"Зарубежная фантастика 2024-1" Компиляция. Книги 1-17 (СИ) - Абрахам Дэниел "М. Л. Н. Гановер" - Страница 535

Несомненно, у него отчаянно болела голова после вчерашней выпивки – несмотря на все уговоры Джорона, Динил решил как следует отметить их новые назначения. «Выпей со мной, чтобы отпраздновать!» – кричал он, обнимая Джорона за плечи. Но Джорон погрузился в глубокую задумчивость, он размышлял о будущей схватке, где ему потребуется ясная голова, и обещал выпить с Динилом после возвращения из Слейтхъюма.

– Джорон! – донесся крик Миас от поручней «Дитя приливов», когда большой корабль приблизился к ним, окруженный плюмажами белой пены. – Как ты себя чувствуешь в шляпе с двумя хвостами, супруг корабля Джорон?

Она улыбалась, стоя на поручнях, сжимая одной рукой веревку, а другой придерживая шляпу. Джорон подошел к поручням своего корабля, чуть менее уверенно – он не собирался испытывать свои новые навыки, повторяя смелую выходку Миас, – с него вполне хватало, что удается сохранять равновесие на палубе. Как и Миас, ему пришлось одной рукой придерживать шляпу с двумя хвостами – она оказалась ему велика. Джорону досталась старая шляпа Брекир, которую пришлось починить. Впрочем, ему казалось, что она подходит ему не больше, чем новая должность супруга корабля.

– Хорошо, супруга корабля Миас, – прокричал он в ответ. – Может быть, я поношу ее немного дольше? – Он пошутил, но Миас ответила вполне серьезно:

– Матери кораблей требуется супруг корабля, Джорон, ведь она не может быть тем и другим одновременно. Так что начинай экономить деньги на портного. И кого ты выберешь из Близкой аллеи для шитья формы?

Она помахала ему рукой, соскочила с поручней и вернулась на корму, откуда принялась отдавать приказы, которые уносил прочь ветер, и дети палубы «Дитя приливов» бросились выполнять ее приказы. Крылья были спущены, большой корабль отошел в сторону, обрызгав палубу «Зуба кейшана» соленой водой, что вызвало веселье у всех на борту.

– Супруга корабля в хорошем настроении. – Фарис смолкла и почесала голову под шляпой с одним хвостом, а потом добавила почти извиняющимся тоном: – супруг корабля.

– Да, так и есть, – согласился Джорон. – Возможно, будет лучше, если ты продолжишь называть меня хранителем палубы.

На лице у Фарис появилось тревожное выражение, а Дженнил повернулась к ним от главной мачты, где стояла, держа в руке веревку.

– Может быть, супруг корабля, – сказала она, – будет лучше, если мы привыкнем так тебя называть, чтобы никто не делал ошибок, когда мы окажемся в Слейтхъюме.

– Да, в том, что она сказала, есть смысл, – вмешался Меванс, который получил должность смотрящего палубы.

Джорон так до конца и не понял причины, ведь Меванс был самым старшим из детей палубы – однако он позволил своим людям самим выбрать должности и не стал ставить их выбор под сомнение.

– Ну, – с улыбкой сказал Джорон, – пусть я буду супругом корабля до тех пор, пока все не закончится. – Он шагнул вперед, чувствуя, как костяная нога трется о культю, и подавил стон. – Складывается впечатление, что Миас и «Дитя приливов» думают, что Мать дает им скорость штормов, – давайте посмотрим, что может сказать в ответ «Зуб кейшана»!

Дети палубы ответили ему громкими криками и бросились к мачтам, чтобы спустить паруса, принялись натягивать веревки, а Куглин налег на рулевое весло так, что проступили вены на его сильных руках – стараясь удерживать корабль на курсе, чтобы крылья поймали ветер. «Зубу кейшана» явно понравилось проявленное к нему внимание – он сразу прыгнул вперед, разрезая холодные серые волны, и полетел в сторону горизонта.

– Девять клювозмеев в нашем кильватере, супруг корабля! – тут же раздался крик.

Джорон почувствовал, что его охватывает гордость, ведь все шло именно так, как и должно было.

Жаль лишь, что они летят навстречу смерти и уничтожению.

