ровная, посыпанная белым речным песком, дорожка, ведущая через лес прямо к терему Василисы.

— Можно ли как-то защитить этих людей от князя Коша? — озвучила Настя то, что тревожило её мысли.

— А ты хотела бы их защитить? — Светозар наблюдал за девушкой с интересом.

— Конечно, хотела бы! Пока не знаю, как. Должны же быть хоть какие-то рычаги воздействия на этот беспредел? — эмоционально продолжила Настя. — Одно дело — проценты, штрафы какие-то ввести и совсем другое — то, что Вы видели! Кстати, это ведь Вы нас спасли, правда?

— Да нет, я просто мимо проходил! — отпёрся Светозар с самым серьёзным видом, только глаза смеялись по-доброму.

— Пёрышко из шапки упало на землю, и Вы прилетели, как и обещали! Спасибо Вам огромное! — выпалила Настя, улыбаясь и искренне радуясь новому тёплому и приятному чувству, возникающему в груди рядом с этим надёжным человеком. — И дождь, тоже Ваших рук дело? Я в жизни таких ливней не видела!

— Переборщил немного, — покаялся бородач, — спешил очень.

— Светозар, — Настя не знала, насколько удобно задавать такой вопрос, но очень уж он её волновал. — Вы там, в нашем мире, бываете, и здесь тоже. Есть какой-то переход в наш мир?

Светозар вздохнул.

— Как ты пришла сюда, Настя? Помнишь?

Глава 12

НА ДВЕ НЕДЕЛИ РАНЬШЕ

Филин ухнул где-то совсем рядом, над головой. Василиса замерла, насторожилась и прислушалась. Вода в большом закопченном снаружи, котле начинала закипать.

Белый волк, лежащий у ног Василисы, встрепенулся, подскочил на лапы и ощерился, вздыбив на загривке седую шерсть.

— Кто это к нам пожаловал, а, Снежок? — ровным голосом спросила Василиса волка, бросая в котел щепотку сухой травы из привязанного к поясу кожаного мешочка. Длинной сучковатой палкой не спеша разворошила под котлом угли, подбросила в огонь полено.

На поляну, плотно окруженную непроходимым лесом, из чащи шагнул богатырского сложения и роста мужчина, с головой укутанный в темный плащ. Остановился. Неторопливым движением откинул с головы капюшон. Улыбка тронула лёгкими морщинками уголки глаз. Ясный взгляд встретился с настороженно-внимательным женским взглядом.

— Ну, здравствуй, Василисушка! — на выдохе поприветствовал он хозяйку.

От этого голоса сердце Василисы сделало рывок, ухнуло в землю, затем вернулось на место и пустилось в галоп, в молодом, забытом и сладком ритме. Женщина глубоко вдохнула, медленно выдохнула и произнесла ровным, ничем не выдавшим себя, голосом, словно это ей и впрямь ничего не стоило: