Все разбитые осколки (ЛП) - Уайльд Риа - Страница 10

Но, по крайней мере, некоторые животные наконец-то обретут дом.

С чашкой кофе в руках я подхожу к окну, выходящему на улицу внизу. Оно высоко, но не настолько, что я ничего не могу разглядеть на улице. Машина Атласа теперь исчезла с обочины.

Почему он последовал за мной?

Зачем он вообще пришел сюда вчера вечером?

Наши связи уже были слишком запутаны, поскольку он был давно потерянным сводным братом, о существовании которого я никогда не подозревала, и будучи частью правящей преступной семьи, которая управляла этим городом, мне пришлось держаться от него подальше.

Ничего хорошего не выйдет из связи с таким человеком, как Атлас Сэйнт.

Глава 8

◦●◉Атлас◉●•◦

Я бью кулаком: раз-два, раз-два, и мое тяжелое дыхание эхом разносится по пустому спортзалу. Энцо, силовик Сэйнтов, стоит как стена, выдерживая каждый удар, не шевелясь ни на дюйм.

Я мог бы задаться вопросом, не потерял ли я каким-то образом силы, но нет, Энцо просто большой придурок, которого, я сомневаюсь, сможет сдвинуть с места даже грузовик. Он не говорит. Даже не ворчит. Я никогда не слышал, чтобы этот человек произнес хоть слово. Никто не слышал, даже Габриэль, хотя у них двоих были братские узы, которые могли соперничать с нашими.

Почему? Никто не знал.

Но он был сильным бойцом, и когда он не выполнял срочные поручения Сэйнтов, он командовал подпольными боями без правил и делал это в течение многих лет. У него были свои секреты и собственное прошлое, как и у всех нас. Мы знали о нем минимум, но он был верен, это было ясно, нам, Сэйнтам, и человеку, который работал с ним на арене, но эти два пути никогда не пересекались. Это было интригующе, как головоломка, которую нужно было решить. Энцо, однако, не даст вам этих частей, поэтому у вас всегда остается больше вопросов, чем ответов.

Я останавливаюсь, переводя дыхание.

Габриэль заставил меня пройти тренировки, думая, что это поможет мне справиться с тем, что я сделал, с гневом, виной и горем, но этого не произошло. Ничто, черт возьми, не помогло.

Кроме Эмери.

Энцо останавливает ход моих мыслей, прежде чем они успевают начаться, хлопнув ладонями в перчатках, привлекая мое внимание. Он вытягивает их вперед, таким образом говоря мне продолжать.

Он был самым опытным бойцом. С его боями в боксе, в этом мире нет ни одного человека, настолько глупого, чтобы выступить против него. Плюс ко всему, его склонность к пыткам была широко известна. Тип наслаждался, глядя, как люди страдают.

Следующий час я провожу в спортзале, стуча по этим перчаткам, дыхание вырывается из легких, а кожа становится скользкой от пота.

После окончания сеанса я захожу домой, чтобы принять душ, прежде чем подняться на скалу к Габриэлю и припарковать Audi. Через передние окна я вижу их: моего брата и его жену Амелию, ее сына, сидящего на коленях у Габриэля, и у меня сжимается грудь.

Счастье.

Это никогда не было обещано нам в этой жизни, но когда вы находите его… вы крепко держите его. Габриэль сделает все для этой женщины.

— Атлас! — Амелия усмехается, подходя ко мне, чтобы обнять.

Я неловко похлопываю ее по спине и присоединяюсь к ним, принимая стакан, который протягивает мне Габриэль.

Я знал, почему меня пригласили. Я избегал их с тех пор, как увидел свою мать, и теперь они хотели знать, что случилось.

— Она все еще сука, — я допиваю виски и хватаю бутылку, чтобы налить еще.

Амелия гримасничает, сосредоточив свое внимание на сыне.

— Она что-нибудь сказала?

— Я сказал ей, что убил его, — я сглатываю комок. — Ей было все равно.

— Все уже сделано, — вздыхает Габриэль, кладя руку мне на плечо, чтобы выразить свою поддержку. — Мы знали, что она не изменится.

— Нет, и теперь она использует кого-то другого, чтобы получить то, что хочет.

— Что ты имеешь в виду?

— Я имею в виду, что она вышла замуж за Саймона Куинна и устраивает бракосочетание его дочери и Джека Харриса.

