Крылья. - Крынкина Наталья - Страница 19

Саша застыла на месте, стараясь не привлекать внимания. И когда он промчался мимо, едва не сбив её с ног, повесила куртку за петельку на крючок, и осторожно заглянула в кухню. Папа стоял у окна и, казалось, совершенно спокойно, помешивал в кружке чай.

– Привет! – негромко поздоровалась она.

И он поднял на неё взгляд. Молча кивнул и как-то растерянно выдохнул. Его вид как будто подавал сигнал, что рядом безопасно и с ним вполне даже можно разговаривать. Она улыбнулась и приблизилась к папе:

– Что опять такое?

– Агенты, – одним словом отозвался отец и сел за стол.

Саша понятливо кивнула.

Данька считался очень перспективным молодым хоккеистом, и на него давно положили глаз агенты из Профессиональной хоккейной лиги. Они то и дело соблазняли его заманчивыми предложениями. А он был бы рад рвануть отсюда куда угодно – хоть на Дальний Восток, лишь бы играть в самой престижной лиге страны и светить крутыми логотипами.

Но папа это не приветствовал и считал, что сыну пока рано и он всё успеет. Поэтому ещё до его восемнадцатилетия он, как представитель Данькиных интересов, связал его контрактными обязательствами с «Энергией» на два года. И до окончания срока, указанного в контракте, Даня не мог покинуть расположение команды. Иначе ему грозили штрафы и неустойка. Чтобы их заплатить, всем Анисимовым пришлось бы остаться без штанов.

Не смотря на это, наверное, при желании папа мог бы поспособствовать отъезду сына, уладить вопросы с руководством клуба и отпустить детёныша на свободу. Но он не хотел. Он ему был нужен здесь.

Даньке осталось потерпеть всего лишь полгода, и он будет волен сам выбирать себе команду. Но он хотел срочно. Прямо сейчас. Поэтому рвал и метал у себя в комнате, швыряя предметы об стены и с треском ломая клюшки.

Похоже, это у них семейное…

Музыка сначала зазвучала сбивчиво, а потом и вовсе стихла. И теперь в квартире раздавались только грохот и стук. Саша высунулась в коридор и увидела перепуганную Женьку с большими круглыми глазами, которая быстро надевала в прихожей мембранное сиреневое пальто. Мама стояла с ней рядом, недовольно скрестив руки на груди и высоко подняв подбородок.

– До свидания, Алёна Викторовна! – коротко бросила ученица и бесшумно передвинулась к двери.

– До свидания, Женя! Напиши мне сообщение, когда будешь дома! – попросила её мама.

– Хорошо! – кивнула кудряшка и скользнула за дверь.

Мама высунулась в подъезд и проследила за тем, как девочка вошла в лифт, а потом закрыла квартиру на ночной замок и грозно протопала в сторону Данькиной комнаты.

– Ой-ёй, – Саша закрыла уши ладошками и, бросив взгляд на папу, который только усмехнулся, поспешила унести ноги к себе и закрыться поплотнее.

Маму очень сложно вывести из себя. Но её любимый Данечка самым наглым и бесцеремонным образом сорвал ей урок. И сейчас она устроит ему взбучку.

Саша нырнула под одеяло и, выудив из кармана смартфон, включила экран.

Грохот за стенкой стих и теперь мама с Данькой пытались переорать друг друга. Через несколько минут к ним присоединился отец и одним громким гавком быстро прекратил перепалку:

– Не ори на мать!..

В доме, наконец-то, стало тихо. Мама ещё пыталась высказать претензии папе, но тот пробубнил в ответ что-то нечленораздельное, и скандал окончательно угас.

Саша выдохнула. Такое в их семье бывало редко, но, как и в этом случае, сотрясался весь дом.

«У вас чё там происходит?» – пришло сообщение от Платова.

Его комната соседствует с Данькиной, иногда они с ним даже перекрикиваются, так что он уже в курсе всех событий.

«Точно не знаю, но, кажется, Даньку опять переманивали в Профессионалку, и папа его снова не отпустил…»

«Вот вы жёсткие, Анисимовы!»

Саша хихикнула, прикусывая нижнюю губу, и перевернулась на живот. Отправила Ромке хохочущий смайлик и открыла переписку с Денисом.

