5000 ночей одержимости (ЛП) - Анис Дрети - Страница 26

финансовым контролером, как и мама. Они взволнованно говорили о колледжах, а

позже о том, в какие фирмы он будет подавать документы. Между тем, я рано проявила

интерес ко всему, что связано с искусством. Искусство не считалось респектабельной

профессией, и мама настаивала на выборе практической карьеры, такой как

управление активами или медицина. Ничего не вышло. Мама никогда не видела

смысла в поступлении в Джульярд, и даже после того, как престижная степень помогла

мне заявить о себе, она часто выражала недовольство моим выбором.

Амит Миттал, в свою очередь, был мужчиной с кроткими манерами. Папа никогда не

критиковал меня, что я очень ценила. Он не был заинтересован во вмешательстве в

семейные дела и часто следовал маминому примеру в тех случаях, когда меня

избегали, а я ненавидела это.

Несмотря на разногласия в отношениях с родителями, мое детство было в целом

удовлетворительным, с хорошими и плохими воспоминаниями. Моя

привилегированная жизнь не знала настоящих трудностей до тех пор, пока не ушла из

жизни моя Dadi. Она была отличным поваром, и я научилась делать то же самое,

следуя за ней по кухне. Я питала слабость к Prada и Louis Vuitton, блестящим вещам и

всему розовому. У меня не было долгосрочных целей, и когда Аксель спросил о моем

пятилетнем плане, единственной мыслью, пришедшей мне в голову, была покупка

коллекционной модели пианино, которая привлекла мое внимание.

Аксель не отрывал взгляда, пока я изливала душу. Он слушал с таким напряжением, что у меня внутри все дрожало в разные моменты разговора. Что-то незнакомое

усилило страх в моей груди. Эта ночь закончится раньше, чем я успею опомниться, как

и безраздельное внимание этого мужчины. Странная печаль охватила меня, я уже

оплакивала потерю. Полное внимание Акселя было непохоже ни на что, что я

испытывала раньше. Несмотря на полуголых официанток и полностью обнаженных

женщин на сцене, его взгляд ни разу не блуждал. Он был сконцентрирован, сосредоточен... почти на грани одержимости. Он хоть раз моргнул?

Я смутно слышала объявление, приветствующее появление на сцене Плюшевой

Кэнди. Вокруг нас раздавались одобрительные возгласы, но они казались

приглушенными на фоне более важного разговора, происходившего в этой красной

угловой кабинке. Аксель все еще не сводил с меня глаз, когда к нашему столику

подошла женщина без верха. Ее задница покачивалась в желтых стрингах и таких же

туфлях на высоком каблуке. Длинные грязные светлые волосы были уложены на одну

сторону и падали на плечо, мерцающие блестки покрывали ее голую грудь.

Как я уже сказала, немного блеска никому не повредит.

Она положила руку на кабинку позади Акселя и, несколько раз хлопнув ресницами, произнесла приторно сладким голосом:

— Привет, ребята, я Толстый Кексик. Как поживают два самых красивых человека в

этом клубе сегодня?

Хотя она спрашивала нас обоих, ее внимание было приковано исключительно к

Акселю. На самом деле, с момента нашего прибытия внимание всего женского

персонала было приковано к Акселю.

— У нас все хорошо, - ответила я, поняв, что Аксель ее не признает. Он действительно

делал всё, что, блядь, хотел.

— Кто-нибудь из вас, суперзвезды-красавчики, хочет танец на коленях? - Когда Аксель

не отвел от меня взгляда, она лукаво продолжила. — Или, может быть, экскурсию в

приватную комнату?

— Хм.

Мне не хотелось ни того, ни другого, но я поняла, что мы плохо справлялись с

участием в разврате клуба. Я рассеянно полезла в рюкзак и засунула пару двадцаток в

стринги Толстого Кексика, надеясь, что хорошие чаевые станут достаточным вкладом в

экономику клуба.

— О, спасибо, милая, - промурлыкала она. Её внимание внезапно переключилось на

меня, недолгая страсть к Акселю была почти забыта. — В самый раз для особого

обращения. Приготовься.

