"Зарубежная фантастика 2024-1" Компиляция. Книги 1-17 (СИ) - Абрахам Дэниел "М. Л. Н. Гановер" - Страница 578

Он повернулся, собравшись выпустить наружу гнев, сказать, чтобы помалкивала и не говорила ему о том, что он «должен» или кем «был» и «куда» ему следует направиться. Однако она его опередила.

– Не сомневайся, Зовущий, то, что сделано, было необходимо. Да, жестоко и болезненно, но моря жестоки, и они такими останутся, если никто не восстанет. Так что хорошо направляй свою большую лодку и, если тебе так важно, отыщи свою супругу корабля. – Она кивнула скорее для себя, чем для Джорона. – А теперь мне пора заняться больными. Тебе ведь наверняка надо завязать какую-нибудь веревку или решить другие корабельные проблемы? – Она встала и прошла мимо него.

И хотя он был командующим корабля, у него возникло ощущение, будто она его отпустила. Поэтому он надел свою шляпу с одним хвостом и стал подниматься на палубу.

На сланце «Дитя приливов» все выглядело так, словно никакой бури не было. Фарис стояла на корме – все крылья «Дитя приливов» подняты, свежий ветер толкает черный корабль вперед. Плащи исчезли, команда переоделась в теплые вещи – погода оставалась холодной. Надевать их во время дождя было смертельно опасно: они быстро намокали и становились очень тяжелыми, но для ясного холодного дня подходили прекрасно.

Они летели на юг под ветрами, которые Эйлерин называл танцующими. И еще курсер обещал, что такая погода продержится по меньшей мере неделю. Джорон даже забыл о серьезности их положения. На второй день раздался крик, который когда-то они слышали часто, а потом перестали совсем, – теперь он снова становился привычным.

– Кейшан на горизонте! – Джорона охватило волнение, и он попытался не обращать внимания на взгляды, которые бросала на него команда.

Дети палубы обменивались улыбками, подталкивали друг друга, а он делал вид, что не знает об их вере в то, что кейшаны приплывают к нему, хотя все понимали, что он не звал этого кейшана. Но детское возбуждение у него внутри ничем не отличалось от состояния других членов команды. Он начал забираться на мачту, мимо хлопавших и гудевших черных крыльев, пока не оказался на самом верху вместе с Беарной.

– Где он, наблюдатель? – Она показала налево по борту, четыре точечные тени, и Джорон проследил за ее рукой.

И увидел первые куски льда на синей воде. Сначала Джорон не разглядел кейшана из-за его размеров. Те, которых он видел раньше, были огромными, как острова. Этот оказался меньше, пожалуй, самым маленьким из всех, что Джорон встречал, но все равно больше «Дитя приливов» – в три или четыре раза длиннее корабля – и более худым, чем другие его сородичи.

Даже издалека Джорон видел горящие белые глаза на длинной узкой голове, когда она поднималась над водой – кейшан не выпрыгивал из нее, а лениво плыл, приподняв голову с раскрытой пастью. Он был темно-синего цвета и испускал свет, подобный сердцу ледяного острова. Джорон смотрел на невероятное существо: спинной плавник, окруженный белой пеной, рассекал воду, иногда он показывал белый живот, и тогда на нем мерцали разные цвета, второй плавник появлялся над водой, а потом, словно довольный тем, что показал себя Джорону, кейшан исчезал под волнами.

– Морская сестра счастлива. – Джорон повернул голову и увидел рядом Ветрогона.

– Как ты думаешь, это молодой кейшан? – спросил Джорон.

– Все морские сестры старые. – Ветрогон подпрыгивал на веревках, держась за них когтекрыльями и открыв хищный клюв. – Некоторые не такие старые. – Джорон услышал яростный крик, который донесся с палубы, – Мадорра метался по сланцу, угрожающе щелкая клювом на каждого, кто проходил мимо. – Плохой лишенный ветра, – негромко сказал Ветрогон, после чего спрыгнул вниз, на лету поймав веревку, и легко опустился на палубу, где носился Мадорра; Ветрогон проскочил мимо него и быстро спустился в люк, на нижнюю палубу.

– Сегодня ты получишь лишнюю порцию корабельного вина, наблюдатель, – сказал Джорон. – Держи свои зоркие глаза открытыми.

Затем он осторожно спустился вниз, чувствуя, как болит культя в том месте, где она касалась кости.