— Джек Харрис? Сын губернатора?

— Мм, — желчь обжигает мне горло, и я пью еще виски.

Она не была моей. Она никогда не будет моей. Я даже не знал ее, черт возьми…

Но я знал ее стоны, блять, стоны.

— Ты знаешь эту девушку? — спрашивает Габриэль, задумчиво проводя пальцем по нижней губе, пока он ждет моего ответа.

— Кого? Дочь Саймона? — я знал, что он имел в виду мою новую сводную сестру, но не хотел признаваться в том, как сильно этот гребаный солнечный комочек забрался мне под кожу. Было ли это то, что чувствовали наркоманы, когда получили первую дозу? Так ли вы теряете сознание от наркотика или пьянеете от алкоголя? Дважды я был с ней и дважды говорил себе, что не вернусь, но даже сейчас я чувствовал зуд, начинающийся под кожей. Какая-то часть меня соединялась с ней, веревка, которая связала нас вместе, и это было непрекращающиеся дергания, из-за которых мне хотелось залезть в машину и найти ее.

Она заслужила наказание за то, что вызвала во мне все эти чувства. Маленькая чертова сирена.

— Да, его дочь, — он прищуривается, улавливая мою уклончивость.

Я пожимаю плечами.

— Я встречал ее пару раз.

Правда.

— И как она?

Совершенна. Шедевр, состоящий из шелковистых светлых волос, кремовой кожи и невинности… моя противоположность во всех отношениях.

— Она никто, — мой язык жжет от этих слов.

— Губернатор проводит торжество на следующей неделе, — говорит Габриэль. — Я хочу знать, почему Саймон отдает свою единственную дочь Джеку Харрису. Ни для кого не секрет, что этот мужчина — ублюдок, который обращается со своими женщинами не лучше, чем с мусором, который он выбрасывает.

Я знал почему или, по крайней мере, догадывался об этом.

— Его бизнес терпит крах, — говорю я.

Я сомневался, что Мария знала об этом, когда выходила замуж за старика. Уверен, что она думала, что ей будет легко с ним, и я мог это понять. Куинны были видной фигурой в высшем обществе Редхилла, богатой, влиятельной и уважаемой. У них было достаточно власти, чтобы какое-то время держать в секрете новости об их сокращающихся прибылях, даже от Марии. И она, несомненно, сразу же воспользовалась бы первой возможностью получить хоть какую-то контроль. Деньги и власть шли рука об руку, и если бы их было достаточно, вы могли бы иметь все, что захотите, и кого пожелаете…

Но теперь она была привязана к мужчине, который терпел неудачу, но вместо того, чтобы уйти, она манипулировала и строила планы, пока не добилась желаемого результата.

Но что Джек получил от этой сделки? Мария получит деньги и больше власти, будучи связанной с одной из самых влиятельных фигур в Редхилле, а Саймон, скорее всего, примет подачки от губернатора, но что получит Джек?

Я жую внутреннюю часть щеки, обдумывая причины этого.

— Я хочу, чтобы ты пошел на гала-концерт, Атлас, взял Энцо и дал мне ответы. Это больше, чем просто сокращение прибылей, и в этом городе ничего не происходит без моего ведома.

— Понятно, — я поднимаюсь.

— Атлас? — Габриэль зовет меня, прежде чем я успеваю уйти. — Узнай больше о дочери, и что она получит от этой сделки?

Я не поворачиваюсь к нему, киваю головой и ухожу под тихое бормотание и воркование Линкольна.

***

Я подъезжаю к многоквартирному дому, в городе уже наступил вечер. На тротуаре и на дороге все еще суетились люди, но теперь у меня была миссия, и я был слишком рад начать прямо сейчас.

Я приветствую швейцара, который кивает, и направляюсь к лифтам. Она бы разозлилась, если бы снова нашла меня в своей квартире, и только мысль об этом почти заставляет меня возбудиться.

Я нахожу ее на кухне, она наливает кипяток в кружку.

— Привет, светлячок.

Она кричит, подпрыгивая так сильно, что сбивает дымящуюся чашку со стола на пол, а затем кричит по другим причинам, когда горячая вода выливается на ее босые ноги.

— Дерьмо.

Это было не то, что я планировал.

Она ругается и бросается в ванную, открывает холодный кран, погружая свои покрасневшие ноги в холодную воду.