Не успела я опомниться, как Толстый Кексик забралась внутрь круглой кабинки.

Деньги были лишь чаевыми, однако она восприняла их как приглашение исполнить

танец на коленях. Но, эй, «лови момент», верно?

Я подбодрила ее, когда она начала извиваться у меня на коленях. Примерно две

секунды потребовалось Акселю, чтобы подняться со своего места, оторвать от меня

Толстого Кексика и оттолкнуть ее в сторону.

— Прикоснись к ней еще раз, и это будет последнее, что ты сделаешь в своей жалкой

жизни, - прорычал он с такой угрозой, что все вокруг замерло.

Ведущий, транслирующий анонсы и играющий песни, а также парень, светящий

прожекторами на девушек, прекратили свои занятия одновременно. Музыка резко

оборвалась, и все взгляды устремились на нас. Я не сомневалась, что мы находимся в

нескольких секундах от того, чтобы быть вышвырнутыми. Единственным

благоприятным моментом было отсутствие вышибалы в зале. Всю ночь он ходил туда-сюда между приватными комнатами и главным залом. К счастью для Акселя, вышибала

в данный момент находился в приватной комнате.

Толстый Кексик выглядела подавленной, и я в мгновение ока вскочила со своего

места.

— Чувак, что ты творишь? - Очевидно, я неправильно поняла структуру чаевых и дала

стриптизерше сумму, эквивалентную стоимости приватного танца. Даже если в мои

намерения не входило получить танец на коленях, я не стала протестовать, когда она

начала танцевать. Вряд ли это была ее вина. — Она подумала, что я хочу приватный

танец, и… привет, это стриптиз-клуб. Что, по-твоему, мы собирались делать?

— Очевидно, не позволять случайным женщинам кататься на тебе ради их

развлечения.

— О, мой Бог! Ты серьезно ревнуешь? Бедная женщина просто делала свою работу.

Он проигнорировал меня и повернулся к танцовщице, по-видимому, еще больше

разозлившись на Толстого Кексика за то, что я защищала ее.

— Лучше бы я тебя больше не видел, - прорычал он.

— Оставь ее в покое. - Я наклонила голову в сторону стриптизерши. — Мне очень

жаль, что так вышло.

Я протянула ей еще пару двадцаток, чтобы компенсировать потери бизнеса, которые

принесла эта драма. Она вцепилась в мои руки, когда брала деньги, и прижалась ко

мне, скорее всего, из страха перед огромным мужчиной, возвышающимся над ней и

готовым разорвать её на части.

Большая ошибка.

Аксель стал похожим на маньяка-убийцу.

— Что я тебе говорил насчет прикосновений? Убери от нее свои грязные руки.

Он сделал шаг вперед. Толстому Кексику не нужно было повторять дважды. Она

отдернула руки и бросилась наутек.

Я толкнула его в грудь. Временное перемирие, которое мы заключили, пока я

рассказывала историю моей жизни, было практически забыто.

— С чего ты взял, что можешь запугивать людей? Она может прикасаться ко мне, если

захочет, это не твое гребаное дело.

— Ты так думаешь? - прорычал он в ответ. — Как насчет того, чтобы я доказал, что ты

ошибаешься?

Я уставилась на Акселя круглыми глазами.

— Как насчет того, чтобы я бросила твою сумасшедшую задницу? Ты не можешь быть

собственником из-за меня, мы не встречаемся.

— Пока. - добавил он.

Мой темперамент угрожал вырваться на волю. Желание уйти от этого маньяка было

непреодолимым, но так же велика была и моя решимость защитить новую подругу.

Женская солидарность, девочки должны держаться вместе и все такое прочее.

Боль пульсировала в висках от опасности, которую представляла собой его огромная

фигура, возвышающаяся надо мной, но я стояла на своем. Мое внимание привлекли

ведущий и осветитель, которые выглядели одинаково напуганными Акселем. Они

предположили, что Аксель - мой суперревнивый парень, и, если не ошибаюсь, были

обеспокоены тем, как я справлюсь с большим хулиганом.