Он решил, что встреча с кейшаном являлась хорошим предзнаменованием, впрочем, он на это рассчитывал. Они уже три недели спокойно летели вперед, когда послышался крик наблюдателя. Джорон находился в своей каюте, втирал вонючую целебную мазь Гаррийи в культю, в то время как Меванс полировал его костяную ногу, а Квелл точила меч.

– Корабль на горизонте!

– Дыхание Старухи, – сказал Джорон. – Я бы отдал вторую ногу за то, чтобы это была Брекир или кто-то из наших друзей.

– Если учесть, как ты жалуешься на то, что у тебя всего одна нога, хранитель палубы, – сказал Меванс, – я не уверен, что с тобой согласится кто-нибудь из нас. – Квелл с трудом сдержала смех, а Меванс аккуратно поместил мягкую ткань в протез. – Теперь позволь надеть тебе ногу.

Джорон привел себя в порядок, надел теплую куртку и вышел на палубу, где на корме обнаружил Фарис и Дженнил, которые разговаривали с Серьезным Муффазом.

– Доложи, Фарис, – приказал Джорон.

Она повернулась, отдала ему честь и протянула подзорную трубу.

– Корабль на горизонте, хран-пал, – сказала она. – Почти по прямой, позади, трехреберный или четырехреберный.

– «Пика кейшана», ты думаешь?

– Да, наверное, хранитель палубы, – сказала Дженнил. У нее появился новый, довольно глубокий шрам на щеке, аккуратно зашитый Гаррийей черными нитками. Она получила его во время шторма, и Джорон знал, что Дженнил больно говорить, но создавалось впечатление, что ей все равно. – Или нам не повезло встретить еще один корабль Ста островов.

– Дыхание Старухи, – выругался Джорон. – Я был уверен, что он потерял нас во время шторма.

– Так или иначе, но ему потребуется преодолеть немалое расстояние, чтобы нас догнать, – сказала Дженнил.

– Верно, – ответил Джорон, поднял подзорную трубу и довольно быстро нашел корабль врага. – Но если это неприятель, который преследовал нас раньше, мы знаем, что он летает быстро. – Джорон закрыл подзорную трубу и вернул ее Фарис. – Следите за ним и дайте мне знать, как быстро он нас нагоняет. – Он огляделся по сторонам, мысленно прикидывая, что осталось в трюме. – Мне нужно поговорить с Эйлерином, но пока большой спешки нет. Сначала я хочу обойти корабль.

– Я поставлю стол с картами, – негромко сказала Квелл из-за его спины.

– Разве его не выбросили за борт? – спросил Джорон.

– Меванс сказал, что он про него забыл, а Хедре говорит, что вообще не видел прежде.

Джорон кивнул.

– Наверное, это к лучшему. Позднее встретимся в моей каюте.

Обычно он редко видел Квелл, хотя она постоянно находилась рядом – его Тень, ставшая такой же неотъемлемой частью, как рука. Джорон вспоминал о ней только в тех случаях, когда она ему требовалась, и иногда его удивляло, что эта прежде мятежная женщина, так решительно отстаивавшая свое место в жизни, нашла мир в столь простом существовании. Но еще поразительнее было то, что он начал полностью ей доверять.

Он совершил обход корабля, убедился, что все в порядке, насколько это вообще было возможно; сломанные поручни на корме починили мастера костей, маленькое чудо, если учесть, как мало запасных деталей у них осталось. Дуголук, Яростный Аррин, вернулся на свое привычное месте на палубе. Джорон похвалил всех, кто старательно работал, отругал тех, кто ленился, – их оказалось совсем немного, – и неспешно закончил проверку, давая время Мевансу, Квелл и Эйлерину поставить стол для карт. Когда у него не осталось никаких разумных поводов для задержки, он подумал, что его присутствие может поставить под сомнение власть Дженнил, нырнул в темноту, обходя спавших детей палубы благодаря тусклосвету и размышляя, что следовало сделать дальше.

В его каюте стекла вернулись на прежние места, и свет снова свободно проникал внутрь – Джорон не сомневался, что, если прищуриться, он увидит костяной корабль, который их преследовал, в виде точки на горизонте. Фарис, Меванс и Квелл терпеливо ждали его за столом, Эйлерин над ним склонился, поставив на карту маленькие модели кораблей.