Ты и только ты (СИ) - Хисамова Лилия - Страница 23

Чувствую прикосновение холодного металла к своей груди. Я с ужасом смотрю на его руки и обнаруживаю в них два маленьких пинцета, соединённых тонкой серебряной цепочкой.

– За то, что кончила, когда я тебе запретил, – Раф грубо обхватывает пальцами мой сосок и зажимает его мягкими наконечниками пинцета.

Я дёргаюсь от уколовшей меня боли, как от удара током.

– За то, что не подчиняешься мне, – второй сосок следом попадает в плен зажима. Кожа покрывается мурашками в местах, где соприкасается с холодным металлом цепочки.

Раф смотрит на меня плотоядно. Как хищник, демонстрирует свои клыки. Хочет моей крови. Увидеть мой страх и боль.

Пока я привыкаю к новым ощущениям, мужчина резким движением сгребает меня за талию и опускает на кровать животом вниз. Силой заставляет встать перед ним на четвереньки и хлёстко шлёпает меня по заднице.

– Буду трахать тебя так, как ты этого заслуживаешь, – брезгливо выплёвывает ненавистное мне прозвище, – шлюха.

Раф вонзается в меня грубо. Я издаю судорожный всхлип, когда он насаживает меня на огромный член бешеным рывком. Первые несколько толчков причиняют мне боль. Но чем чаще наши тела соединяются, тем приятнее становятся ощущения внутри. Пошлые хлопки заполняют тишину комнаты. А затем к этому звуку прибавляются и мои стоны.

– Ори громче.

Тело само отвечает за меня, и я откликаюсь. Хочу и жажду его грубости. Раф наклоняется, одной рукой держа меня за ягодицу, второй хватает цепочку и начинает натягивать её, доводя мои ощущения до грани.

Моя грудь загорается от боли, а в уголках глаз зарождаются слёзы. Но постепенно неприятные ощущения перемешиваются с диким восторгом. Раф продолжает жёстко входить в меня, наполняя собой всё глубже. Зажимы тянут соски, усиливая возбуждение. Меня утягивает в бурный водоворот чувств. Своими стонами умоляю Рафа прекратить невыносимую сладостную пытку. Но он остаётся глух.

Я уже ничего не соображаю. Неужели боль может идти наравне с удовольствием? Как такое вообще возможно?

По телу пробегает конвульсивная дрожь. Доведённая до крайней точки кипения, я кричу, оглушённая и ослеплённая дикой страстью. Крепче цепляюсь пальцами за одеяло, ища опоры.

Меня захлёстывает мощный оргазм. Что-то невообразимое. Сверхчеловеческое. Нереальное.

И в этот сладостный миг мне кажется, я становлюсь другой личностью. Даже дышать по-новому начинаю.

Раф делает ещё несколько грубых толчков и, рывком потянув цепочку, освобождает мои соски. Я громко ахаю, и в этот момент он кончает, тяжело дыша. Быстро отстраняется и отходит в сторону.

Этот мужчина сводит меня с ума.

Как же хочется, хотя бы на долю секунды вместе с ним прикоснуться к линии, где грубость превращается в нежность, а страх – в безусловную безопасность. Я уверена, что, перейдя эту границу, никто из нас уже не захочет возвращаться назад. Потому что там впереди перед нами откроется новый мир чувственного удовольствия.

Раф убирает зажимы в шкаф. Я решаю не терять момент и, подрываясь с кровати, подхожу к нему. Боксёр разворачивается ко мне лицом, вопросительно глядя с высоты своего роста.

– За наказанием должно следовать поощрение, – стараюсь звучать уверенно, когда внутри меня бушует ураган.

– Проси, – его взгляд остаётся холодным и презрительным, а в глубине чёрных глаз горит нечто такое, что меня пугает.

– Поцелуй меня…

По спине ползут холодные мурашки. Фраза повисает в воздухе. По затянувшейся паузе я понимаю, что за моей просьбой последует либо прорыв, либо падение на дно.

Глава 25. Раф

– Поцелуй меня…

В груди что-то странно шевелится. Но как? Сердце давно куском камня стало. Неужели я что-то почувствовал?

Взгляд сам опускается к полным губам на побледневшем лице.

Чёрт тебя подери, Ева, что же ты со мной делаешь?

Стерва как будто со знанием дела тянет за нужные ниточки моей души, оживляя её. Эмоции начинают искриться, озаряя мне путь в новую жизнь.