Однако пока он мог наслаждаться полетом, получать удовольствие от свежего ветра, ласкавшего кожу и разметавшего волосы вместе с двумя хвостами шляпы, он наполнил белые крылья у Джорона над головой, уносил слова и дыхание, поднимал воду так, что соленые волны разбивались о клюв корабля, заставляя Джорона смеяться. Его радость оказалась заразительной, она промчалась по кораблю, затронув каждую женщину и каждого мужчину на сланце или мачтах. Пока «Зуб кейшана» рассекал волны клювом, подобным лезвию, аккуратно разрезавшим воду, как мясник отделяет мясо от костей, команда начала петь.

– Кейшан на горизонте! – почти сразу раздался крик с главной мачты.

Дети палубы заволновалась.

– Где он, наблюдатель? – крикнул Джорон.

– На два румба впереди, по правому борту, далеко на горизонте.

– Два румба на правый борт! – крикнул Джорон Куглину. – Я не думаю, что Миас будет недовольна, если мы посмотрим на зверя.

Он знал, что она его одобрит. Его команда, все команды, получат удовольствие, глядя на кейшана, ведь они неизменно приносили им удачу. Может быть, ему следовало проверить, не ошибся ли наблюдатель, – так поступил бы любой другой командующий, но только не Джорон. Он ощутил странность в мире, вибрацию у себя внутри, голубизну в своем разуме и ощущение свободы, что не имело никакого смысла до тех пор, пока не раздался крик.

Конечно, там был кейшан – Джорон ощутил прикосновение ко всем частям своего тела, а потом, словно в качестве ответа, будто в подтверждение, на палубу выскочил вопивший ветрогон и принялся танцевать кругами, широко расставив крылья.

– Морская сестра! Морская сестра! – кричал он.

Вслед за ним появился Безорра, который тут же присоединился к песне. Джорон заметил, что ветрогон, казалось, танцует радостно и свободно, но старается держаться в стороне от Безорры. В результате лишенный ветра двигался около ветрогона, так слепой Глаз Скирит проходит вокруг мира – вместе, но всегда по отдельности.

– Кейшан на горизонте! – Теперь крик донесся с клюва, и Джорон, спотыкаясь и прихрамывая, поспешил по сланцу вперед, вытаскивая из кармана старую подзорную трубу, которую ему подарила Миас, когда он стал офицером, и поднес ее к глазам.

Да, там!

Удивительный зверь, существо из легенды. Почему-то Джорон думал, что это тот кейшан, который уничтожил Скалу Маклина, но существо, увиденное им в подзорную трубу, даже на таком большом расстоянии выглядело совершенно иначе. Кейшан уплывал от них, направляясь на север, подняв голову и крылья над водой, чтобы поймать ветер. Его голова с гигантскими рогами была массивной и тяжелой. Даже издалека Джорону казалось, будто он различает сияние его глаз, яркими пятнами окружавшее голову. Кейшан плыл с открытым ртом, его тело покрывала шерсть, похожая на морские водоросли. За огромной головой следовал участок моря, затем возникало тело, вздымавшееся, словно остров с множеством крыльев. Здесь доминировал роскошный темно-синий цвет.

Джорон услышал крики с других кораблей: «Кейшан на горизонте!», веселым эхом разнесшиеся над морем, но очень скоро голоса смешались с шумом воды и, казалось, будто океан шепчет: «Вставай, вставай, вставай…»

Диковинное существо откинуло голову назад и взревело, хотя сначала Джорон этого не понял. Кейшан широко открыл рот, и Джорон почувствовал, как его охватывает возбуждение, от макушки до кончиков пальцев на ногах – той, что у него осталась, и той, что он утратил. И лишь через мгновение возник звук, даже на таком расстоянии подобный стене из сотен тысяч криков, высоких и низких, так что задрожала вода и корабли.

В ответ с кораблей раздались приветственные крики. Затем Джорон услышал похожий зов у себя за спиной, обернулся и увидел, что ветрогон и Безорра отвечают кейшану, подняв крылья под своими одеяниями. Оба вытянули головы, широко раскрыли клювы так, что шея стала заметно больше, и он смог увидеть ярко-красную кожу между перьями.

Но среди радостного шума возникло нечто неожиданное, и Джорон внезапно ощутил холод. Ведь если этот кейшан не тот, что родился из Скалы Маклина, значит, еще один остров разрушен? Жил ли на нем кто-то? Быть может, сотни людей оказались в море среди рассыпавшихся скал и развалин зданий? Или даже тысячи?