Ковалёв уже дней десять не выходил на связь. Он даже в сети появлялся редко, но вот сейчас рядом с его фотографией высвечивался значок мобильного телефона. Немного помявшись, она всё же решилась написать ему сама.

«Как у тебя дела, девяносто первый? Ты совсем пропал…»

Он тут же прочёл её сообщение и прислал ей голосовой ответ:

– Привееет, – прозвучало радостно, тепло и немного устало. – Да, я совсем здесь замотался. Прихожу домой, зубрю и падаю спать. Наберу тебя?

«Да».

И спустя несколько секунд телефон оживился входящим звонком.

– Привет, – улыбнулась Саша, обнимая подушку покрепче. Захотелось забраться в самый укромный угол и спрятаться от всего мира. – Надеюсь, я не отвлекла тебя от учёбы?

– Отвлекла. Но это, наоборот, хорошо. У меня уже голова кругом… – признался парень.

– А у меня, наверно, впервые за школьную жизнь с оценками всё в порядке… И мы готовимся к новогоднему представлению…

– Здо́рово! А я как-то совсем не ощущаю, что скоро праздник… Бегу, лечу, скачу, и всё проносится мимо… Я не понял, как уже половина декабря прошла…

Саша немного помолчала, и он добавил с улыбкой:

– Ты меня ждёшь там?..

– Конечно! – выдохнула она и почуяла, как защипало в носу и глазам стало влажно.

– Я приеду… – впервые пообещал Денис.

С ресницы сорвалась крупная тёплая капля. Побежала по щеке, оставляя за собой влажную дорожку. Саша вытерла лицо подушкой и неаккуратно шмыгнула носом.

– Ты чего? – насторожился парень.

– Так… просто… – улыбнулась она с усилием. – Я только что пришла домой, на улице холодно. Замёрзла…

Кажется, он не поверил.

– Я сказал же – приеду, – заявил уверенным тоном.

И, чувствуя, что готова разреветься по непонятной причине, Саша быстро протараторила, стараясь говорить как можно беспечнее:

– Отлично! Тогда пока? Я хотела узнать, как у тебя дела, и раз ты учишь свои уроки – или что у тебя там в институте? – не буду тебе мешать! Занимайся, кип! Увидимся в январе!

Денис на пару секунд завис. Она размазала ладошкой по коже очередную слезу и попыталась удержаться, чтобы не шмыгнуть снова. Но нос подвёл и предательски выдал её.

– Пока, – ответил Ковалёв как будто сквозь зубы.

Саша отключила телефон и, засунув его под подушку, наконец, отпустила слёзы.

Она не знала, откуда вдруг и почему это всё поднялось и нахлынуло. Ещё каких-то полчаса назад она себя чувствовала вполне сносно, бежала домой со школьной репетиции, предвкушая скорый праздник. А теперь настроение резко сменилось.

Всё не так!

С тем, что в жизни у неё больше нет хоккея, она почти смирилась и приняла, но…

Олька не разговаривает с ней и делает вид, что они никогда не дружили…

Ромка тоже отдалился. Он весь в тренировках и учебных долгах, и они почти не общаются вне школы…

А Денис… Он одновременно как будто есть и как будто нет…

Дверь в комнату неожиданно распахнулась, и из-под одеяла она увидела, как в проёме, загораживая падающий из прихожей свет, выросла высокая папина фигура:

– Саш, мама ужинать зовёт…

– Угу, – только и смогла подать она голос.

Отец ещё немного постоял на пороге, переступая с ноги на ногу, и бросил:

– К нам на Новый год «Красные волки» приедут. Ты же в курсе, наверно… Говорят, они привезут с собой того мальчишку, который весной играл у них на воротах в финале.

Саша затаила дыхание. Зачем он ей это говорит?

– Правда, это неточно… – добавил папа.

Она прикусила губу. Только что Денис пообещал ей, что приедет.

– Вроде у него там под ногами путается какой-то дублёр… – продолжил отец. – Я вызвал Мельникова в основу, чтоб они дурью не маялись и точно мне сюда Ковалёва привезли…

Саша крепко зажмурилась, растягивая рот в улыбке, но даже не пошевелилась.

Для. Чего. Он. Это. Делает?

– Я хочу на него ещё раз посмотреть, – как будто ответил папа на её вопрос. – Я разговаривал с их тренером сегодня, и этот хитрый пень мне выдвинул условие…

Он выдержал театральную паузу и добил:

– Показать, как играешь ты!