Но это не то, чего я хочу. Меня всё устраивает так, как есть. Тренировки, бои, отдых, секс…

Ужас, который я пережил в детстве, не укладывается в голове нормального человека. Жизнь для меня давно потеряла смысл. Я просто бездумно существую. Мне не нужны ни друзья, ни постоянные любовницы.

Несколько лет назад я сделал вазэктомию, чтобы не производить на свет выродков. Шлюхам доверия нет. Да и трахаться теперь можно без гондонов.

Услышав просьбу Евы, он хотел было развернуться и уйти. Оттолкнуть от себя девчонку, чтобы не смела больше задираться. Но этот порыв, противно обжигая внутренности, исчезает так быстро, словно его и не было.

Желание соединиться с ней преобладает над остальными.

Я набрасываюсь на миниатюрное тело, как будто оно для меня последний глоток воздуха. Овладеваю мягкими губами, языком врываясь внутрь. Ловлю себя на странной мысли, что целовать и трахать девчонку – одинаково кайфово.

Хватаю Еву за ягодицы и заставляю обернуть ноги вокруг моей поясницы. Стискиваю тонкие пальцы до хруста суставов и поднимаю её руки вверх, прижимая к стене.

Девчонка опять тянется к моим губам. Отчаянная.

Я ведь никогда не теряю голову. Ни с кем. А она стала настоящим наваждением. Рядом с ней моё тело уже не принадлежит мне, но я хочу сохранить хоть какую-то частичку железного самоконтроля.

Прикусываю её нижню губу и с садиским кайфом ловлю вырывающийся болезненный стон.

Умоляющие о пощаде глаза шлюхи заводят меня. Член опять колом стоит, как будто минуту назад и не трахался. С легкостью проскальзывая во влажную киску, загоняю ей глубоко, ударяя твёрдыми яйцами по промежности.

Губами глушу вырывающиеся из её ротика стоны и двигаю бёдрами, ритмично вталкивая ствол. От остервенелого траха разрядка приходит быстро. Последний толчок такой мощный, что девка, сотрясаясь, едва не падает на пол. На секунду я отключаюсь и улетаю в нирвану.

– Раф… – поднимает на меня ошарашенный взгляд.

Вглядываюсь в голубые глаза, полные желания и сомнений. Чувствую, что могу прочитать каждую её эмоцию. И сейчас шлюха хочет, чтобы я довёл её до финиша.

– Пожалуйста, – Ева продолжает взирать на меня блядскими глазами, облизывая губы.

Я делаю тяжёлый вдох и сжимаю её упругие сиськи в ладонях. Красивые. Наливистые. Облизываю соски, втягивая их в рот под громкие хриплые стоны.

– Да, – еле дышит, выгибаясь в моих руках.

Зажимаю ей шею одной ладонью, а вторую опускаю между ног. Растираю вязкие соки возбуждения по промежности и двумя пальцами проскальзываю в киску, из которой ещё вытекает моя сперма. Долблю узкое тёплое пространство во всю силу, ощущая, как смазка стекает по моей ладони.

– Кончай, – хриплю ей в губы и пощипываю клитор, заставляя ещё больше извиваться и дёргаться.

Ева блаженно закатывает глаза, насаживаясь на мои пальцы. Её взгляд уплывает, а по телу проходит волна расслабления.

– На сегодня закончили, – опускаю обмякшее тело на кровать и выхожу из спальни.

***

С утра в дом приходит новая прислуга. Баба лет шестидесяти с чем-то похожа на свою предшественницу. У неё то же тучное телосложение, возможно, поэтому форма сидит на обеих одинаково.

– Ваш завтрак, – указывает мне на накрытый стол.

Игнорирую её присутствие, сажусь за стол и принимаюсь за еду. Через пару минут звонит телефон. На экране высвечивает номер охраны.

– Говори, – принимаю вызов.

– К вам посетитель.

– Кто?

– Какой-то Артур.

– Ты прекрасно знаешь, что делать с “какими-то Артурами”.

– Парень говорит, что его сестра здесь. Просит позвать девушку по имени Ева.

– Блядь… Сейчас буду.

Бросаю телефон на стол и под ошарашенным взглядом прислуги вылетаю из кухни. Что ещё за хер нарисовался?

У ворот меня ожидают мужики с рациями в руках.

– Открывай, – тут же приказываю.